Часть 1. Стеклянный предел.

Вечер вползал в квартиру Катрин вместе с липким, серым туманом за окном. Она чувствовала себя разбитой — эта странная, внезапная усталость в последние дни буквально валила её с ног. Каждое движение давалось с трудом, словно воздух превратился в кисель. Она заперла дверь на все замки, но чувство, что она в квартире не одна, не исчезло. Напротив, оно стало почти физическим, как чей-то пристальный взгляд в затылок. Катрин прошла в спальню. В комнате царил полумрак, только тусклый свет уличного фонаря пробивался сквозь занавески, рисуя на стенах уродливые, вытянутые тени. Она подошла к старому трюмо. Зеркало в массивной раме казалось сейчас темным провалом в никуда. Катрин медленно подняла руки и начала распускать волосы. Одна шпилька, вторая... Тяжелые пряди рассыпались по плечам. Она смотрела на себя в упор, пытаясь разглядеть в отражении хоть какие-то признаки жизни, но лицо в зеркале казалось пугающе бледным. И тут её сердце пропустило удар. Она четко видела: её собственные руки медленно опустились на столешницу. Но отражение в зеркале... Оно не шевельнулось. Та, вторая Катрин, всё еще стояла с поднятыми руками, продолжая медленно, прядь за прядью, перебирать свои волосы. Её движения были плавными, почти гипнотическими. Настоящая Катрин замерла, боясь даже вздохнуть. Холодный пот выступил на лбу. Она смотрела, как её двойник в зеркале медленно опускает руки и, наклонив голову набок, начинает улыбаться. Но это была не её улыбка — в ней было что-то хищное, чужое. Зеркальная гладь вдруг подернулась рябью, как поверхность воды, от которой пошел пар. На стекле изнутри начал проступать иней, вырисовывая причудливые узоры, похожие на когтистые лапы. Катрин хотела закричать, отшатнуться, разбить это проклятое стекло, но тело её больше не слушалось. Глаза слипались сами собой. Сознание помутилось, и комната начала медленно вращаться, растворяясь в густой бирюзовой дымке. — Ну вот мы и встретились наяву... — прошелестел голос прямо ей в ухо, хотя рядом никого не было. Она не упала. Она просто почувствовала, что пола под ногами больше нет. Когда Катрин открыла глаза, над ней не было потолка её спальни. Небо здесь было тяжелым, цвета запекшейся крови, а вместо звезд по нему плыли бледные, светящиеся искры. Воздух пах озоном и ледяной мятой — так холодно, что при каждом вдохе легкие словно кололи тысячи иголок. Она стояла на чем-то, напоминающем застывшее черное озеро. Под её ногами, глубоко под толщей темного льда, виднелись очертания зданий, целые улицы заброшенного города, застывшего в вечном сне. — Где я?.. — голос Катрин прозвучал слабо, почти беззвучно. — В месте, где правда не прячется за масками, — раздался вкрадчивый, бархатный голос. Из этого странного, фосфоресцирующего тумана навстречу ей вышел он. Астер. В университете он казался обычным парнем, тихим аспирантом с необычным цветом волос. Но здесь... Здесь он был выше, его фигуру окутывал длинный плащ, который, казалось, состоял из самой темноты. Его бирюзовые волосы в этом мире светились мягким, потусторонним светом, а глаза... В них не было зрачков, только бездонная, манящая синева. Он остановился в паре шагов, и Катрин почувствовала, как от него исходит волна холода, которая, вопреки логике, приносила странное облегчение её измученному телу. — Добро пожаловать домой, Катрин, — он протянул ей руку. Его длинные, тонкие пальцы замерли в воздухе, приглашая её сделать первый шаг. — Я ждал тебя слишком долго. Здесь тебе не нужно бояться своей слабости. Здесь твоя ноша станет твоей силой. Он посмотрел на её живот, и его взгляд на мгновение стал таким жадным, что Катрин невольно прикрыла его руками. — Кто ты? — прошептала она, отступая на шаг, но обнаружила, что пространство за её спиной просто исчезло, превратившись в бесконечную пустоту. — Я тот, кто подарит тебе вечность.