Часть 1

Девушки помогали Валиде Султан подготовиться к новому дню. Султанша внимательно осматривала свое отражение, но не обнаружив изъянов, расслабилась. Теперь наблюдала за ловкими быстрыми руками девушек, которые сейчас ловко заплетали её волосы. Как только корона оказалась на голове Кёсем, она жестом приказала Хатун удалиться. Осталась наедине с собой, готовясь к тяжелому дню. Единение было для султанши одним из способов подготовиться к новому дню, который как и всегда будет сопровождаться обязанностями. Доля Валиде Султан тяжела, но Кёсем Султан достойно, с гордостью несет эту ношу. Поправила кольцо на пальце и отправилась к выходу. Уже почти вышла, но на пороге её остановил повелитель. -Что, Валиде идете в очередной раз решать государственные дела за моей спиной? -Мурад-угрожающе прошептала Валиде-не забывай с кем ты говоришь. Я не твоя рабыня, чтобы ты мог в чем-то меня обвинять. Имей хоть каплю уважения. -Вы рабыня, а я повелитель, поэтому это вы не смеете так со мной говорить. Вы никто. Если захочу, то смогу с легкостью не только сослать вас из дворца, но и убить. А может быть отдам кому-то из пашей как рабыню. -Как ты…Как ты можешь? Я твоя мать. Я тебя воспитывала, любила, к трону этому подвела, а ты меня таких слов удостоил-тихо, но яростно сказала. Ногти вонзились в ладони, оставляя небольшие кровоточащие раны, но именно эта боль помогла ей не ослепнуть от гнева. После слов сына сердце пронзила сильная, но мимолетная боль, отчего султанша положила руку на грудь. Дыхание перехватило, но всё быстро пришло в норму, а Мурад кажется даже не заметил, что матери было нехорошо. Султанша грубо оттолкнула падишаха локтем, но этим действием причинила боль себе, а вот Мурад кажется даже не почувствовал боли. Просто смотрел вслед разьяренной матери, которая стремительно вышла из покоев. Пошла к карете, глубоко дыша. Всё никак не могла успокоиться после этой короткой, но такой эмоциональной ссоры, которая возникла не из-за чего. Увидев рядом с каретой Кеманкеша, улыбнулась. Улыбнулась по-настоящему, открыто. Человек, который раньше вызывал раздражение и ярость одним своим существованием, сейчас был самым близким человеком, который мог легко успокоить. Мустафа сразу заметил, её глаза, горящие яростным огнем, когда-то она смотрела на него также. Губы были плотно сжаты в линию. Она была раздражена, но раздражение было вызвано болью. Видел её глаза полные слез. Подал госпоже руку, крепко сжимая её руку в своей, пытался передать ей своё тепло и поддержку. Ободряюще улыбнулись друг другу. Между ними был немой диалог, который они вели при помощи глаз. Пару секунд смотрели в глаза друг друга. Наконец прервав зрительный контакт, султанша села в карету, а мужчина ушел к лошади. В карете султанша вновь погрузилась в тяжелые раздумья. Не понимала, за что дети причиняют ей такую боль. Она просто хочет помочь и сделать их жизнь ярче и безопаснее. Хочет сберечь своих детей, ведь уже не успела спасти старшего своего сына Мехмеда. Очень боялась, что подобная судьба ждет и остальных её детей, и поэтому старалась обеспечить им безопасность, а они отплатили неуважением, грубыми словами и угрозами. Госпожа до сих пор чувствовала боль в сердце, которая появлялась внезапно. Когда карета подъехала к вакфу, султанша глубоко вздохнула, успокаивая себя и стараясь заглушить вновь появившуюся боль. Вышла к людям с открытой улыбкой. Несмотря на всю боль и страдания она должна была взять себя в руки и предстать перед людьми сильной и стойкой госпожой, которая со всем справится, но никто не знал, что и она плачет по ночам, что и