🎂 🎂 🎂

Вечеринка по случаю дня рождения Арим была в самом разгаре, когда именинница окончательно спилась. — Так дело не пойдёт, — цокая языком на её пьяные шатания, которые она про себя звала «танцами», сказал Чимин. — Да ладно, пускай повеселится, — со смехом сказал Чонгук. Его забавлял пьяный вид их подруги. Из-за неё он из рук телефона не выпускал, всё снимая и документируя, чтобы завтра показать ей, каким позорищем она была. — Она плохо закончит, если ещё раз в кого-нибудь или во что-нибудь врежется, — Чимин выдвинулся ей на помощь, даже если Чонгуку было весело наблюдать. Аккуратно взяв девушку под руку, он нарвался на одно неумелое подмигивание от неё, и тут же закатил глаза. Стоило ей немного выпить, и в ней включалась великая соблазнительница. — Отведём её спать? — Чонгук подхватил Арим за другую руку, сам ей подмигивая. Может, потому что они оба были младше Чимина, часто оказывались на одной волне, а старшему приходилось их двоих спускать на землю. — И привяжем к кровати, чтобы она не сбежала, — ответил он на предложение Чонгука. — Лучше просто привалим её собой, — рассмеялся мелкий, взъерошивая укладку Арим, пока трепал её по волосам. Она была даже не в силах возразить, когда он делал это, или когда они тащили её вверх по лестнице арендованного дома и заводили в одну из комнат, работая сообща, чтобы снять с неё туфли и распустить немного корсет. В глубине души Арим была им за это благодарна, но вслух пробормотала лишь что-то нечленораздельное и развалилась по центру кровати. — Ты только посмотри на эту алкоголичку, — хмыкнул Чонгук, тоже заваливаясь на кровать и заходя в галерею телефона, чтобы показать Чимину несколько особенно смешных видео с их подругой. — Завтра она убьёт тебя за то, что ты это снял, — Чимин тоже прыснул, развеселённый роликом, на котором Арим сначала укусила лайм, потом выпила стопку текилы, а напоследок слизнула соль. — Пускай, — пожал плечами Чонгук. — Зато сегодня так весело! Их голоса и музыка внизу превратились в глухой, вибрирующий гул, когда Арим наконец провалилась в алкогольное марево. Справа, едва касаясь её плечом, лежал Чимин, слева — Чонгук. Она ощущала их физическое присутствие всем своим телом. Между ними двумя она чувствовала себя такой крошечной. Не зря они подшучивали над ней, дразня её «малышкой». Обычно это казалось ей обзывательством, но сегодня, в вязкости пьяного сна, ей даже хотелось услышать это обращение, высокий смех Чимина и низкие смешки Чонгука. Прямо на ухо. Она с трудом соображала, но, проваливаясь в сон, умудрялась думать об этом. Она жалела, что, задувая свечи на торте, загадала какую-то ерунду про успех и деньги, а не Чонгука и Чимина. Если бы она только могла отмотать время назад и загадать другое желание… Арим отчётливо ощутила жар на своей шее. Чужое дыхание коснулось уха, обжигая кожу. — Смотри, как сладко спит наша малышка, — низкий, бархатный голос Чонгука оборвал её навязчивые мысли, погружая в напряжённую тишину. — Думаешь, она видит во сне нас? — отозвался Чимин. Он прижался к Арим с другой стороны. Его губы мазнули по её шее, оставляя на коже влажный след. На воздухе поцелованное место сразу покрылось мурашками. Арим попыталась открыть глаза, но веки казались слишком тяжёлыми. Из-за алкоголя она чувствовала себя потерянной в пространстве. Она лежала на постели, но по ощущениям парила в невесомости, падая всё глубже в мягкие простыни. — А кого же ещё? — спросил один из них. Арим с огромным усилием смогла приоткрыть глаза, сразу изумляясь внезапно перевернувшемуся с ног на голову миру. Чонгук и Чимин больше не казались просто друзьями — они возвышались над ней, два горячих, массивных тела, зажимающих её в тиски. Тонкая ткань её маленького чёрного платья была бесцеремонно задрана вверх. Большие ладони Чонгука по-хозяйски легли на талию, сжимая её под пальцами, а Чимин баловался с тонкими бретельками, игриво стягивая их с её плеч и демонстративно наклоняясь к источающей жар коже. — Что вы?.. — её язык тоже был тяжёлым и почти не двигался, когда она спрашивала: — Что вы творите?! Это было ненормально — или фантастически. Странно — или так желанно, что глупо было противостоять. Она закрыла глаза вновь, оставшись без ответа. Но нужен ли он