Часть 1

Кресло оказалось не очень удобным. Спинка слишком высокая, чтобы на нее можно было откинуть голову, в бедро упиралась то ли пружина, то ли еще какая железяка, под поясницей мешался пак, а провода неприятно лежали на горле. Несмотря на все это, шевелиться не было никаких сил. Миша только неровно выдохнул, старательно пытаясь расслабить сведенные шею и плечи. Получалось откровенно плохо. Где-то там, снаружи, приглушенно гремели голоса техников, звякала аппаратура, легким шорохом доносились крики из зала, невпопад стучало окно. Мимо гримерки кто-то громко протопал — вибрация от пола отдала в голову и почему-то в зубы. Миша еле заметно поморщился, страдальчески сведя брови, и, уловив слабый звук часов, попробовал сосредоточиться на нем. Тик-так, тик-так, тик-так… Через какое-то время челюсть стала немного расслабляться. Хлопнула дверь, зашуршали шаги и тихие голоса. Тик-так, тик-так, тик-так… Дверь снова хлопнула — кто-то вышел. Кажется, Максим с Ульфом, что-то обсуждая на ходу и мешая при этом три языка, но явно не испытывая от этого никаких проблем. Тик-так, тик-так, тик-так… В волосы зарылась чья-то рука, тепло ероша влажные пряди, и почти сразу сверху раздался голос Сергея: — Ты молодец, Миш. Выдыхай. — Поддерживаю! — откуда-то сбоку проговорил Виталий, шурша сумками. — Празднуем, отдыхаем и лечимся. Ты лечишься, я имею в виду, — пояснил он в Мишину сторону. Миша что-то промычал в ответ. Под сильными руками, переместившимися на шею и плечи, усталость навалилась еще сильнее. Однако он хоть смог слабо пошевелиться и открыть глаза. — Спасибо, — запрокинув голову, насколько получилось, проговорил он куда-то в потолок. — Да не за что, — отозвался Сергей, мягко усмехаясь. — Ты давай, приходи в себя, главное. Миша снова что-то промычал, поведя головой и начиная самостоятельно двигать задубевшими мышцами. — Приду, — наконец ответил он, тяжело вздыхая и начиная выпутываться из ушных мониторов. Хрустнула поясница. — До дома бы только доползти и приду. Где-то громко хлопнула дверь, заглушив начавшего что-то говорить Виталия. Послышались чьи-то злые, отрывистые фразы и снова топот шагов. Кажется, кто-то от души нарвался. Переглянувшись, все трое пожали плечами. Миша помотал головой, пытаясь выгнать оттуда звон от резкого шума и заставить себя встать хотя бы переодеться. Комната качнулась. — Ох… — беззвучно выдохнув, он, от греха подальше, снова откинулся на спинку, решив все же со всем повременить. В наступившей вдруг тишине еле слышно щелкал чем-то в телефоне Виталий. Сергей приглушенно стучал и шуршал на столе. Даже снаружи не доносилось больше никаких звуков. Тик-так, тик-так, тик-так… — Вот! Виталий вдруг резко вскочил с места, заставив вздрогнуть, кажется, и Сергея тоже. И стремительно оказался рядом с Мишей, наводя на него экран фронтальной камеры. Миша слегка поморщился от слишком сильной яркости. Он хотел было уже спросить, что происходит, но тут же фыркнул, когда поверх его лица запоздало отобразилась маска медвежонка. — Давай, Мишань, на память! — совсем уж довольно разулыбался Дубинин, сверля его горящим взглядом. Заинтересовавшись происходящим, сзади снова подошел Прист. И ожидаемо пришел в восторг, развеселившись: — Интернет требует зверя! — подхватил он и встал с другой стороны, опираясь руками о колени и отсекая пути к возможному отступлению. Миша вскинул брови. Вот же детский сад… — Да-вай! Да-вай! Да-вай! — вдруг стал скандировать Серега как фанат футбола, а Виталик, разумеется, не замедлил к тому присоединиться. Нашлись тут, ну честное слово… Миша покачал головой и… незаметно усмехнулся. Он уже собирался, как это обычно бывает, попытаться отвертеться или хотя бы просто привычно улыбнуться в камеру. Но тут вдруг все надоело. Лень. К черту все. Он склонил голову на бок, состроил серьезное выражение лица и ближе наклонился к телефону, будто собираясь петь какую-то особенно проникновенную балладу: — Р-р-р, — тихо и лениво вместо этого выдал он, лукаво сверкнув глазами под растерявшимися было взглядами. Звук внезапно легким эхом разнесся по