Глава первая

Ирис Торнтон 23:56 Я так хотела быть максималньо откровнной с тобой. Ирис Торнтон 23:56 Ты опть все испортил Неизвестный номер 23:58 ???? Ирис Торнтон 00:02 Эгостичный Ирис Торнтон 00:02 Ублюдок Ирис Торнтон 00:13 Прикрепленных фотографий х2 Ирис Торнтон 00:13 Очнь красиво Неизвестный номер 00:14 Почему вы не дома в такое время? Ирис Торнтон 00:18 Почем ты ко мне на вы? Неизвестный номер 00:18 А вы почему ко мне на «ты»? Ирис Торнтон 00:23 Настлько нк хочшь меня втдеть? Ирис Торнтон 00:24 Мудак Неизвестный номер 00:27 Забавно, что обзывательства вы пишите без ошибок Ирис Торнтон 00:28 Забавно, что от забытья меня отделяет лишь один осознанный шаг. Ирис Торнтон 00:32 Или нет. Неизвестный номер 00:34 В каком смысле? Неизвестный номер 00:34 Что значит «неосознанный шаг»? Неизвестный номер 00:38 Это намек на самоубийство? Неизвестный номер 00:39 Не заставляйте меня додумывать эту мысль Неизвестный номер 00:41 Эй Неизвестный номер 00:41 И без того уснуть не получалось Неизвестный номер 00:42 А теперь так вообще Неизвестный номер 00:48 Эй Неизвестный номер 00:51 Ты заставляешь меня нервничать Неизвестный номер 00:55 Черт Неизвестный номер 00:56 Надеюсь ты в порядке Ирис Торнтон 01:06 Жива Ирис Торнтон 01:06 Непережтвай Неизвестный номер 01:06 Домой езжай быстрее Неизвестный номер 01:06 Пока чего-нибудь не случилось Ирис Торнтон 01:07 Тебя это больше не касается Неизвестный номер 01:07 Протрезвела что ли?) Неизвестный номер 01:07 Поверь, чувство вины в случае чего — будет грызть меня до конца жизни Ирис Торнтон 00:08 Эгоиствц Ирис Торнтон 01:08 Ублюдпк Неизвестный номер 01:08 Повторяешься) Неизвестный номер 01:08 Откуда столько злобы? Ирис Торнтон 01:09 Злобы?… Ирис Торнтон 01:09 Ты… Ирис Торнтон 01:24 Я ведь тебе верила! ВЕРИЛА! СЛЫШТШЬ! ХОТЕЛА ЧТЛБЫ МЫ ВМЕСТЕ ПОЕХАЛИ НА ЭТОТ ЧЕМПИОНАТ! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, СКЛЬНКО Я СИЛ ВДОЖИЛА! СКОЛЬКО МНЕ ПРИШЛОЧТ ВЫСЛУШИВАТЬ ТУ ИСТЕРИЧКЦ! ЧТОБЫ ТЫ ТАК ПРОСТО ВСЕ ВЗЯЛ И ПЕРЕЧЕРКНУЛ! ДВ ТЫ ЖИЗНЬ МОЮ УНИЧТОЖИЛ! Ирис Торнтон 01:25 Ублюдок! Ирис Торнтон 01:25 Ненавижу тебя. Неизвестный номер 01:26 Чувствую себя виноватым Неизвестный номер 01:26 Но пока не понимаю за что… Неизвестный номер 01:38 Ты в порядке? Неизвестный номер 01:44 Добралась до дома? Неизвестный номер 01:59 Боже, надеюсь ты цела Неизвестный номер 02:15 И как я должен ложиться спать после этого?.. ***       Сонно перевернувшись на бок, я поморщилась. Боль в голове пульсацией сдавливала виски. В попытке спрятаться от окружающего яркого света, ударившего в глаза, я резко подскочила, пугаясь женского крика возникшего из неоткуда.       — Мать твою! Ирис!       Я интуитивно подалась назад. Рука соскользнула с матраса, и я рухнула вниз, потеряв опору. Затылок пришелся о деревянный выступ кровати, заставляя меня тихо вскрикнуть. Одеяло запуталось в ногах. Я обессиленно распласталась по полу, прижимая руку к ушибленной голове.       — Господи, — процедила особа, наблюдая за моим перфомансом. — Почему не предупредила, что вернешься на ночь?       — Я тут живу, ничего?       — Дура? Я думала кто-то тайком в комнату пробрался!       Только сейчас я заметила, как соседка прижимала к груди руки, удерживая полотенце, обмотанное вокруг тела. С темных волос ее стекала вода.       Претензия оказалась более чем оправдана, только отсутствующее у меня настроение не позволило извинится.       Отношения у нас с Шики были, мягко говоря — не очень. Мы с ней были слишком разными.       