был ей на самом деле, если Чонгук водил пальцами по кромке её трусиков, а Чимин накрывал ртом шёлковую ткань, вовсю лаская её грудь через платье и дразня соски языком? От их прикосновений по её расслабленному алкоголем телу растекалась ещё большая слабость. — Хватит притворяться, Арим, — прошептал Чонгук, обтираясь своим возбуждением о её бедро. — Мы же знаем, как сильно ты этого хочешь. Одежда исчезла мгновенно, будто растворилась. Арим оказалась на мягких, прохладных простынях, зажатая между двумя хищниками, которые не спрашивали разрешения. Чимин продолжал ласкать её грудь, присасываясь к чувствительным соскам и посасывая до багровых следов на коже, а Чонгук наблюдал за этим с хитрой ухмылкой, попутно вырисовывая пальцами зигзаги на гладкой коже, пока спускался к половым губам. — Нашу малышку такое заводит? — спросил он этим плоским, наигранным голосом, которым говорили с маленькими детьми или животными. У Арим в ответ удалось только промычать. — Ещё как заводит, — промурлыкал Чимин между поцелуями, улыбаясь как Чеширский кот. Желая понаблюдать за её реакцией, он немного отстранился, теперь сжимая скользкий от слюны сосок между пальцами, перекатывая его под мягкими подушечками. А пока он делал это, Чонгук проделывал подобное внизу — его пальцы погружались в горячее мокрое углубление, нащупывая клитор и легонько потирая его указательным пальцем. Они были очень хороши в командной работе. Возбуждение буквально охватило бёдра и живот Арим. От этого было тепло и приятно. Настолько, что она рефлекторно свела ноги, зажимая руку Чонгука между бёдер. Ему это не понравилось, и он предостерегающе покачал головой, не сводя хищного взгляда с её лица, а Чимин немного сильнее сжал сосок, роняя в реку блаженства пару капель боли. Они всегда выглядели так красиво и привлекательно или их ловкие пальцы делали их такими в глазах Арим? — Ты не можешь кончить так скоро, — отругал её Чимин. — Не можешь, — подтвердил Чонгук. Приподняв её над подушками и матрасом, он лёг под неё, сильными руками притягивая её к себе и усаживая на свои крепкие бёдра. Чимин же навис сзади, прижимаясь к её спине своей грудью, а пальцами пробегаясь по шее и запрокидывая голову Арим назад. Она не успела рассмотреть ни одного из них, воспользовавшись тем, что они были без одежды, когда Чимин заслонил собой любой намёк на свет, а его губы впились в неё жадным поцелуем. Громкие чмокающие звуки заставляли её испытывать почти что стыд. Казалось каким-то неловким целовать одного на глазах у другого. — Ну хватит, — Чонгук тоже так себя чувствовал, хватая Арим за плечо и дёргая на себя. — Сейчас моя очередь. Он притянул её к себе, вниз, слизывая с её губ вкус алкоголя, лайма и соли. Примесь вкуса Чимина в этом его совсем не смущала. Чонгук делал всё для того, чтобы заместить его собой, оставаясь на её губах сладостью леденцов и горечью табака. Пока его язык наматывал круги во рту Арим, Чимин пытался её отвлечь от поцелуев, опуская руку ей между ног и прибавляя ещё более стыдных звуков, что возникали при ввинчивании в неё пальца. Сначала был только один. Потом два. Потом три… Арим разорвала поцелуй, прижимаясь своим лбом ко лбу Чонгука и шипя от пульсирующей боли, что возникала при попытках Чимина затолкать в неё три пальца поглубже. Она прохрипела просьбу не пытать её больше. — Не могу, милая, — Чимин не останавливался, заставляя её всё плотнее сжиматься вокруг его пальцев. — Я должен тебя подготовить для нас. Мы, знаешь ли, большие мальчики… — Сделаем это без защиты, — выдохнул Чонгук ей в рот, доводя до безумия следующими словами: — Хочу чувствовать тебя полностью. Рука Чимина исчезла, но взамен Арим ощутила, как Чонгук снизу направляет свой член в неё, входя медленно, в несколько плавных толчков, от которых кровать под ними затряслась. Арим едва успела издать первый стон, как Чимин, подставив свой член к заполненному другом входу, аккуратно, но настойчиво начал толкаться следом. Арим затряслась от напряжения, чувствуя, как её разрывает от полноты ощущений, а Чимин проскользнул в неё только головкой. — О Боже! — её вскрик Чонгук заглушил ладонью, накрывая её губы. Сам он при этом выглядел не лучше неё: его лицо исказила вспышка удовольствия, брови сошлись на