Измена.

      На улице стояла хорошая, солнечная погода, всё-таки уже был конец апреля. Лунтик беззаботно шёл к домику своего лучшего друга, то есть Кузи. Он планировал позвать кузнечика на футбольный матч против гусениц, а после матча он планировал заглянуть к своей девушке, — бабочке Элине. Элина была для Лунтика всем, он выполнял все её прихоти: конфеты, огромные букеты цветов и даже ужин в дорогом ресторане в Тридесятом лесу; по мнению бабочки всё это «базовый минимум», который каждый парень должен быть в состоянии обеспечить. Но для пришельца это было абсолютно нормальным, ему не казалось это чем то странным.       К слову, их отношения удивили большую часть молодого населения леса. Ведь как это так: такой пухлый добрячок, а точнее будет сказать «тюфяк» с Луны встречается с первой красавицей Элиной? Большинство парней завидовало Лунтику, ведь у Элины была отличная фигура, особенно подтянутая задница и большая грудь… Но при этом, у них с пришельцем до сих пор не было секса, хотя встречаются они уже чуть больше года. Лиловый, в общем-то, был девственником, хотя он пытался иногда неловко намекать своей девушке о этом, но у неё вечно были различные отмазки, то «эти дни», то живот болит…       Чего, кстати, не скажешь о Кузе. Кузнечик то был самым настоящим альфа-самцом! Он даже не пользовался услугами местных борделей, девушки сами на него «западали» и Лунтик никак не мог понять в чём же разница между ним и его лучшим другом? Что есть такого у Кузи, чего нет у него? И это при том, что Кузьма нигде не работал, соответственно денежных средств почти не имел, не старался модно одеваться и был довольно груб в общении с женщинами, в открытую лапал их, отпускал похабные шутки…       Для Лунтика это было дикостью, в его голове не укладывалось, что можно так поступать с представительницами «прекрасного» пола. Хоть пришельцу и было уже семнадцать лет, но его добродушие и наивность с детства никуда не делись. К тому же, можно сказать, что он мыслил теми установками, что вбила ему в голову Баба Капа…

