Первый поцелуй ♥️

      — И чего у тебя руки трясутся, как будто ты на экзамен собираешься?       Леви трет ее ладошки своими пальцами и улыбается, заглядывая в ее бездонные серые глаза, обрамленные длинными черными ресницами. Стрелка на левом веке чуть длиннее и изогнута не так, как на правом, но ему все нравится. Это же Микаса.       — Ничего, — быстро врет она и опускает голову, чтобы он не читал ее нервозность в глазах.       Собираться на третье свидание было ужасно волнительно, потому что Леви часто писал и говорил о том, что именно на третьем свидании происходят всякие… Микаса называла их непотребствами. На деле же ей уже очень сильно хотелось, чтобы парень поцеловал ее. По-настоящему. Чтобы земля из-под ног. Чтобы открыть глаза и увидеть галактику с мерцающими звездами.       — Врать ты не умеешь, — Леви приподнимает уголок губ, но продолжать допрос не планирует.       Кладет ее ладонь на свою согнутую руку и ведет к припаркованному у подъезда автомобилю.       — Куда едем? — Микасе едва удается контролировать свой голос, когда она наконец задает мучающий ее вопрос.       — Кинотеатр под открытым небом.       — На улице зима, Аккерман.       — Мы будем смотреть кино из машины, Аккерман, — он поворачивает ключ зажигания, и двигатель, издав кашляющий звук, заводится. — И я взял плед. На заднем сидении вкусняшки, но если хочешь чего-то особенного, то можем заехать в магазин. У нас еще есть время.       — Хочу, — тихо признается девушка и опускает голову в надежде, что парень поймет ее.       А он понимает. Не зря же не прекращал говорить о третьем свидании и о том, что обычно на нем происходит. Но наблюдать за смущением Аккерман… той самой Аккерман, которая могла дать отпор даже самому матерому быдловатому отродью, которое имело смелость подходить к ней... В своем стеснении она была еще более прекрасна, чем в обычном состоянии.       — Чего хочешь?       — Не знаю. Зефир?..       — Зефир? — Леви поднимает брови в удивлении, и они скрываются под длинной челкой. — Ладно, поехали за зефиром.       Микаса выдыхает: намекнуть не получилось.       На самом деле получилось. Леви прекрасно знал, что «зефирками» называют поцелуи. Но он все еще хотел наблюдать за своей смущающейся девушкой, которая стесняется сказать ему о своих желаниях. Он обязательно поговорит с ней об этом, но потом.       — Что будем смотреть? — спрашивает она, отвернувшись от окна, на котором нарисовала смайлик со звездочкой вместо улыбки. Леви на мгновение поворачивается к ней, но снова следит за дорогой.       — О, сегодня в афише было три фильма: приключения, мистический детектив и ромком. Я выбрал ромком.       — И как называется?       — «Поцелуй на удачу».       Микаса на мгновение забывает, как дышать, но тут же берет себя в руки. Леви наблюдает за ней периферическим зрением: ну такая милая, так бы и зацеловал. Но это еще успеется.       Они заезжают в магазин за зефиром, и Микаса берет еще несколько видов сладостей и парочку соленых снеков. Леви, делая вид, что просто забыл о том, что хотел, берет пару упаковок мятных леденцов, отчего на кассе Микаса жутко краснеет. Парень думает о том, что абсолютно точно зацелует ее до смерти сегодняшним вечером.       До кинотеатра под открытым небом они доезжают под разговоры о случившемся за неделю в университете, отчего Микаса заметно расслабляется. Леви паркует автомобиль на указанном в билете месте и глушит мотор. Достает с заднего сидения теплый плед и укрывает им Микасу.       — Печка не работает с заглушенным двигателем, поэтому может стать холодно.       — Отлично придумано.       — Тебе хорошо видно? — спрашивает Леви, когда на экране начинается реклама, которую запускают перед фильмом.       — Мгм, — бормочет Микаса, открывая упаковку с поп-корном с ягодным вкусом.       — Может, опустить сиденье? Или чуть приподнять спинку? — Леви кладет руку на подголовник и наклоняется к девушке. Второй рукой тянется к рычагам регулировки сидения.       — Нет, все в порядке, — Микаса поднимает голову и встречается взглядом с горящими синими крапинками в глазах напротив.       — Уверена? — Леви опускает взгляд на ее губы, а затем снова поднимает к глазам, теряясь в сером омуте.       — Да… Нет. Поцелуй меня уже.       — Наконец-то, — шепчет он в ее губы.       Нежно прикасается к ним, слизывая сладость земляничного бальзама. Ни с чем не сравнимое ощущение такого желанного действия приводит его в почти щенячий восторг. Спустя минуту Леви отрывается от манящих губ, чтобы заглянуть Микасе в глаза.       — Ну, вот и первый поцелуй.       — Я согласна на второй.       Леви приподнимает бровь и медленно, давая ей время и место для отступления, приближается к ее лицу. Микаса отступать не собирается, кладет ладонь на его затылок, заставляя действовать быстрее. И Леви не отказывает себе и ей в этом удовольствии.       Он целует ее. Снова. Теперь более глубоко, но все так же ласково, обращаясь с ней так, как заслуживает эта неземная, самая прекрасная девушка на свете, согласившаяся на отношения с ним. Одна ладонь придерживает ее голову в удобном положении, вторая все же находит нужные рычаги, чтобы опустить спинку и уложить девушку на спину. Парень не напирает в попытке почувствовать, когда Микасе станет неудобно и некомфортно. Но, ощутив на своей талии крепкую хватку ее пальцев, улыбается в их первый поцелуй. Микасе хорошо, а ему — абсолютно точно великолепно.       К фильму они возвращаются на финальных титрах и ни о чем не жалеют.

