Глава 4. Пыль и пергамент

Они не думали, что архив окажется таким – не просто хранилищем, а целым подземным городом из стеллажей, где каждый шаг отдавался эхом, а воздух был густым от пыли. Джордж и Грейс сидели за небольшим столом в одном из немногих освещённых закутков и работали – каждый был погружён в свою кипу документов, и между ними лежала та самая папка – как линия, разделяющая их границы. Они работали уже четыре дня, перебирая огромное количество дел, документов и записей. Стол был завален пергаментами, в воздухе висело напряжение, но результата не было – и даже неутомимая Грейс, кажется, начала терять надежду. К концу четвёртого дня у Джорджа ломило спину от неудобного стула, а в глазах двоились строчки от усталости. Он приходил в архив после обеда – первую половину дня он проводил в магазине, честно разделив с Роном время их работы. Он торопился в архив так, как будто от пребывания там зависела его жизнь, и засиживался допоздна, до тех пор, пока сотрудники архива не отправляли его домой – ему очень хотелось найти хоть что-то, что приведёт их к разгадке. Грейс тоже работала с полным погружением: она выписывала названия артефактов на отдельный лист, перепроверяла их, вычёркивала лишние; её почерк был быстрым и четким. Иногда она на секунду замирала, щурилась, вспоминая что-то из своей практики, и делала пометки на полях. Джордж украдкой посмотрел на неё: прямая, как всегда, спина, сжатые губы, тонкая морщинка на переносице – и всё та же привычка машинально поправлять выбившиеся из пучка локоны, так знакомая Джорджу. Он вообще очень многое вспоминал о ней в последние дни, вытаскивая из памяти всё то, что так тщательно там прятал. ------ Декабрь 1995 года. Выручай-комната, Хогвартс Гарри привёл Грейс на занятие ОД неожиданно: просто появился с ней в дверях, и в комнате повисло недоумённое молчание. Слизеринка. В «Отряде Дамблдора». Похоже, они все влипли. – Привет, народ, – буднично поздоровался Гарри, оглядываясь и поднимая руку. – Это Грейс, и она теперь с нами. Спорить с Гарри никто не стал – ходили слухи, что у Грейс тоже был конфликт с Амбридж, но никто не знал подробностей, а сама она делиться ими не хотела. Но настороженность осталась: Грейс чаще других приходилось на тренировках отбиваться от нескольких заклятий сразу – и она быстро научилась плести хитрые, сложные щиты, закрывающие её, как броня. Ей недоставало скорости – но она старалась компенсировать её точностью и упорством. Обычно она стояла чуть в стороне от всех, с прямой спиной и застывшим лицом, и никто не решался к ней подойти. А он смотрел и думал: что она прячет за этой бронёй? Однажды они работали в тройке – она и близнецы – и Грейс неожиданно прикрыла Джорджа щитом, когда он замешкался с защитой. «Смотри в оба, Уизли», – сказала она тогда таким тоном, что Джорджу захотелось огрызнуться, но он сдержался – просто кивнул и отвернулся, а потом долго возвращался к этому моменту в своей памяти, пытаясь понять, что же его так зацепило... ------ Он моргнул, возвращаясь в реальность, и увидел, что Грейс смотрит на него с лёгким недоумением. – Отчёт о поставках на склад «Мелрой» за 2004 год, – сухо произнесла она, протягивая ему пергамент. – Спасибо, – пробормотал Джордж, забирая его. Его пальцы снова едва не коснулись её, и он уловил её запах – по-прежнему свежий и... Волнующий. Это наблюдение было таким личным, таким несвоевременным, что он почувствовал себя виноватым, и, чтобы отвлечься, углубился в накладные. Цифры, названия, печати – привычный ему мир, и здесь, среди сухих фактов, он начал понемногу приходить в себя. Это была его стихия: логистика, каналы, поставки. Он сверял партии, мысленно прокладывая маршруты, отмечал их на карте и погрузился в этот процесс так, что потерял счёт времени. ...И вдруг тишину нарушил звук, от которого они оба вздрогнули. С дальнего конца зала упала книга, и молодая сотрудница архива, неловко дёрнувшись, бросилась её поднимать. Грейс и Джордж встретились взглядом – впервые за сегодня – и в глазах каждого мелькнуло одно и то же понимание: «Ты тоже на нервах». И именно в этот момент, словно сама магия архива решила вмешаться, Джордж, опустив взгляд на бумаги, увидел её. Нестыковку. – Подожди, – его голос прозвучал громче, чем он планировал, нарушив тишину. – У меня тут таможенная декларация за февраль 2004 года. Дай мне накладную к ней из твоей стопки... Ту, что от компании Теренса Смита. Грейс, не спрашивая, молча нашла и передала документ. Джордж положил два пергамента рядом. Его палец побежал по строчкам. – Смотри. Здесь, – он ткнул в графу «Груз» в таможенной декларации, – заявлено «деревянная тара, 20 ящиков, вес – 100 фунтов». – И? – Грейс наклонилась ближе, чтобы рассмотреть. Снова повеяло запахом её духов, и Джордж буквально заставил себя сосредоточиться. – А здесь, – он перевёл палец на накладную этой же поставки, – «канцелярские товары (перья, чернила, пергамент), 20 ящиков, вес – 80 фунтов». Она молчала секунду, переводя взгляд с одного документа на другой. А потом он увидел это – едва уловимую искру в её глазах. – Разница в 20 фунтов, – тихо сказала Грейс. – Это не просто погрешность. И «деревянная тара» не превращается сама по себе в «канцелярские товары». – Если это обшивка ящиков, она даёт разницу в весе, но не в описании и не такую большую, – подхватил Джордж, и голос его теперь звучал увереннее, живее. Он ловил нить, и это было лучшее ощущение за последние пять лет. – Значит, где-то должна быть настоящая накладная. Или... – он перевернул накладную и посмотрел на оборот. Ничего. Тогда он поднёс её ближе к лампе. – Дай сюда, – Грейс почти выхватила пергамент. Она достала из складок мантии палочку и осторожно провела ей по пергаменту, шепча почти неслышное заклинание... И тут сквозь основной текст на пергаменте стали проступать пометки, будто бы подсвеченные голубым светом: цифра «80» превратилась в «100», «канцелярские товары» вновь стали «деревянной тарой», да и печати, стоящие на пергаменте, были другими. – Информация в таможенной декларации и в накладной должна соответствовать друг другу, – сказал Джордж, закусывая губу, – полагаю, что подмена произошла или на складе прибытия, или на складе самой компании. – А как вообще приходят такие поставки? – поинтересовалась Грейс, глядя на него расширившимися глазами. Джордж почесал подбородок, откинулся на спинку стула и начал объяснять: – Есть несколько официальных складов для зарубежных поставок, которые контролируются министерством, точнее, Отделами Международного магического сотрудничества и Магического транспорта совместно. И ещё есть частные склады, у которых есть министерская лицензия на приём таких грузов, но их буквально два на всю Магическую Британию. Товар прибывает партиями с помощью межконтинентальных порталов, принимается сотрудниками склада и после проверки отправляется в компанию, которая совершила заказ. Чаще всего везут редкое сырьё, которого нет в Британии или которое дешевле, чем у нас, даже с учётом перемещения порталом. В общем, надо копать историю со складом. Или проверять компанию Смита. – Нам нужно узнать, что именно они заказывали, – Грейс потянулась к кипе документов с запросами на перевозку грузов и начала быстро их перебирать. – Ни за что не поверю, что такая крупная компания, как его, не обнаружила недовес в 20 фунтов... Вот, нашла! – Она с победным видом вытянула один из пергаментов и положила его на стол. – Магическая канцелярия, – начал зачитывать Джордж. – 20 ящиков, назначение... Описание... Вот! Вес одного ящика – 4 фунта. 20 ящиков – это как раз 80 фунтов. Получается, что со стороны Смита всё верно. Но, наверное, аврорам всё равно стоит его допросить... Проверка остальных накладных Смита ничего не дала – другие поставки, по крайнем мере, за последний год, соответствовали декларациям. Зато удалось найти ещё несколько поставок от других компаний с магическим образом исправленными накладными, и стало ясно, что все пути ведут к складу «Грейхаунд».