***

      И вот Лунтик уже подходил к домику своего товарища. Жилище Кузи представляло из себя небольшой полый пенёк с одним маленьким окном, а находился этот пенёк на пустой полянке, огороженной плотными зарослями травы. Подойдя к двери, инопланетянин пару раз постучал по ней, но никто не открыл, хотя, вроде как, они вчера договорились о том, что Лунтик зайдёт за кузнечиком… Пришелец постучал ещё пару раз, но уже посильнее. Никто, опять же, не открыл. Лунтик постоял пару минут под дверью и уже собирался уходить, но перед этим он решил заглянуть в окно, которое оказалось не зашторенным.       Подойдя к окну, лиловый увидел пустующую спальню своего друга. «Неужели его и вправду нет дома?» — подумал Лунтик. Но нет, совершенно случайно, через приоткрытую в спальне дверь, выходящую в гостиную, лунная пчела увидела ужасающую для себя картину: в гостиной на небольшом диванчике расположился Кузя, полностью голый, а на его толстом, жилистом члене прыгала бабочка, да так, что её ягодицы даже потрясывались, хоть эта бабочка и была видна Лунтику только спиной, но он точно узнал её, — без сомнений, это была именно Элина! В тот момент внутри пухляша была целая буря эмоций, но в основном в нём преобладали гнев, удивление и печаль.       У Лунтика никак не укладывалось то, что его девушка изменяет ему с его лучшим другом. Через пару мгновений лиловый зарыдал в голос так, что, казалось, его плач слышала вся округа. Лунтик испытывал злость как к Элине, так и к Кузьме. И когда гнев вышел на свой пик, пришелец, не контролируя себя, ударил кулаком по стеклу. И этот удар, который собрал в себе все негативные эмоции лунной пчелы, образовал на окне трещину, что ещё слегка, словно паутина Шнюка, расползлась по поверхности стекла. И, естественно, этот удар был довольно громкой, его никак нельзя было не услушать.       В этот момент Элина резко повернулась в сторону спальни Кузи. Да, она тоже увидела Лунтика через приоткрытую дверь… Лицо бабочки тогда было довольно сложно описать, она чуть приоткрыла рот, а глаза начали двигаться достаточно резко. Также, кажется, тело Элины начало немного дрожать. Ещё немного посмотрев друг на друга, бабочка быстро встала с члена кузнечика, куда-то отошла, а вернулась уже в трусах и в большеватой футболке, что, вероятно, принадлежала Кузе. Подбежав к окну, бабочка открыла его на распашку.       — Лунтик, я… — промямлила бабочка, не зная, что сказать дальше, ведь что тут говорить? Какую отмазку придумать, если Лунтик застал их в расплох?       — П-почему?!.. Элина?!.. — сквозь слёзы говорил пришелец, но у него была настоящая истерика и кроме этих слов он больше ничего не мог нормально и чётко сказать.       — С-сук-ка! — в ярости провизжал инопланетянин, захлёбываясь своими слезами и соплями.       Внезапно, Лунтик схватил свою, уже бывшую, девушку за плечи, да вытянул её из окна. Элина упала прямо на землю и хотела было уже бежать, но чёткий удар в спинку носа остановил её. Теперь Лунтику было уже плевать на свои моральные нормы и установки. Бабочка истошно закричала и принялась закрывать своё лицо руками, но это не особо спасало от целого ряда ударов, как кулаками, так и ногами. Лиловому было абсолютно всё равно, куда бить, он бил без разбора: и в висок, и по челюсти, и по носу. Вскоре, после жестокого избиения, Элина потеряла сознание, но Лунтик всё равно некоторое время продолжал наносить ей удары. Посмотрев на лицо бабочки было понятно, что просто тональным кремом тут не обойтись: нос сломан, губа рассечена, а пара передних зубов точно выбита или сломана. И, естественно, почти всё лицо девушки было залито яркой кровью, которая, к слову, была даже на кулаках Лунтика.       Отдышавшись, Лунтик вдруг вспомнил про Кузю и вновь посмотрел в окно. Как оказалось, кузнечик ещё присутствовал у себя дома, он уже натянул на себя одежду, что попалась под руку, но, видимо, перед выходом ещё что-то искал. Лунтик не собирался его отпускать и потому он залез в дом через распахнутое окно.       — Стой, сука! — прокричал пришелец.       — Л-лунтик, ты… Да пошёл ты нах-хуй! — выдавил из себя Кузьма, обернувшийся на бывшего друга.       После этих слов Кузя быстро подбежал к входной двери, открыл её и выбежал на улицу. Лунтик погнался за ним, но увидев, как грациозно кузнечик запрыгнул на ближайшую ромашку, а после перескочил на одуванчик, пришелец осознал, что даже на земле ему не поймать Кузю. Упав на землю, лунная пчела издала довольно странный звук, похожий на смесь жалкого визга и дикого рыка.             Ещё немного посидев на земле, Лунтик всё-таки пошёл домой. Мысли у него были самые депрессивные, по пути он немного поразмыслил, да решил покончить с собой. Он считал это единственным выходом, не видя смысла жизни после потери лучшего друга и любимой девушки, он думал, что лучшим вариантом будет покинуть ему этот мир. К тому же, в иве как раз никого не было. Шер и Капа ещё вчера улетели к сёстрам Капитолины и вернуться должны были лишь через неделю.       Поднявшись к себе домой, Лунтик принялся искать что-нибудь, на чём можно было бы повеситься и первым, что он нашёл был офицерский ремень, который носил Шер, когда ещё не вышел на пенсию. «Пойдёт» — хмыкнул себе под нос Лунтик. Но перед тем, как покинуть этот мир, пришелец желал написать предсмертную записку. Да, это естественный инстинкт, каждое живое существо хочет что-то оставить после своей кончины, к слову, это одна из та причин, почему заводят детей. Найдя ручку и вырвав из тетрадки страничку, Лунтик сел за стол и начал писать своим кривым подчерком: «Дорогие Баба Капа и Деда Шер, мне очень жаль, что так вышло, но мне…». Дальше он не знал, что написать и от этого, почему-то, тоже стало очень обидно. Лунтик смял листок в некое подобие шарика, выкинул в окно, да закричал:       — Да пошло оно всё!       Решившись на самоубийство, Лунтик схватил тот ремень, что он сумел найти, а также притащил в свою комнату табуретку с кухни. Поставив табуретку к шведской стенке, что когда-то Деда Шер купил своему внучку для занятий спортом, пришелец встал на неё, туго и высоко затянул один конец ремня у себя на шее, а другой конец он подвязал к шведской стенке. На душе Лунтика было так спокойно и тревожно одновременно и вот он уже был готов откинуть ногами табуретку, как вдруг он вспомнил про старенький револьвер Шера, который он хранил после той самой войны.       Немного подумав, Лунтик снял конец ремня со своей шеи, спрыгнул с табуретки и направился в комнату своих приёмных родителей. В углу комнаты находилась небольшая тумбочка и лунная пчела решила проверить её. Подёргав за ручку тумбы было ясно, что она заперта, а ровно с этим стало понятно, что там точно был револьвер. Ведь зачем запирать только одну тумбу во всём доме?       Теперь оставалось только открыть тумбочку, благо, на тумбе удобно лежала скрепка. Да-да, когда-то, когда они с Кузей ещё были друзьями, тот научил Лунтика вскрывать замки использовав такой простенький предмет канцелярии. Пришелец выпрямил скрепку и отогнул её небольшую часть вверх, после чего вставил эту импровизированную отмычку в замочную скважину и найдя штифт в замке, приложил некоторые усилия, дабы нажать скрепкой на штифт, а потом провернул скрепку по часовой стрелке. Благо, замок был старый и очень простой, потому вскрыть его было довольно легко.       Лунтик выдвинул небольшой ящик и да, как он и думал, там был револьвер, с относительно длинным стволом; ручкой, которая была выполнена из приятного, ребристого на ощупь материала; курок был таким, чтобы на него удобно ложился большой палец. Взяв револьвер в руку, Лунтик случайно нажал куда-то и тут барабан оружия выкатился в лево, осмотрев его пришелец понял, что он семизарядный. К слову, также в ящике была пара коробочек револьверных патронов, пара фотографий Шера времён той самой войны, а также обоюдоострый ножик, на лезвии которого было выгравировано что-то на другом языке. Видимо, это нож был трофейным… Его Лунтик также прихватил. Пару минут потратив на то, чтобы понять, как заряжать и стрелять из револьвера, у лилового созрел план мести…