переносице, рот открылся. Он не двигался, дожидаясь, пока Чимин войдёт полностью, но трения двух членов внутри такой горячей и узкой Арим сводило с ума. — Так тесно, — пролепетал он с хрипотцой в низком голосе. Арим тоже так думала. Слишком тесно, слишком много, слишком глубоко. Её тело буквально растягивалось, принимая двоих самых близких людей. Чонгук снизу толкался редко и плавно, обтираясь пахом о клитор, а толчки Чимина были мощными и набирали темп, заставляя Арим захлёбываться в стонах. — Чонгук... Чимин... пожалуйста... — лепетала она, теряя связь с реальностью. — О, да, маленькая, — рычал Чонгук, чувствуя, как её стенки судорожно сжимают их обоих. — Зови нас ещё. Нам это нравится. — Очень нравится, — подтвердил Чимин, хватая её за волосы и наматывая их на ладонь, чтобы держать Арим на коротком поводке и контролировать равномерное распределение стонов с их именами и поцелуев. Хлюпанье влаги, трение тел, глухие шлепки, запах мужского пота и возбуждения — всё это слилось в один безумный поток. Иногда Чимин нечаянно выскальзывал из неё, выделяя Чонгуку несколько секунд, чтобы разогнаться и тоже хорошенько оттрахать её, но, так или иначе, ощущение наполненности возвращалось, и Чимин яростно вдалбливался в её зад бёдрами, и бился своими яйцами о яйца Чонгука, и все втроём громко стонали. Арим была настолько не в себе от этих ощущений, что не сразу поняла, когда Чимин кончил и замер в ней, давая Чонгуку возможность ускориться и тоже залить её спермой. Она стекала по её ногам и их членам, пока Чимин и Чонгук чередовались толчками. Было так хорошо, что Арим чувствовала, как внутри всё пульсирует от невыносимого удовольствия, и, наконец, яркий, искрящийся оргазм накрыл её с головой, заставляя выкрикнуть их имена на выдохе. Она резко распахнула глаза, дыша тяжело и часто. Сердце колотилось в груди, в животе приятно тянуло. Комната, которую Арим видела впервые, была залита тусклым утренним светом. Она всё ещё лежала на кровати, но Чимин и Чонгук уже не спали. Они оба сидели, опершись о спинку кровати, и с нескрываемым интересом наблюдали за её пробуждением. — Доброе утро, соня, — Чимин лениво потянулся, играя мышцами плеч. К огромному сожалению Арим, он был в футболке. — Судя по твоему виду, ночка выдалась бурной? Чонгук не воздержался от весёлого хмыканья и усмешки, довольный тем, что Чимин поднял эту тему. Иначе это сделал бы сам Чонгук, и он бы подобрал совсем другие слова для той вакханалии, что творилась на постели и в голове Арим во время быстрой фазы сна. — Я... мне... — она судорожно поправила платье, понимая, что никто из них не снимал его с неё, и от этого густо краснея. — Мне просто приснился сон. Страшный очень. Ночной кошмар. Чимин тоже хохотнул, давая понять, что не верит ей. Как и прошлым вечером на её пьянство, на её ложь он снова поцокал языком. Она была слишком очевидна, но ещё пыталась защититься и спасти свою репутацию невинной милашки. Чонгук вдруг подался к ней, хватая её за плечи и усаживая на постели. От его прикосновений она вздрогнула и громко сглотнула. На такую её реакцию он низко рассмеялся, и этот звук напомнил ей его соблазнительный голос из сна. — Кошмар, говоришь? — он наклонился к самому её уху, хитро улыбаясь. — Не думаю, малышка. Кошмары не заставляют так сладко стонать наши имена. Арим в ужасе взглянула на него, потом на Чимина. Похоже, они оба ей не верили. — Я… Это… — забормотала она. — Алкоголь. Да, точно. После алкоголя мне всегда снится всякое… — Всегда? — глаза Чимина сузились от такой же хитрой улыбки, какая играла на лице Чонгука. — Так ты не в первый раз видишь такие сны с нами, малышка? Арим не знала, что сказать. Это ведь и правда случалось далеко не впервые. Её лучшие друзья регулярно доводили её до оргазмов, понятия об этом не имея. А двойное проникновение с ними было навязчивой эротической фантазией, от которой у неё моментально пересыхало в горле, и бёдра сжимались в новых приятных спазмах. Арим вечность хранила молчание, но в итоге едва заметно мотнула головой. Чимин и Чонгук не удивились, но обменялись быстрыми взглядами, словно договариваясь о чём-то с помощью телепатии. — С нами двумя? — спросил Чонгук, весь подрагивая от предвкушения. — Одновременно? — спросил