***

– Итак, что у нас есть, – спустя час сказал Джордж, запуская руку в волосы и взлохмачивая их, – несколько поставок для разных компаний прибывали на склад «Грейхаунд» с одним весом, а уходили по компаниям – с другим. – Значит, вместе с грузом прибывал дополнительный груз – возможно, контрабанда, и кто-то из тех, кто работает на складе, каким-то образом её передавал дальше. И, вероятно, так контрабандисты перевозили не только артефакты, но и что-то ещё, – добавила Грейс. – Наверняка, – поддержал её Джордж. – А ещё я проверил: все эти грузы на «Грейхаунде» принимал один и тот же человек – Себастиан Вейл. Я знаком с ним немного: он раньше держал лавку в «Лютном», говорят, нелегально пускал через неё многие товары, но после войны обанкротился и сменил уже несколько мест – и вот в последние годы работает на складе. Но я почти уверен, что с криминалом он не завязал... И тут Грейс сделала то, чего не делала все эти дни – она подняла на него глаза и улыбнулась. Не сдержанной, профессиональной улыбкой, которой улыбалась на совещаниях, – а настоящей, той самой, от которой у него когда-то перехватывало дыхание. – Неплохо, Уизли, – сказала она, и в этих словах не было ни капли яда или насмешки. Была констатация факта – они наконец-то нашли то, что искали. На секунду все проблемы Джорджа – боль, прошлое, Анджелина – как будто испарились, и остались только стол, папка и она – его прежняя Грейс, умная, увлечённая, улыбающаяся. Живая. – Спасибо, – хрипло ответил Джордж, и его собственная улыбка оказалась на удивление естественной. Откуда-то сверху раздался шум, Грейс дёрнулась и отвернулась. Её улыбка погасла, как будто её и не было – но момент уже случился: они нашли эту зацепку вместе, и это была их общая победа. Оставалось только действовать.