ей нужен человек, который сможет успокоить и помочь. Зашла в вакф под гул людских голосов. Резко выдохнув, принялась за помощь. Раздавала людям еду, разговаривала с детьми, давала советы женщинам, успокаивала младенцев. Кеманкеш наблюдал за ней с легкой улыбкой и безмерным восхищением в глазах. Она была здесь живой и настоящей. Искренне улыбалась, а иногда даже и смеялась. Люди любили Кёсем Султан, и Мустафа понимал почему. Она была доброй нежной. Просто свет, освещающий всё вокруг. Да и людям помогала со всей душой, не жалея себя. Иногда казалось, что Кёсем всё людям готова отдать, ничего себе не оставив. -Кеманкеш, тебя Валиде Султан ищет-вырвал из мыслей робкий голос Эстер. -Уже иду. Кёсем стояла около лестницы. Увидев мужчину, тепло и даже нежно улыбнулась. Двинулась вверх по лестнице, но в какой-то момент остановилась. Голова закружилась. Начала падать назад, но от падения уберегли сильные, мужские руки лежащие на спине и талии. -Мустафа-еле слышно выдохнула, так чтобы только он услышал. Вновь утонули в глазах друг друга. Она смотрела в бездонную темноту, которая утягивала в свои сети, а он видел глубинную синеву, которая манила и завораживала своей таинственностью. -Султанша, вы в порядке?-с беспокойством спросил. -Всё нормально-неожиданно севшим голосом ответила. Тряхнув головой, госпожа пошла дальше. Мужчина пошел за ней. Зашли в кабинет, заперев дверь. Султанша наклонилась вперед, держась за грудь. -Что с тобой? Где больно?-спросил, помогая ей разогнуться. -В груди болит и жжет, будто туда раскаленное железо вставили. Положил руку ей на грудь, ненавязчиво поглаживая. -Что-то произошло, да? Когда я увидел тебя, ты была зла и расстроена-спросил, целуя в макушку. -Я с Мурадом утром поссорилась. Он сказал мне слова, от которых у меня сердце заболело. -Дыши глубоко. Тебе нужно успокоиться. Повелитель сказал это не со зла. Он просто молод и горяч. Уверен, он уже вечером будет просить у тебя прощение-успокаивающе шептал, нежно массируя грудь. -Больно. Ничего не помогает-простонала от боли госпожа. Мустафа расстегнул пуговицы её платья и, ничего не стесняясь, залез рукой под платье, продолжая массировать, но теперь делал это настойчивее. Боль наконец отступила и султанша смогла облегченно вздохнуть. Развернулась в мужчине, сливаясь в трепетном чувственном и томном поцелуе. В этом слиянии губ не было страсти только нежность, любовь и поддержка. Их отношения давно вышли за грань слуги и госпожи. Это была сладкая нежная, но опасная связь, о которой знали только Эстер и Хаджи. Они были самыми верными слугами для Валиде Султан, поэтому она и посвятила их в эту тайну. Кёсем развернулась к нему, цепко обвивая руками. Ей нужно было тепло, которое он излучал. Только рядом с ним снова чувствовала себя женщиной. Становилась хрупкой и нежной. Она могла быть с ним любой. Могла плакать, смеяться, злиться и понимала, что он примет все её эмоции и чувства. Всегда принимал её, такую какая она есть. -Нужно разобрать документы-грустно сказала. Усмехнулся, зная как она не любит разбираться с бумагами, но знал как сделать этот процесс более приятным. Нужны будут объятия и теплый чай. Документы отняли у Кёсем весь день. Лишь когда стемнело, она подняла голову от бумаг. Подошла к окну. Возвращаться во дворец не хотелось, ведь там снова будут обвинения. Кеманкеш протянул ей чашку с теплым чаем. Сделав пару глотков, отставила чашку в сторону, и развернувшись к нему томно с отголосками нежной страсти поцеловала. Сейчас в его теплых руках она забыла о проблемах. Всё это стало неважным. Значение имели только его руки на талии.