Чимин, выглядя не менее взбудораженным. Арим было неловко от их расспросов, но они ведь всё равно уже поймали её и держали в ловушке на кровати. Она кивнула, опуская голову и виноватый взгляд. Не хотелось нечаянно столкнуться с разочарованием или отвращением в их глазах, но Чимин удивил её, вдруг приподняв её голову за подбородок. — Дом ведь в нашем распоряжении до полудня? — спросил он. — Хочешь использовать это время с умом? — предложил Чонгук, ненавязчиво стягивая с её плеча уже немного съехавшую бретельку платья. В её сне всё было наоборот — Чимин отвечал за верх, — но какая разница, если её тело так и тянуло к ним, неважно, в какой последовательности? — Только попроси, — подговаривая её, сказал Пак. — И мы с Гукки всё сделаем. — Что угодно, — кивнул Чонгук. — Любое желание. Любой каприз. В честь дня рождения. Арим не знала, от чего горела сильнее — от смущения или нарастающего желания. Это стыдное возбуждение и оргазм, от которого она проснулась, казались слишком нереальными до этого самого момента. А потом Чимин накрыл ладонью её бедро, почти невесомо поглаживая мягкую кожу. Он водил пальцами вверх и вниз, немного задевая край платья. Арим разрывалась между игривыми прикосновениями под юбкой и под бретелькой. И Чимин, и Чонгук просто баловались, не позволяя себе лишнего, но ощущалось это всё равно противозаконно. Ей стоило протрезветь наконец и сказать им прекратить шутить, но слова застряли в горле, а вся решимость во взгляде сменилась мольбой. — Так что, Арим? — Чонгук поднялся пальцами к её лицу, проводя большим пальцем по полной нижней губе. — Ты скажешь своё желание? Он внимательно осматривал её лицо, выискивая в нём то, что позволило бы ему сорваться с цепи и перестать терпеть её сомнения. — Возможно, ей будет легче, если немного подтолкнуть? — лукавый смешок Чимина утонул в скрипе кровати. Арим сообразить не успела, как это произошло, но он вдруг оказался внизу, у её ног, накрывая тёплыми ладонями голые колени и разводя их в стороны. — Что ты?.. — Арим разомкнула губы на вопросе, а Чимин — на поцелуе. Его горячие пухлые губы прижались к её бедру, а взгляд не оторвался от её лица. Они оба с Чонгуком наблюдали за её реакцией, а смотреть было на что. Чувствительная и раззадоренная после эротического сна, она реагировала остро на горячее дыхание и поцелуи. Одной рукой она вцепилась в покрывало под ней, другой — в предплечье Чонгука. — Это так хорошо? — рассмеялся он, отклоняясь прочь от её лица. — Должен ли я присоединиться?.. Он не ждал ничьего ответа, принимая это решение самостоятельно и бросая затею быть простым наблюдателем. Под изумлённый и даже немного испуганный взгляд Арим он тоже спустился вниз, толкая Чимина, чтобы выудить и себе немного места между её ног. Теперь они целовали её по очереди, наперебой, двигаясь вверх и ухмыляясь на её широко распахнутые глаза и приоткрытый на тихом аханье рот. Чимин нырнул под платье первым и первым прикусил зубами кружевную ткань, пропитанную влагой, что свидетельствовала о возбуждении. А Чонгук первым закинул её ногу себе на плечо и ткнулся носом в нижнее бельё так глубоко, что Арим почувствовала импульс и его глубокий вдох. — Ты так сладко пахнешь, малышка, — проговорил он, стараясь вдыхать её чаще. Пока его голова была там, Чимин не мог добраться до Арим, поэтому позволил себе немного наглости и схватил мелкого за волосы, оттягивая его в сторону, чтобы занять его место и пройтись языком по кружеву. Арим запрокинула голову, утопая макушкой в мягкой подушке и кусая нижнюю губу до боли из-за новой борьбы, что разворачивалась внизу. В первую очередь между языком Чимина и самообладанием Арим, потом уже — между Чимином и Чонгуком. Младший был совсем лишён терпения, при первой же возможности сминая ткань трусиков между пальцами, оттягивая её в сторону и слизывая языком стекающие к промежности капельки смазки. Он чавкал, вгоняя Арим в краску. В этом плане Чимин вёл себя повежливее, поедая её молча и в основном в районе клитора. Он прекрасно знал, где именно лизать, чтобы подруга была на седьмом небе. Чонгуку же нравилось вылизывать её всю, проникая в неё кончиком языка, трахая её им под мычащие стоны и рычание Чимина. Они были ненасытны и дрались за этот