***

      — Уснул?       — Да, его сегодня врачи вымотали, — Леви прикрывает дверь в детскую и долго выдыхает.       — Он плакал?       — Он держался молодцом. Я им горжусь.       — Спасибо, что отвел его на анализы, — Микаса целует мужа, когда он садится рядом с ней на диван в гостиной после того, как уложил сына.       — Я его отец, и должен участвовать в его жизни не только отсвечивающим пятном где-то за спиной мамочки.       — Ну, тогда ты уже не отец. Ты — самый настоящий папа. Отвел Майка к врачам, весь день сидел с ним, еще и спать уложил, — Микаса откидывает руку на спинку дивана. — Иди ко мне.       Леви падает в ее объятия и вдыхает аромат ее лосьона для тела: миндаль и персик. Крышесносный запах вперемешку с естественным. Проводит кончиками пальцев по оголенной коже бедра и видит мурашки, бегущие вверх по ее красивому телу, слегка округлившемуся после беременности и родов.       — Посмотрим фильм? — спрашивает он и поднимает голову. В его глазах блестит озорство, и Микаса слегка щурится.       — Д-д-ы-а-а? — медленно отвечает она, уже понимая: он что-то задумал. Леви нащупывает рукой пульт на подлокотнике дивана и включает телевизор. Заходит в приложение и листает список фильмов во вкладке «Избранное». Найдя нужный фильм, заглядывает в глаза жене, приподняв одну бровь.       — «Поцелуй на удачу»? Серьезно? — она слегка повышает голос и тут же прикрывает рот ладонью, боясь, что разбудит сына.       — Ага.       — Леви, мы женаты уже пять лет. У нас сын родился полгода назад. А ты возвращаешься к воспоминаниям о первом поцелуе?       — Ну, фильма с названием «Секс на удачу» я в сети не нашел. А намекнуть хотелось.       Микаса тихо смеется, опустив голову. Убирает руку с его спины и слегка приподнимается, опираясь поясницей о подлокотник дивана. Изящные пальцы медленно, почти мучительно для Леви, начинают расстегивать пуговицы рубашки, оголяя налитую грудь. Мужчина сглатывает, не отрываясь от представленного зрелища.       — Не обещаю «на удачу», но удовольствие гарантирую, дорогой. Я — сверху.       — Как скажешь.