Шики — шумная. Любит тусовки до утра, горланить песни в душе, слушать рэп на полной громкости. Каждое ее действие сопровождается лишни децибелами, которых можно было бы избежать. Она даже говорила громко. Часто таскала в комнату своих подружек и… мужиков. Училась она чисто для галочки, поэтому могла позволить себе и вовсе не появляться на парах. Впрочем, ее профиль — экономиста, особой внимательности от нее и не требовал, на мой взгляд (учитывая то, что она никогда в жизни по нему работать не будет).       Я же любила тишину. Строгую дисциплину мне привило балетное училище. Так что посторонние звуки я на дух не переносила. Мне важно было вовремя ложится спать и рано просыпаться. Следить за питанием и ритмом жизни. Шики в этот план не вписывалась. Мы часто ругались из-за этого. Но даже эта ненависть была меньше, чем та, что была между нами с Айрис.       Когда я только заселилась в общежитие (после того, как мать выставила меня из дома), мне на выбор предложили две комнаты. Первый вариант с моей полной противоположностью — Шики Хасэгава , и второй вариант — Айрис Торн. Особа, с которой мы постоянно делили главные роли, первые места и… вообще все. Главная соперница. Та, с которой мы никогда не сможем сойтись.       Несмотря на то, что с ней мы совпадали на восемьдесят процентов и по стилю жизни и распорядкам, и даже от части фамилиями, выбрать ее в качестве соседки по комнате было самоубийством карьеры. Мы бы ни за что не ужились. Поэтому я без раздумий выбрала Шики, хотя частенько и проклинала себя за этот выбор.       — Какими ветрами тебя сюда занесло? — Шики прошла вглубь комнаты, к шкафу. — Вы поругались с Иори?       От одного имени этого ублюдка закрутило кишки.       — Не важно. — я схватила пальцами одеяло, натягивая его выше, так, чтобы скрыться от пристального взгляда Шики с головой.       — И как это понимать?       — Как хочешь. Это и моя комната тоже.       — То есть, ты теперь всегда будешь здесь ночевать?       — Какие-то проблемы? — я выглянула из-под одеяла, зло глядя на Шики.       Она встрепенулась.       — Ну вообще-то, сегодня ночью ко мне должен прийти Уил.       — Скажи, чтобы не приходил. Планы поменялись.       — А еще что? Ты заявилась не предупредив.       — Это не мои проблемы. — я наконец поднялась с пола, собирая частички трезвого ума воедино. — Ты знала, что я здесь живу и ничего мне не сказала.       — Знаешь что, дорогая моя. Мне плевать. Хочешь, оставайся. Но Уилл все равно придет. Мне стесняться нечего. — она демонстративно отвернулась лицом к своему столику, собирая разбросанную по нему косметику.       Достав из верхнего выдвижного шкафчика накладные наушники, она прервала наш диалог громкой музыкой. Настолько громкой, что я слышала мелодию очередного кальянного рэпа с расстояния в несколько метров.       Бросив взгляд на прикроватные часы, я вернулась обратно в постель. Половина пар уже давно прошли. На последние лекции я может еще и успела бы, если бы хотела. Однако желание сталкиваться со знакомой физиономией не было. А слушать его бредни — уж тем более. Куда лучше будет отоспаться перед предстоящими тренировками, сил на которые у меня не было.       Завалившись на бок, я прикрыла глаза, надеясь, быстро уснуть. Пара минут с фонившим на заднем плане репом из накладных наушников обернулись неудачей. Я открыла глаза, таращась в потолок, пока рядом с головой не провибрировал телефон. Открыв высветившееся сообщение, я пролистала диалог, с ужасом меняясь в лице. Неизвестный номер. 14:28 Надеюсь, ты в целости добралась до дома.       Пару минут я молча таращилась в экран, просматривая историю переписки, развернувшуюся чуть выше.       