лакомый кусочек, пока лучи рассветного солнца слепили Арим глаза, пролетая яркими вспышками. Она просто лежала, но её бросало то в жар, то в холод при смене губ, ритма и изощрённых пыток. — Да, вот так, Чимин… — стонала она, в одно мгновение цепляясь за светлые волосы, а в следующее зарываясь в растрёпанную тёмную шевелюру и умоляя: — Не останавливайся, Чонгук!.. Их командная работа больше походила на соперничество, но это было так волшебно, что новый оргазм обрушился на тело Арим мелкой дрожью, прокатываясь от макушки и до пят, заставляя пальцы на ногах сжиматься, а стоны доводя до той громкости, которую невозможно было игнорировать. Арим вздрогнула и распахнула глаза, с разочарованием осознавая, что это тоже был сон. Всего лишь чёртов сон, который во второй раз за ночь довёл её до оргазма, от которого мышцы таза всё ещё сжимались и пульсировали, отзываясь приятной истомой в теле. С ней никогда ничего подобного не происходило. В смысле, она и раньше просыпалась в оргазме, но ещё никогда это не ощущалось так сильно, и никогда не переходило из сна в сон. После настоящего пробуждения в пустой постели между ног Арим был целый океан. — Проснулась? — вопрос Чонгука, донёсшийся со стороны выхода из комнаты, заставил её испуганно дёрнуться и поднять голову. Он стоял там, прислонившись плечом к косяку, и дегустировал вчерашний торт, надламывая огромный кремовый кусок в бумажной тарелке палочками для еды. По его расслабленному виду сложно было сказать, слышал ли он что-то. — Д-да, — хрипло выдохнула Арим. — Кхм, я надеюсь… Третий эротический сон и оргазм подряд могли бы как минимум затопить арендованный дом, как максимум — добить её измождённое фантомными ласками тело. — И я, — усмехнулся Чонгук. — Мои уши раскраснелись ещё когда ты стонала моё имя в первый раз… — Прекрати её смущать, — упрекнул его Чимин, тоже заглянувший в комнату, но с чашкой кофе вместо сахарной бомбы с утра пораньше. Чонгук вскинул брови на его замечание. Они ведь оба были в постели в тот момент, когда Арим это всё начала. — Твоё имя она тоже стонала, — напомнил он Чимину. — Это была… — Арим осмелилась заговорить, хотя её не спрашивали. — Шутка. Просто шутка, чтобы посмеяться с вас. Она неловко рассмеялась, сама не веря в то, что говорит. При таком раскладе убедить друзей было невозможно. — А я думаю, что у кого-то овуляция совпала с днём рождения, — высказал своё далёкое от экспертного мнение Чонгук. — Она просто перепила, — осадил его Чимин, не желая всё усложнять. — А теперь должна поторопиться и пойти в душ, пока хозяева дома не пришли нас выгонять. Арим была благодарна ему за то, что он перевёл тему. Это во сне всё могло превратиться в очередной секс втроём, а в действительности им всем было неловко. Или всем, кроме Чонгука. — Да, тебе стоит хорошенько помыться, а то на первом этаже уже капает, — он подловил момент, чтобы подмигнуть ей, добавляя тише и ниже: — Малышка. Чимин за это баловство влепил Чонгуку слабый подзатыльник, выгоняя его в коридор, потому что есть на пороге было невежливо. Но прежде чем повести мелкого на кухню и оставить подругу наедине со своими грязными и стыдными мыслями, он окинул её и смятые от её метаний по кровати простыни задумчивым взглядом. — Твой день рождения прошёл, и свечи на торте давно задуты, — сказал он. — Так что я надеюсь, что все твои желания исполнятся, Арим. Даже самые безумные. Он не подмигивал, как Чонгук, но чёрт бы её побрал, если это был не намёк. — Чимин! — она окликнула его дрожащим от волнения голосом. — И Чонгук тоже… Их головы вновь появились в дверном проёме, глядя на неё с обескураживающим любопытством и… предвкушением? Арим была готова поклясться, что так оно и было. — Может… — её губы двигались плавно, растягивая гласные, поскольку она сомневалась и хотела оттянуть свой вопрос, слишком брутальный для их привычной реальности. — Может, вы могли бы помочь мне в душе? Это было слишком рискованно, она знала, но в крайнем случае она могла бы рассмеяться снова и сказать, что они попались во второй раз на её «шутку». Но лгать им или себе не пришлось. Чимин и Чонгук переглянулись, общаясь на том уровне, которого Арим было не достичь и не понять, и их хитрые улыбки послужили ответом на её вопрос.