Экскурсия по цирку

Почти догнав долговязого парня, Помни сбавила шаг но осталась позади, одновременно рассматривая коридор, который почти не отличался от того, из которого она вышла после пробуждения. Такой же невыносимо вырвиглазный. Но кажется, девушка даже стала привыкать к такой цветастой обстановке. Джекс в какой-то момент сравнялся с девушкой, шедшей позади, едва перебирая ногами. Он слегка наклонился, словно пытаясь сровняться с её небольшим ростом. — Что, всё ещё думаешь что это сон? — с ехидной ухмылкой, словно читая её насквозь, спросил Джекс. — Я не понимаю, что происходит… почему я здесь? Что было до этого? — не выдержав, заговорила новенькая, — И… я просто хочу уйти… — с последними словами, вброшенными в пустоту, Помни остановилась на месте, словно погрязнув в своих мыслях, которые так и не отпустили её с самого появления в цирке. Услышав последнюю фразу, с лица Джекса сползла та самая задиристая, и нахальная ухмылка. Словно тот задумался над её словами, копаясь в неприятной правде. Быстро натянув её обратно, парень заметил, что Помни и сама потерялась в потоке мыслей. Слегка постучав тыльной стороной руки по фарфоровой щеке девушки, тот вывел её из транса. — Зачем мы тут? Что мы делаем? — едва слышно, в полголоса переспросила та. — Пришли захватывать Китай на единорогах, — не упустив возможность, подстебал парень. В ответ — отрешённая тишина, у Помни даже взгляд не дрогнул. Джекс едва уловимо недовольно цокнул, — Мы пришли осматривать твой новый дом. Экскурсия. Вспомнив свою цель, она замерла и огляделась, пытаясь понять, когда они вообще свернули. Перед её взором была комната, похожая на гримёрку. В воздухе чувствовался запах лака для волос, грима, и кажется, карамельных леденцов. Стены были кроваво-алые, вся мебель и пол — тёмный дуб, с небольшим ковром в тон стен. Сразу по правую сторону от входа стоял диванчик, на вид мягкий и удобный, перед ним столик, с чашками, в которых когда-то был налит чай. По левую сторону, туалетный столик, и не один, их было двое. Удобно. На одном лежали расчёски, лак и гель для волос, шпильки, и прочие безделушки. На другом — грим, рассыпанные кисти, раскрытые палетки, будто кто-то собирался и не убрал. Чуть подальше стояла стойка, плотно завешанная множеством костюмов. Некоторые висели просто так, некоторые в чехлах. Костюмы выглядели слишком ярко. Слишком по-цирковому. Они не ждут выступления, они ждут чей-то роли. — Ого… у вас так много костюмов, — вслух обратила внимание Помни. — Это ещё малая часть, — переступая порог, и уходя вглубь комнаты, похвастался Джекс, — Многие либо хранятся в личных комнатах, либо у Рагаты. —Парень на удивление откинул издёвки, но не без своей фирменной ухмылки, терпеливо всё объяснял. — У Рагаты?... — неуверенно переспросила девушка, следуя за ним. — Конечно, она ведь ещё и швея, балда! — насмешливо ответил тот, и подарил почти безболезненный щелбан Помни. Не ожидав такой наглости, та сразу же потёрла свой лоб. Не от боли, от неожиданного нападения. Отводя голову, её взгляд зацепился за зеркало. Лишь третий раз, ей удаётся взглянуть на саму себя, с момента её безумного попадания сюда. При свете она наконец смогла рассмотреть своё лицо получше. Огромные глаза, причём один голубой, а другой карий, практически красный. Под ними красовались яркие синяки. Маленький нос и средние губы, не пухлые, но и не тонкие. Несмотря на бледную кожу, щеки казались неестественно красными. Так странно. Лицо было знакомым, при этом слишком чужим. От рассматривания своего облика, её прервал Джекс, снова осторожно постучав по щеке. После чего они вышли из гримёрки, и направились в комнату с декорациями и реквизитом. Там уже было менее уютно, на этот раз пахло пылью и жжёным деревом. Сама комната была захламлена до отказа. Стулья, сваленные друг на друга, которые уже припорошенные пылью — как и почти вся мебель здесь. Какие-то платки, мячики, кольца, ленты. По ощущениям тут было всё, что олицетворяло слово «Цирк». Вещи лежали в беспорядке, будто после выступления никто не вернулся убрать. Или не смог. Почему-то эта комната заставила Помни насторожиться, но не перестать её осматривать. Заметив её неоднозначную реакцию, Джекс лишь ёще шире ухмыльнулся, а взгляд стал острее. Его забавляла подобная реакция, на вещи к которым он уже привык. Но к счастью долго мучить этой комнатой девушку, он не стал. Поведя её дальше — за кулисы. За кулисами пахло приятной тревогой, такой, когда тебе через минуту выходить на сцену. Помни обошла всё взглядом. Рядом стояли будто забытые после выступления декорации для трюков, они выглядели так, будто их использовали только что а они уже успели покрыться тонким слоем пыли. И в дальнем углу стояло фортепиано. Глядя на него, у Помни создавалось впечатление, что он вот-вот и сам завоет зловещую мелодию. В отличие от декораций, музыкальный инструмент был неестественно чистый, будто его протирают каждые полчаса. Это казалось таким же странным, как и всё в цирке. За кулисами они задерживаться не стали, и Джекс повёл девушку на сцену. Она казалась пустой, тёмной, почти глухой. Ни души, ни звука. Лишь эхом раздавались их шаги и каждый вздох. Не решаясь идти дальше, Помни остановилась у самых трибун круглой сцены. Джекс в свою очередь, уверенно вышел в самый центр сцены, встав лицом к девушке. Он приподнял руки, и дважды хлопнул, хлопки разлились эхом по всем трибунам. Тут же на его самодовольное лицо упал яркий свет. Свет бил точно в его длинную фигуру, будто сцена выбрала его сама. Помни только и оставалось, что изумлённо смотреть на парня, не понимая происходящего и боясь даже пошевелиться. Наблюдая за её реакцией, Джекс лишь самодовольно вскинул руки в стороны, будто представляя себя невидимым зрителям. После его жеста, вся сцена озарилась светом, успев задеть и трибуны. — Как тебе, небольшое световое шоу? — с улыбкой спросил тот. — Как ты.. То есть, как ты это вообще сделал? — Изумлённо рассматривая то трибуны, то сцену, то самого парня, спросила Помни. — Секрет. — Сказав это, Джекс приложил палец к своим всё ещё улыбающимся губам.