всей гримерке. — Ха! Отлично! — через мгновение восторженно, и даже как-то восхищенно, расхохотался Виталий, залихватски махнув рукой и хлопнув Мишку по плечу. Сергей будто на секунду подзависнул. Окинул комнату, а затем и Житнякова каким-то неопределенным взглядом, но мгновением позже рассмеялся вслед, подмигнув. Миша тепло улыбнулся и проводил их взглядом до стола. Чужое веселье расслабляло. — Странно, — проговорил вдруг себе под нос Дубинин, кидая телефон на диван. Миша даже не пытался понять, к чему это относилось. От какого-то внутреннего освобождения, голову стал заполнять усталый туман, вместо поселившихся там еще вчера долбящих дятлов, хотя и принося облегчение, но окончательно мешая воспринимать окружающий мир. Попов вопросительно промычал, что-то жуя. — Да вибрация была, какое-то уведомление как будто пришло, а ничего нет. Ох уж эти смартфоны, — как-то неуверенно протянул тот в ответ. И добавил без перерыва: — Миш, будешь есть? От мысли о еде его замутило. — Нет, спасибо, — запоздало поняв, что это вообще-то был вопрос, помотал он головой из стороны в сторону. — Можно мне просто воды или чаю? — Ох, что-то ты мне совсем не нравишься, — покачал Дубинин головой, передавая ему бутылку воды и щелкая по пути чайником. — Лоб совсем горячий. Зато прохладная рука ощущалась на нем просто потрясающе. Миша инстинктивно прижался сильнее в погоне за еще большим облегчением, закрывая на мгновение глаза и глубоко вдыхая. На длинном выдохе от облегчения зашумело в ушах. Аж до тихого звона. — Сереж, ты чего? — вдруг вмешался в гулкую тишину сознания голос Виталия. Приоткрыв глаза, Миша скосил взгляд в сторону Попова. Тот снова как-то странно осматривался. — Да так… — ответил тот. — Не чувствуешь ничего… странного? — будто с намеком спросил он. Виталий в ответ будто бы повел носом, глубоко вдыхая затхлый воздух, отдающий потом и пылью. — Да вроде нет, — заключил он. — Свежо разве что как-то. Опять дождь будет, наверное. Прист в ответ глянул с некоторым сомнением, но ничего не сказал. Миша нормально открыл глаза и перевел взгляд на закипающий чайник. Раздумывать над этой сценой сил не было. Прохлада со лба пропала, но на расслабленность и накатывающую умиротворенность это слабо повлияло. Вернулся Макс, где-то потеряв Ульфа. Спустя время Миша обнаружил себя посмеивающимся над рассказом непонятно когда появившегося Володи. Техники зачем-то сгрузили к ним часть аппаратуры. Юля то появлялась, то исчезала в общем веселье. Он был вроде и здесь, а как будто бы и нет. Вдруг перед лицом появилось синее пятно. Миша моргнул. — Держи давай, он третий раз уже закипает, а ты все никак не реагируешь, — что-то протягивающий ему Виталик добродушно усмехнулся, потрепав его по волосам. — О… — Миша, осознав спустя пару мгновений, благодарно улыбнулся и взял в руки теплую, почти горячую, кружку. От которой безумно привлекательно исходил ароматный пар. Чай же. Точно. — Спасибо, — добавил он запоздало, глотнув крепко заваренный напиток и блаженно выдыхая. Где-то что-то щелкнуло на краю восприятия. Кажется, пак с обернутыми вокруг него проводами, все еще не убранный на место, сполз с колен к подлокотнику. Не сломать бы. Серега опять как-то задумчиво посмотрел в его сторону. Миша с кряхтением все же заставил себя встать, чтобы переодеться и все убрать, наконец. С трудом дотащился до собственной сумки. — А где все, кстати? — вдруг спросил он, складывая рубашку и только сейчас осознавая, что в комнате их снова трое. — А… — махнул рукой Дубинин, ничего этим не объяснив. — Гуляют где-то. Миша что-то промычал в ответ, с трудом попав головой в воротник джемпера и пытаясь не запутаться в рукавах. Справился. С горем пополам. Как-то сердито отхлебнул еще чая и раздраженно фыркнул. В тот же момент перегорела одна из лампочек. Правда, внимание на нее обратил один только Сергей. Он как раз собирался откусить бутерброд, но замер и, подумав, положил его обратно. Сверлить Мишу взглядом явно было ему интереснее. А тот как будто потратил все накопленные силы на этот фырк и опустился обратно в свое