Глаза пробежали по незаписанному номеру вверху диалогового окна, проверяя цифры. Губы приоткрылись в удивлении. Я увеличила аватарку, с ужасом обнаруживая, что ночью в порывах гнева писала не Иори, а… какому-то неизвестному человеку.       — Черт…       Шики через зеркало зыркнула в мою сторону, но я не обратила внимания, печатая ответ. Ирис Торнтон 14:36 О боже… Ирис Торнтон 14:36 Сердечно прошу прощения! Ирис Торнтон 14:37 Так глупо вышло! Я цифрой в номере телефона ошиблась! А у вас еще и аватарки очень похожи… в одной цветовой гамме. Я не обратила внимания! Неизвестный номер 14:38 Все в порядке. Я так и подумал Ирис Торнтон 14:39 Почему сразу не сказали, что я ошиблась… чувствую себя неловко Неизвестный номер 14:39 Я пытался Ирис Торнтон 14:40 Врете! Неизвестный номер 14:42 Ну, цели — выдать себя за другого человека, у меня не было Неизвестный номер 14:43 И вообще, как себя чувствуешь? Неизвестный номер 14:43 Судя по всему, ночь выдалась весьма удручающей Ирис Торнтон 14:44 Мягко сказано Ирис Торнтон 14:45 Но я в порядке Ирис Торнтон 14:45 Прости еще раз, что все так вышло Ирис Торнтон 14:46 Столького тебе наговорила… Неизвестный номер 14:47 Судя по контексту твоих смс, рискну предположить, что тебе изменили Ирис Торнтон 14:48 Как…       Я едва ли не подскочила на кровати, заставляя Шики вздрогнуть. Она хмуро окинула меня взглядом через зеркало, словно делая замечание. А мне было все равно. Я чувствовала, как бешено бьется в груди сердце. Чувство неимоверного стыда накрыло с головой. Неизвестный номер 14:51 В твоем случае, это еще цветочки Неизвестный номер 14:52 Думаю, ситуация подразумевала куда более грубых высказываний Неизвестный номер 14:52 Прости, если лезу куда не следует Ирис Торнтон 14:52 Почему ты не заблокировал меня, если понял, что я номером ошиблась? Неизвестный номер 14:53 Не знаю Неизвестный номер 14:53 Ты же ничего плохого не сделала Неизвестный номер 14:53 А я просто так не привык никого блокировать Ирис Торнтон 14:53 Ты странный, знаешь?       Мое лицо перекосило нервной улыбкой. Неизвестный номер 14:54 Кто бы говорил Неизвестный номер 14:54 Ну, если честно, ты меня напугала Неизвестный номер 14:54 И я не знал, к чему может привести подобного рода авантюра       Кажется покраснели кончики моих ушей. Хватило одной бутылки вина, чтобы напиться вусмерть и опозориться. И все это при том, что пила я редко. Очень. Профессиональный спорт расставил приоритеты в выборе жизненных позиций. Алкоголь не вписывался в график тренировок.       Ровным счетом как и все то, что вчера случилось. Ирис Торнтон 15:03 Я не из тех, кто так просто с жизнью прощается Неизвестный номер 15:03 Я не знал       Как вообще так вышло, что человек, которому я по ошибке написала, беспокоился (или просто делал вид) о происходящем, в то время как тот, кого я считала самым близким, даже не удосужился узнать, как я добралась до дома?       Обида вязкой жидкостью сцепила ребра, заставляя ощутить себя брошенным ребенком. Ирис Торнтон 15:09 Проехали Неизвестный номер 15:11 Уверена, что в порядке? Ирис Торнтон 15:11 Бывало и хуже              Телефон отправился под подушку. Голова рухнула на постель следом. Я закрыла глаза, стараясь уведомить себя в том, что мне правда плевать на все, что происходит вокруг.       Нужно просто отдохнуть. ***       Танцевальный зал, громкая игра на пианино, десятки замечаний и острая боль в суставах ног. Все это приелось за годы обучения в балетной академии. На лбу выступил пот. Мышцы свело судорогой. Но все это не было поводом прекратить.       