Процедурная под номером 3

Педиатрическое отделение городской больницы никогда особой тишиной не отличалось, в коридоре было шумно. На нескольких лавочках сидели мамы со своими детьми и ласково уговаривали пойти в процедурную, дабы медсестры могли привести в исполнение приговор кхм... Простите, назначение лечащих врачей. Кто-то нервничал, кто-то плакал, кто-то орал будто резаный из-за двери процедурного кабинета под номером три. Я же сидел и пытался испепелить взглядом своё направление, неудачно правда, супергерой из меня так себе... Там нечитаемым почерком моего лечащего врача, черными чернилами по белой бумаге было написано следующее: "Направление на промывание кишечника для Давида Корнеева" М-да, вроде шестнадцать лет, а от этих строк хотелось залезть под кушетку, как мой пятилетний сосед - Серёжа, с которым мне приходилось играть, дабы он не начинал канючить по поводу и без. ***Сидеть на кушетке было некомфортно, в животе парили бабочки, ведь чему ещё там порхать если мне запретили что-либо есть ещё вчерашним вечером. Мне было всё равно, что творилось вокруг меня, ведь мой взор был прикован к противной бумажке, определившей мою судьбу на ближайший вечер. Очередь медленно подходила, хотя я бы предпочел, чтобы она громко фыркнув, развернулась и ушла, оставив меня не с чем! Однако, нет... Она у нас дама принципиальная, эта самая очередь... - Следующий! - раздался голос из кабинета. Я пропустил всех кого мог и не мог, остался в коридоре последний. Встав, я поплелся внутрь на трясущихся ногах. В кабинете меня встретила внушающих размеров медсестра, и боятся я начал вдвойне. - Фамилия? - бросила она с таким видом, что её работа - это лишь наказание за её грешную жизнь, которую она вела, авось съела кого-то в юности. И с выражением лица, говорящим, что она так в своём сознании преисполнилась, что этот мир ей уже понятен. - Ну, ты глухой что-ли? - рявкнула она. - А... Этот... Корнеев... - выдохнул я, забыв от страха свою фамилию. - Направление? - закатила глаза она и я протянул ей листок. Пробежавшись по нему глазами на лице у нее появилась противненькая улыбка и она достаточно громко хмыкнула. Я сглотнул, может ещё можно дать заднюю? В конце концов, кому нужно это пред-операционное обследование, ведь так? - Стягивай штаны, ложись на кушетку лицом к стене и согни ноги в коленях... - бросила она и, тяжело встав со стула, пошла за установкой с клизмой. Я лишь растерянно глядел ей вслед. Вот так вот сразу без прелюдий, мать вашу? Тяжело выдохнув, я потянулся к застежке молнии и растегнул джинсы, стягивая их вместе с бельём. Я лег на кушетку за ширмой, повернувшись лицом к стене. Так, хоть было не видно моих бордовых от стыда щек, хотя тот факт, что я не знал, что происходило за моей спиной меня ой как сильно напрягал. Спустя минуту медсестра вернулась, однако, судя по всему, с ней был ещё кто-то. - Вот, Лизонька, держи тебе практика. А, то, говоришь, мы тебе только ватные шарики скатывать даём... - сказала медсестра. Я невольно повернулся. Лизонькой оказался милая, даже не так, очень красивая молодая девушка не старше двадцати. Я немедленно повернулся обратно. Да, как вы не понимаете? Одной только процедуры хватит, чтобы умереть со стыда, а когда тебе, шестнадцатилетнему парню, её ставит молодая девушка, то повеситься после этой процедуры хочется в два раза сильнее. Саму процедуру я помню плохо, ведь был занят повторением химии, для предстоящей контрольный, чтобы хоть как-то себя отвлечь. Практикантка явно смущалась также как и я, если не сильнее, так как всадила мне наконечник по самое... Самое-самое в самое сокровенное место! Затем, мне сказали ещё десять минут полежать и только потом разрешили одеться. Я уже и не вспомню с чьей помощью я вытерпел эти десять минут, что длились словно вечность. Помню только, что эта процедура мне потом ещё года два в кошмарах снилась... ***- Корнеев! Корнеев? - вывел меня из размышлений Валерий Степанович, мой препод по уходу за больными. - Ты собираешься клизму сдавать или мне тебе зачёт за глаза твои прекрасные ставить? - хмыкнул он, покачав головой. - А, да... Точно... - выдохнул я, отгоняя ненужные мысли и подходя к манекену.