родное, и не такое уж и неудобное уже, кресло. — Ты как, Миш? — спросил его Попов. — Я все, — лаконично ответил он. — Н-да… — пробормотал на это Виталик. — Тебе надо домой. — Надо, — снова коротко ответил Миша. — Скоро поедем, — подытожил Дубинин. Да. Миша зевнул, чуть не вывихнув челюсть. Хорошо, что вещи и подарки он все же собрал. А чудом захваченный с собой чай оказался весьма кстати. Есть в этом что-то медитативное… Тик-так, тик-так, тик-так… — О, тут есть маска дерева! — неожиданно воскликнул Виталий, вызывая почти что чувство дежавю. Чуть ли не задремавший Миша резко вздрогнул (хорошо хоть чай уже почти допил) и посмотрел на него. — Не хочешь, кстати, повторить? — ухмыльнувшись, Дубинин покачал телефон в руке. — Нет, спасибо, — фыркнув, Миша в ответ как-то неожиданно для себя легко рассмеялся. Так-то, интересный был опыт. Ему понравилось. И тут внезапно засвистел чайник. Дубинин покосился на Мишу, тяжко вздохнул и встал, махнув рукой и пойдя его выключать. Щелкнул кнопкой раз, что-то ворча себе под нос. Второй. Почему-то свист не прекращался. И тут он вдруг замер под любопытствующими взглядами. Почесал затылок. Взгляды стали еще более живо заинтересованными. — Чего? — выдал Виталик, наконец. — Ты же электрический… — он поднял чайник с подставки. Свисту было по барабану. Серега, в очередной раз за вечер кинувший на Мишу непонятный взгляд, невольно прыснул. Миша и сам не смог удержаться от нервного смеха. В то же мгновение среди принесенной техниками аппаратуры что-то зафонило, резким звуком резанув по ушам. Зато чайник затих. Все трое дернулись, обернувшись. — Кто-то включал колонки? Зачем? — спросил Виталик, почему-то по примеру Сереги посмотрев на Мишу. Тот пожал плечами. Нашли у кого спрашивать. — Нет, Виталь. Они выключены, — медленно проговорил Прист, не отрывая какого-то подозрительного взгляда от Миши. Миша наконец вопросительно посмотрел на него. Что происходит вообще? Подумал — и задал этот вопрос вслух. — Вот и мне интересно, — многозначительно ответил Попов. — Что происходит, что происходит… — проворчал Виталик, снова плюхаясь на диван рядом с Сергеем. — Устали все, вот, что происходит. А Миша вообще больной. Отстань от человека. Миша благодарно вздохнул — и внезапно оглушительно чихнул. Звук эхом отразился от стен и потолка. Вдруг громко загудели лампочки. Миша шмыгнул носом — и в то же мгновение свет замигал. Попов молча выгнул брови и перевел взгляд на Виталика. — Тьфу, — отмахнулся тот. — Проводка. Говорю же, дождь будет, — потянул он носом спертый воздух. — Только не трогайте щиток, не то вырубим тут все к чертям. Сергей покачал головой. Миша не понимал вообще ничего. Глотнул чай и снова откинулся на спинку, сверля пустым взглядом стенку напротив. Стало тихо. Мысли еле ворочались в заполненной туманом голове. Боже, можно ему просто поспать? Прямо тут. — Виталь… — еще раз попытался сказать о чем-то Попов. — Да быть такого не может, — еле слышно сказал в ответ Дубинин, покосившись в Мишину сторону. Миша грустно прислушался. — Он в группе больше четырех лет, заметили бы уже. М-м. Понятно. Что ничего не понятно. О чем они? Что бы они у него заметили? Миша честно попытался вникнуть в происходящее и собрать разбегающиеся мысли. На краю сознания все еще тихо фонила кем-то включенная колонка. Или не включенная? Что-то Серега говорил про это… Или не про это? Ну и ладно. Зато стенка красивая. Ровная, однотонная… Тик-так, тик-так, тик-так… — Р-р-р, — вдруг послышалось из чьих-то динамиков под ехидный смех Виталия. — Р-р-р, — почти на автомате повторил он зачем-то за собой еле слышно и зевнул. Колонка зафонила громче. Почему стоит потеряться в себе — и происходит черт знает что? Почему сейчас? Почему он не может просто в кои-то веки побыть уставшим? Почему он не может просто… ч-черт. Миша откинул голову, стукнувшись головой о не самую мягкую спинку и тихо обессиленно застонал. И в этот момент, конечно же, заорала сирена тревоги. Причем, как будто бы во всех помещениях клуба и одновременно. Конечно же. Самое же то на десерт. Попов с Дубининым