Стоя у станка, я старалась не смотреть в зеркало. Гипнотизировала вместо этого неопределенную точку в пространстве, упрямо игнорируя косые взгляды в свою сторону.       Все в академии знали, кем являлась моя мать. Сессиль Торнтон. Сложно было не знать имени выдающейся балерины. Имя особы, выступающей в главном театре Парижа. Моя мать была этуальной Парижской оперы. Ей довелось побывать где-то на вершине, которую я даже во сне с температурой увидеть не смогу. Стоило ли говорить, что на меня она возлагала надежды, надеясь повести по собственноиу следу?       Мать владела академией балета, в которой я вынужденно сейчас тренировалась, а также была одной из постановщиц в театре «Le Rayon de la Sylphide», которому сама дала название. Эта родословная связь давала мне темную популярность. Наградила лишней конкуренцией и сотней косых взглядов. Конечно, я хотела стать лучшей.       Тренировалась на износ, чтобы победить и доказать, что я могу все своими силами, а не связями матери. Исправно посещала все тренировки, выслушивала нравоучения. Терпела то, как мать указкой била по ногам, если я делала что-то недостаточно хорошо. Я горела желанием стать такой же, как она. Однако к девятнадцати годам, неожиданно пришло осознание, что это на самом деле не я хотела стать лучшей. А моя мать жаждила меня сделать своей копией. Достичь всего того, чего не удалось ей (если это вообще было возможно).       А вместе с этим пришло и отвращение к балету. Меня бесило все. Избитая мелодия старого пианино, шнуровка пуант, балетные пачки, аромат паталя.       Балет никогда мне не принадлежал. Истинным стремлением неожиданно стал контемп.       Я случайно увидела отрывок современной хореографии у девочки, выступающей в прошлом году на соревнованиях следом за мной. Не могу точно описать, что испытала в тот момент, но у меня дух перехватило. Никогда таких чувств у меня не вызывал балет. Разве что, записи маминых выступлений. В те редкие дни, когда мне доводилось их смотреть. Из-за влияния матери и ее ко мне отношения, не хотелось показывать внутреннего восторга. Эго Сессиль и без того слишком завышено.       А потом мать узнала о моем желании уйти из балета в контемп и… вся моя жизнь обернулась адом. Мать не то чтобы возненавидела меня. Она заперла меня в клетке без права на освобождение. И мне, лишь оставалось глупо следовать ее указам. Занятие балетом стали для меня привычкой. Конечно я не могла просто выбросить их. Балет – часть моей жизни. Но эта часть — не любовь.       Я держалась за Иори. За возможность танцевать с человеком, которого любила, и который любил меня. Он поддерживал меня, помогал. Защищал.       А теперь…       Я вздрогнула, когда лодыжку пронзило болью.       — Выше! Ты сорок килограмм весишь или сто?! — деревянная палка алым пятном отразилась на коже.              В классе никого кроме меня не осталось. Как обычно и бывало, после общих тренировок, еще полчаса мать возилась со мной лично.       Она не церемонилась. Всегда давала волю чувствам, когда никто не видел. При всех — она эталон элегантности и профессионализма. Сильнейший педагог во всей Англии.       Только вот, я — не другие дети. Со мной можно было делать что угодно, пока никто не видит.       — Ты стала хуже справляться с фуэте. Столько времени корячится на сложных элементах, чтобы ты легкие разучилась делать? — мать надменно смотрела в мою сторону, на то, как я задыхаюсь от усталости. Она была недовольна. Впрочем, она никогда не была мною довольна. — Завтра в спектакле вместе тебя выйдет Айрис. Людям нельзя видеть этот позор. Мать даже не посмотрела на меня.              