🖤

- Я придумала! Оторвавшись от книги, Сайлас переводит вопросительные взгляд на меня. - Если ты о том нашем разговоре - то я весь во внимании. Конечно же, Сайлас помнит. Несомненно, он заинтересован не меньше моего. Чуть больше месяца назад он задал вопрос: «Что я хочу попробовать с ним?». Что-то новое? Необычное? Но я и сама не знала ответа. Никогда не задумывалась. И, вспоминая все любовные романы, что читал ранее, стала думать. Пока светлая мысль не посетила мою голову! - Хочу посмотреть, как ты это делаешь! - Аа? - Удовлетворяешь себя. Всего на мгновение я ловлю смущение в пополам с удивлением, проскользнувшее между светлыми бровями. - Я ожидал всего, кроме, пожалуй, этого, - улыбается он, откладывает книгу. Он смеётся, глядя на меня, принимая правила игры. - Только ЗА. Любой твой каприз. - Тогда начнём? - Сейчас? - алые глаза напротив расширяются, но он посмеивается. Изящный палец указывает на дверь позади меня. – Котёнок, тогда нам лучше закрыть замок. Пячусь, делая несколько шагов назад, не в силах оторвать от этого мужчины взгляд. Дверной замок позади щелкает. Сайлас откидывается на спинку кресла, разрывая первым зрительный контакт. Проводит рукой по губам, явно нарочно, задевая пальцем подбородок, вниз – по линии челюсти и шее, оголяя ключицу. Знает, что я, как заворожённая, наблюдаю за каждым движением. Алые всполохи энергии струятся по комнате, подтаскивая стул от стены поближе. - Место в первом ряду для моей Леди. Чувствую, что мои ноги начинают слабеть, а желание скручивается чуть ниже пупка. Сайлас расставляет ноги шире, показывая внушительный холмик на брюках. - Всё для тебя. - Не торопись, малыш, - улыбаясь, сажусь напротив. Короткая юбка платья задирается, оголяя бёдра. Алый взгляд скользит по моим ногам и широкая ладонь ложится на ширинку. Ремень щёлкает, и по коже бегут мурашки. Сайлас не расстёгивает пуговицу - опускает молнию, доставая полувставший член. Я сглатываю, глядя на алую головку. Вспоминаю, что только вчера ласкала её пальцами. Сквозь кожу проступает венка, пока изящные пальцы Сайласа гладят себя. Капля предэякулята почти срываются вниз, но он подхватывает её, размазывая по гладкому стволу. На мгновение прикрываю глаза, представляя её вкус на языке. Замечаю, что невольно провожу ладонью по бёдрам. Так, как обычно касается меня Сайлас. Он хищно улыбается мне, стоит словить алый взгляд. Понимает. Немного поддразнивая не повредит - задираю подол ещё выше, оголяя бельё. То самое, что он подарил мне пару недель назад, как мне казалось - в шутку. Но сейчас не до смеха. Прозрачное бордовое кружево почти ничего не закрывает, а жемчужная нить проходит точно между губ, идеально гладких и скользких от смазки. - Грязно играешь, котёнок, - низко хрипит он, усиливая хватку. Движение на члене из поглаживания превращается в размеренные фрикции. Сильно и жёстко. Как он любит – идеально. Сайлас закусывает губу и прикрывает глаза, не успевая уследить, как я соскальзываю со стула и, в пару шагов сокращая расстояние между нами, опускаюсь перед ним на колени. - Ох, котёнок, - протяжно стонет он, заглядывая в мои глаза. - Хочу почувствовать твой вкус, - хриплю я, опуская ладони на его напрягшиеся ляжки. Рука на члене ускоряется, в то время как другая обхватывает мою щёку. Палец нежно проводит по коже, обводит губы. Я сама открываю рот, показывая, что приму от него всё, что бы он не пожелал мне дать. Большой палец ласкает внутреннюю часть губ, проводит по ряду зубов и надавливает под языком, отчего рот наполняется слюной. Но Сайлас смотрит на меня с желанием и благоговением. И я не в силах оторваться от него. - Я… почти, котёнок, - хрипит мужчина, и я наклоняюсь ближе, касаясь дыханием чувствительной головки. Горячая струя бьёт в нёбо. Ощущаю терпкий вкус на языке. Облизывал губы - самая лучшая сладость на свете. Рвано дыша, он глядит на меня сверху вниз из-под опущенных ресниц. Его кадык дёргается. Он резко наклоняется, захватывая мои губы в плен. Язык прорывается внутрь, и я стону от ощущения во рту. Невероятный! Сайлас отстраняется первым, тяжело дыша. Его ладонь всё ещё лежит на моей щеке, большой палец вытирает влагу с нижней губы — ту самую, что осталась после него. — Я хочу, чтобы ты это запомнила, — шепчет он, и в его голосе нет прежней насмешки. Только правда. — Ты единственная, кому я позволил на себя смотреть. Ловким движением его ладони обхватывают талию — и вот я уже у него на коленях. Сайлас утыкается носом в волосы, и я ощущаю горячее дыхание, жарко опаляющее шею. — А теперь, — его голос снова становится игривым, — твоя очередь выполнять желания. Ты ведь не думала, что я позволю тебе остаться в таком белье без последствий?