подскочили от неожиданности. Миша даже не вздрогнул. — Это я, да? — как-то обреченно вопросил он в пространство. — Очень похоже на то, — пробормотал в ответ Прист, снова сверля его изучающим взглядом. Миша моргнул. Тик-так, тик-так, тик-так… Удивительно, что он слышал часы сквозь этот вой. Но хоть стенка на месте стоит. В отличие от всего остального, видимо. — Это что, магия? — Миша еще раз моргнул, потер лоб и еле заставил себя оторвать голову от спинки, взглянув в сторону дивана. Сирена замолкла. Дубинин смотрел как-то странно и молчал. Попов кинул взгляд на Виталика и, видимо, понял, что придется отдуваться самому. — Э-э, ну, типа… — пробормотал он в ответ. Миша выгнул брови и нервно шмыгнул носом. В то же мгновение свет опять мигнул. — Молчи вообще! — вдруг резко сказал Виталий, напряженно подскочил и заходил по комнате, шумно дыша. — Я не… — начал было Миша, но тут с треском погасла еще одна лампочка. — Молчи! Житняков открыл и закрыл рот, как рыба. Поморщился и шумно выдохнул. Позади опять зафонили колонки. — И не дыши! Миша задохнулся от возмущения и судорожно втянул носом воздух. — Да чтоб вас… — прошипел он себе под нос. Свет на мгновение ярко вспыхнул, и комната с громким хлопком погрузилась в темноту. Повисло молчание. — Я надеюсь, — подал наконец голос Серега, — ты не весь комплекс вырубил. Виталий сорвался с места и распахнул дверь в коридор. Из-под других были видны полоски света. — Вроде нет, — закрыл он ее обратно и почесал в затылке. — Уже хорошо, — кивнул Сергей. — Виталь, не паникуй. Его способности явно не просто на голосе завязаны. — Да понял я, — проворчал Виталий себе под нос и усаживаясь обратно. — Может ты и расскажешь, на что именно, раз такой умный? И что нам теперь с этим делать. — А давайте сначала мне кто-нибудь объяснит, что происходит? — рискнул встрять Миша в зарождающуюся перепалку. Лампочки снова загудели и, слабо помигав, неровно загорелись. Попов с Дубининым переглянулись. Виталий повел ладонью и, скрестив руки на груди, мрачно откинулся назад. — Ладно... — проворчал Сергей. Встал, походил по комнате и сел обратно. — Хорошо. В первую очередь, Миш, это не столько магия, как в фэнтези, сколько… суперспособности. Миша открыл было рот нервно хохотнуть, но вовремя опомнился. Нельзя. Он сейчас чуть ли не пороховая бочка, кажется. — Вы как супергерои, что ли? — подчеркнуто спокойно поднял он брови. Несколько жалобно. Виталий коротко фыркнул. — Во-первых, ты теперь тоже, тогда уж, — хохотнул Серега. — А во-вторых… ну, каждый использует свои способности, как хочет. Просто это как-то не принято особо афишировать. Сам понимаешь, почему. Миша кивнул. Он пока ничего не понимал. — Хорошо, — кивнул в ответ Сергей. — Вообще-то, обычно способности просыпаются в детстве или хотя бы в юности. Нестабильная психика, вспышки эмоций… Думаю, это ты тоже понимаешь. Ага, щас. — Но бывает и так, — продолжал тот, — что они проявляются значительно позже. Обычно это тогда экстренные ситуации, сильное истощение и зашкаливающие эмоции. Едва ли не все вместе. Когда адреналин все сметает к чертям, в общем. — То есть… — Миша умудрился таки ухватить хоть какую-то мысль. — Я устал настолько, что у меня проснулась магия? — Ну… я, во всяком случае, примерно так думаю. Ты вообще сам чувствовал что-то необычное? — Что я должен был чувствовать? — Миша помотал было головой, но вдруг замер. — Хотя постой… Он нахмурился, пытаясь нащупать что-то в той каше, в какую превратился его мозг. Еще и в тумане все до сих пор. Часы тикали, заставляя хмуриться все сильнее. — Вспоминай, Миш, — настаивал Прист. — Лично я точно могу сказать, когда что-то заподозрил. Но может, было что-то еще? — Что-то… было… — Миша задумчиво промычал. Что-то же было, точно. Он тогда еще… Вот! — Ваша шутка с той маской? — вскинулся он. — Да, я тоже тогда заметил, — Попов кивнул головой, подавшись вперед. — А раньше ничего не было? — Нет… — неуверенно протянул Миша в ответ. Перед глазами уже плыло. Но вроде бы… — Нет. Сергей снова кивнул. — Значит, тогда что-то произошло. Что ты чувствовал? Дубинин