Помолчала пару секунд, видимо ожидая от меня какого-то ответа, а потом выключила свет и громко хлопнула дверью, оставляя меня одну в пустом зале.       Я рухнула на пол, рвано глотая воздух. Во всяком случае, это было лучше, чем продолжать лежать в комнате и пытаться уснуть. Шики гремела настолько громко, что мелодия рояля пылящегося в углу казалась тише.       Хотя стоило признать. Слова матери обидой полоснули сердце. Рада, что Айрис выйдет вместо меня. Не от всего сердца, разумеется. Эта радостью была окутана злостью, заставляя меня чувствовать себя ничтожеством.       Перекатившись к стене, я достала из сумки телефон.       Облокотившись спиной о стену без зеркала, я запрокинула голову к потолку, стараясь дышать полной грудью.       Вселенская обида от чего-то в миг накрыла меня с головой. Ирис Торнтон 20:39 Я соврала Ирис Торнтон 20:39 Ощущение такое, словно я не могу дышать. Не могу вдохнуть Ирис Торнтон 20:40 Он даже не попытался ничего мне объяснить Неизвестный номер 20:42 А что он должен был объяснить?       Я не ожидала получить ответ. Вообще не знаю, почему решила написать ему снова. Вероятно потому, что больше мне не с кем было это обсудить. Ирис Торнтон 20:44 Не знаю Ирис Торнтон 20:44 Что угодно Неизвестный номер 20:44 В этом был смысл?       По спине пробежали мурашки. Я несколько раз перечитала его вопрос, прежде чем понять хоть что-то. Неизвестный номер 20:48 Мне кажется, поэтому он и не стал ничего тебе говорить. Что изменят его слова? Факт предательства это не уберет и он это понимает Неизвестный номер 20:48 Возможно потому что ему не все равно, он и не стал давать тебе ложных надежд       Я до крови прикусила губу. «Потому что ему не все равно…». Если бы ему было не все равно, он бы не стал спать с той дурой. Я больно похлопала себя по бедрам, пытаясь собрать волю в кулак. Нужно было обустроить себе ночлег. Старая кладовка с диваном была не таким уж плохим вариантом. Во всяком случае, лучше, чем слушать Шики и ее…       Дверь в зал со скрипом открылась. Зажегся свет. Я машинально обернулась, сталкиваясь с тем, кого меньше всего сейчас хотела бы видеть.       — Ири? — его голос шепотом коснулся моего слуха. — Почему сидела в темноте?       — Уже собиралась уходить. — я старалась делать вид, что ничего не произошло. Не знаю почему.       — Я помешал? — он мялся в дверях, и этот его вид заставил в груди что-то надломиться. Что-то, уже до этого болело.       — Чего хотел? — я подняла с пол рюкзак, собираясь идти в раздевалку. Попыталась пройти мимо него, но Иори взял мое запястье, разворачивая к себе лицом.       Он завел меня обратно в зал, закрывая за нами дверь.       — Мы должны поговорить.       — Есть о чем?       Не знаю, чем я думала. Пару минут назад, когда я писала смс, мне хотелось услышать оправдания, но теперь… я мечтала сбежать куда подальше от этого места.       — Если ты думаешь, что я пришел оправдываться, то это не так. Да, я мудак. И то, что случилось, не терпит прошения. Но не это хотел сказать.       Он замолчал, а мне на мгновение захотелось, чтобы он продолжил унижаться. Чтобы в полной мере осознал кто он и что сделал. Чтобы понял, что именно он совершил.       — Тот чемпионат, на который ты нас заявила, — голос Иори едва слышно дрогнул, чего никогда прежде за ним не замечалось. — После случившегося у меня просто нет права сопровождать тебя, да и пользоваться такой возможностью было бы кощунством. Уверен, тебе есть, кому предложить поехать вместо меня. Это ведь такая возможность. Ты так этого ждала и…       — Ждала? — насмешливо повторила я. Меня мгновенно окатила неконтролируемая злость. Такая сильная, что я сжала ладони в кулаки, едва сдерживаясь. Я сделала шаг вперед, чуть ли не впечатывая Иори спиной в стену. Все мое тело напряглось от гнева. — Я подалась на этот чемпионат только потому, что ты этого хотел! Ты хотел поехать в эту чертову лондонскую академию, чтобы показать себя. Я согласилась, только потому что тебе это было важно!              — Что? Но для тебя это такая возможность. Выйти на сцену, чтобы показать то, чему ты так долго училась. Балет, это же…       — Да ваш балет у меня в печенках сидит! — меня затрясло. Я вытаращенными глазами пялилась на Иории. Пальцы дрожали от напряжения. Клянусь, я голова была ногтями выцарапать его душу. — Терпеть его не могу!       В моменте стало смешно от того, что даже Шики знала о том, с каким отвращением я смотрела на заявку к чемпионату. И как сильно не хотела на него ехать. Но тем не менее нашла в себе силы ради любимого помочь ему осуществить мечту, чтобы потом услышать это?..       — Ири, что с…       — Хватит так меня называть. — огрызнулась я. — Ты мне больше никто, понял?       Я сорвалась с места, намереваясь как можно быстрее покинуть зал, но резко обернулась, возвращаясь на прежнее место.       — Билеты можешь оставить себе, они оплачены. Возьмешь кого хочешь, меня это больше не касается. — с дурью в голосе причитала я. — И только попробуй хоть кому-то рассказать, из-за чего мы расстались. Я тебя лично руками задушу.       — Разве тебе не будет лучше, если все узнают, что в этом моя вина?       — Лучше? Ты подумал, что будут говорить обо мне? Как будут жалеть и считать жалкой? Думаешь мне оно нужно?       — Но…       — Скажешь всем, что мы не сошлись темпераментами, понял?       Иори смотрел на меня с глубоким сожалением, но от этого взгляда становилось только хуже. Хотелось набросится на него и разорвать тело в клочья. Настолько во мне бушевал гнев.       — Мне правда жаль, что все так сложилось.       Черты его лица изменились в печальном выражении, и я, не выдержав, толкнула его в грудь.       Обида лилась через край.       — Да пошел ты. — сквозь зубы процедила я, спеша к выходу.       — Ири, стой, — он снова дернул меня за руку, перегорождая путь. — Тебе есть где ночевать? Слышал, что Шики пригласила к себе Ко. Они точно не дадут тебе нормально отдохнуть. Можешь пойти в мою комнату. Я останусь у Лиана сегодня, поэтому ты там будешь одна.       Я смотрела на него, и не понимала, что чувствую. Сердце в груди отбивало похоронный марш. Эти его слова заставляли крупицы надежды трепетать под ребрами. Так поршиво.       — Это тебя больше не касается.       — Ири, я правда мудак, что поступил так. Но я хочу искупить хотя бы крупицу своей вины, если у меня есть такая возможность. Он говорил правильные слова, но злость в моей груди от этого лишь нарастала. Лучше бы и правда ничего не говорил.       — В этом нет необходимости. — попыталась как можно спокойнее проговорить я.       Иори сложил губы полоской, не зная, что еще сказать. Простояв пару долгих секунду в тишине, я предприняла третью попытку уйти.       — Я верну тебе деньги за чемпионат. Отдам все с зарплаты.       Меня будто насквозь пронзило пулей. Кончиков пальцев коснулся белый шум. Запястья свело от отвращения.       Я грубо развернулась на пятках, и с полным пренебрежением посмотрела на того, кого еще вчера считала самым близким.       — Засунь эти деньги себе куда-нибудь поглубже. — процедила я сквозь зубы, и наконец покинула пределы танцевального зала, мечтая как можно скорее скрыться от посторонних глаз.       Я слишком устала.