1

*** До тура по Японии оставалось около недели, а Хенбин из японского знал только аригато и пару тиктоковских трендов. Что бы не выглядить отсталым на фоне остальных мемберов, он раздобыл учебник. Но это помогало не сильно.  «Нахуй им два алфавита?» - раздалось в голове, когда Хенбин листал страницы. Смирившись с бесполезностью книги, он откинулся на спинку стула и достал телефон. В интернете говорят, что для базового японского понадобится месяц, а кто то твердит, что поможет выучить все самое необходимое аж в один день, за кругленькую сумму, естественно. Раскошеливаться на подобное желания не было никакого, уже мелькнула и мысль скачать дуолинго, но печальный опыт Джейдена со своим “Хенбин-сан, каккой дес” быстро ее разогнал.  Телефон полетел на кровать, Хенбин рухнул головой на стол. Похоже блеснуть знаниями языка перед фанатами не получится, и придется ограничиться переводчиком.  Тут в дверях, нежданно-негаданно, появляется Масами.  — Я вроде наушники здесь оставил, не видел? Хенбин отрицательно промычал, не поднимая головы. Стоявший у порога прошел в глубь комнаты, огибая каждую тумбу. Даже под кровать залез, как будто хозяин комнаты нарочно утаил его наушники за семью печатями.  Потерпев крах в своем поиске, Масами склонился над страдальцем.  — А что ты делаешь? Хенбин приподнялся, протянул учебник, и обратно уткнулся лбом вниз. Масами прочитал название книги вслух, а потом с сожалением пожелал удачи.   — Нет никакой удачи. - Хенбин отвернулся в сторону окна - Тупой японский.  —  Почему японский тупой, может это ты тугодум. - Масами принял оскорбленный вид, кладя руку на сердце - Хочешь, я могу помочь…немного.  Хенбин резко поднял голову, озаряя темную комнату улыбкой. Он точно знал, что Масами предложит помощь. Тем более с носителем выучить хоть что то будет в разы легче.  Кажется, будущий учитель уже успел пожалеть о своих словах, но деваться некуда.  За сорок минут кропотливого обучения, Хенбин запомнил как здороваться и спрашивать дорогу. Про произношение лучше молчать. — Сунима…су..суме…сука.  Масами массировал виски, проклиная тот день когда он стал японцем, пока его ученик пытался выговорить это злополучное суминасен. И так с каждым словом.  — Чем заняты? Показалась лохматая голова. Миндже выглядывал с выражением “я пришел все испортить“ на лице. Хотя все итак было лучше некуда.  — Он учит меня японскому. - тараторит Хенбин, тыкая пальцем в сидящего на против.  — Пытаюсь. - поправляет Масами.  Послышался смешок. Миндже подошел ближе к эпицентру, и скрестил руки.   — Ну и что ты выучил?  — Сукамасен. - на выдохе протягивает горе-ученик.  Комната заливается смехом,только вот Масами смешно не было. Миндже одной рукой держится за живот, скручиваясь в вопросительный знак, а второй вытирает наступившие на уголках глаз слезы.  — С ним ты ничему не научишься. - все еще в попытках выровнять дыхание, обращался к Хенбину.  Масами кинул неоднозначный вопросительный взгляд, когда Миндже прошел на другую сторону стола. В воздухе ощущалось накаляющееся напряжение, а Хенбин теперь находился меж двух огней.  — В смысле?  — Ну херовый из тебя учитель, какой еще может быть смысл? - с очевидным тоном пояснил Миндже. Хенбин слышал как у правого уха закипает чайник. Все таки безопаснее было скачать дуолинго.  — А ты что, профессиональный педагог?  — У меня получится лучше, это точно. - прозвучало как вызов - Ты сам недавно говорил что мой японский очень хорош.  — Погорячился - с ехидной ухмылкой процедил Масами.   Они стояли и долго молчаливо смотрели друг на друга, как будто продолжали спорить мысленно.  — А может он голодный сидит, - Миндже нарушает похоронную тишину - а ты ему свой японский суешь.  Холодная конечность легла на хенбиново плечо.  — Ты голодный? Можно было почувствовать, как с обеих сторон его чрезвычайно пристально сверлят взглядом. Но посмотреть кому то из них в глаза смелости не хватило, по этому Хенбин отвечал в стену.  — Да нет вроде.  — А что ты ел? - Миндже с прищуром наклонил голову.  — Я пока не ел еще, но.. — ВОТ! Я же говорил. - выиграть его в словесных перепалках невозможно - С пустым желудком он ничего не запомнит.  — Я не хочу сей.. - предложение обрубается на середине, потому что Хенбину благополучно заткнули рот рукой. А вместе с ним и нос, теперь целой задачей стало просто вдохнуть. Чайник справа уже не просто закипал, а начинал гореть. Вот-вот начнется война.  — Че ты ему рот затыкаешь? - Масами встал, отдернул руку Миндже с лица Хенбина. Способность нормально дышать вернулась. - Пусть договаривает.  — Не трогай меня - Миндже толкает его в грудь. Драма была зрелищная, учитывая то, как сильно оба ее актера любили преувеличивать.  Смотреть на этот цирк было очень интересно, но нужно было сваливать, пока сам не попал под горячую руку. Пользуясь шикарным случаем, когда те двоя чуть ли не дрались где то в углу комнаты, Хенбин проскользнул в приоткрытую дверь, и пошел куда глаза глядят. А именно к Джейдену. Его хоромы были ближе остальных.  Хенбин бесцеремонно влетел, поспешно закрывая за собой дверь. Джейден лежал на кровати, закинув ногу на ногу, и с телефоном в руках.  — О, привет — Спрячь меня  Джейден удивленно поднял брови, выравниваясь.  — Чего? Крики в соседней комнате затихли, а значит времени оставалось пиздец как мало.  — Быстрее  Первым местом для пряток, что пришло на ум, стал шкаф. Хенбин втиснулся в него, и теперь можно было только читать молитвы и взывать ко всем богам которых знаешь.  Спустя мгновение дверь распахивается, как будто ее выбили ногой. Появляется Миндже, а через пару секунд и Масами. Выглядели они потрепанно.  — Хенбин тут?  Сказать что Джейден был в ахуе - это ничего не сказать. Они что, в квест играют?  — Нет, я его сегодня не видел.  И дверь закрылась так же быстро как и открылась. Как только Джейден был удостоверен что преследователи отступили на достаточное расстояние, он обратился к шкафу: — Что это за хуйня? Из него вместе с одеждой и разным хламом вываливается Хенбин.  — Блять.  — Они ебанулись -  встал, потирая бок - с этим японским. Нахуй он мне сдался.  Хенбин приземлился на кровать рядом с Джейденом, который пытался понять услышанное.  — Хенбин-сан, каккой дес. — Да пошел ты.