рядом нервно задергал коленом. — Облегчение, — почти сразу произнес Миша. Это помнилось неожиданно четко. — Облегчение? — удивился Прист и переглянулся с таким же удивленным Виталиком. Они явно ожидали чего-то другого. — Не злость? — невольно ответили они на незаданный вопрос. Миша помотал головой. Точно нет. И вопросительно поднял брови. — Хм-м, — протянул в ответ на глазах успокаивающийся Виталий, окидывая его взглядом с ног до головы. — Тогда ты у нас уникум, Мишань. Облегчение, тоже мне… — покачал он головой посмеиваясь. Миша перевел ничего непонимающий взгляд на Попова. Тот, задумчиво смотря на Виталика, медленно кивнул. — Да, — согласился он с чем-то. — Ты прав. Тогда ты, Миш, когда последний раз… делал что-то импульсивное? Прям вот неожиданно для самого себя? — М-м… Час назад? — Хорошо, — кивнул Прист. — А до этого? — Эм… Миша натурально завис и пожал плечами. Сергей с Виталием переглянулись. И он все еще толком ничего не понимал. Но вдруг в голове всплыла мысль. — Хорошо. Допустим, — вскинулся Миша. — Суперспособности, я понял. Но нас отсюда с минуты на минуту выгонят, на улице толпа народа, и у меня дома жена и маленький ребенок. Я… Что мне делать? Дубинин, округлив глаза, выразительно ругнулся, в очередной раз переглянувшись с Поповым. — Есть… я не знаю… блокираторы какие-нибудь? Хотя бы на первое время, — с надеждой спросил их Миша. — Есть, — ответил Серега. Однако тут же разочаровал: — Но тебе нельзя. В самом начале они действуют ровно наоборот. Миша поджал губы, старательно держа себя в руках и не издавая звуков. Хотя очень хотелось. — Ну, ты хорошо себя контролируешь, — осторожно сказал Попов. — Даже слишком хорошо, как мы выяснили. И сейчас у тебя явно получается держать себя под контролем. Может, продержишься ночь? А завтра начнем в тебе копаться. Миша еще сильнее сжал губы, буквально деревенея. — Какую ночь, Сереж? — вмешался Дубинин. — Он смертельно устал и явно выбит из колеи. И вообще, ему бы отболеть спокойно хотя бы несколько дней. А если он бредить во сне начнет? Или опять просто чихнет? Еще и младенец. Миша, буквально застыв и почти не дыша, благодарно взглянул на Виталия. — Давай, Мишань, — продолжил тот, хлопнув себя по ногам и вставая, — сейчас постарайся спокойно выдохнуть и звони жене. А лучше пиши. Поедем пока ко мне, там разберемся. А Сережа завтра к нам присоединится. Попов хмыкнул и дернул бровью, оценив лаконичность решения. — Вариант, — озвучил он. — Если нам, конечно, вокалиста потом жена не прибьет. Миша, закрыв глаза, старательно тихо дышал. Тик-так, тик-так, тик-так… — Да лучше пусть прибьет, чем я что-нибудь натворю, — наконец проговорил он, сдержанно выдыхая и тоже вставая. — Я же могу ей позже все рассказать? — Почему нет, — Виталик пожал плечами, надевая куртку и матерясь на чуть не упавшую вешалку. — Как бы, можешь, если хочешь. Мои знают. Прист согласно промычал. Миша облегченно вздохнул. Как-то не хотелось бы плодить от семьи тайны. До сих пор им с Аней удавалось быть друг с другом довольно честными и что-то менять в этом… Мише было бы крайне тяжело. Легонько мигнула лампочка. Дубинин с Поповым замерли, резко обернувшись и пронзив его подозрительными взглядами. Миша сжался, втянув голову в плечи и виновато улыбнувшись. Виталик покачал головой, фыркнув. — На, держи давай, — кинул он в него его же шапкой и шарфом. Прист прыснул и тут же выругался, чуть не прищемив себе подбородок молнией куртки. Миша улыбнулся, намотал на шею шарф, надел куртку и полез за телефоном. Позвонить или написать? Услышать его голос ей будет спокойнее. Но если она спит… разбудить бы не хотелось. Он еще несколько мгновений задумчиво повертел телефон в руках и все же нажал на звонок. Если она ему перезвонит, когда они будут ехать в машине… Представить страшно, что будет, если он там вдруг случайно даст волю эмоциям. Лучше уж здесь. Впрочем, переживал он зря. И Серега тоже, кстати. Никто его убивать не собирался, а техника вела себя на диво спокойно: ничего не мигало, не фонило, не свистело и не вопило. Может, все не так страшно?