«Что, если?.. Что, если друг не может всегда находиться рядом?»

      Стивен Грант Роджерс обладал невероятной силой притяжения проблем на свою пятую точку и на голову его друга детства Джеймса Бьюкенена Барнса. Возможно, дело было в его праведности, моральном компасе и во всём прочем, что принято считать высокими ценностями. Но сейчас, когда его всюду прикрывающий от неприятностей лучший друг ушёл на фронт, это было уже не важно.       Проблема была в том, что призыв Баки в армию никак не изменил поведения Стива. Он всё так же лез на рожон, словно список его проблем со здоровьем не занимает половину места в его призывной карточке. Да, возможно, кто-то из тех, к кому он придирался, был не прав, но не все, а даже если бы и все, неужели это повод лезть в драку с каждым, чьё мнение его не устраивает? Что ж, количество мест, где избивали Стива Роджерса, говорит само за себя, а ещё воистину удивляет. Точнее, удивляет тот факт, что этот парень всё ещё был жив. Пока что.       В очередной раз, вместо того, чтобы найти какую-нибудь полезную работу себе по силам, Стив Роджерс отправился попытать счастье в одном из вербовочных пунктов. Он снова планировал подделать документы, и на самом деле, непонятно, на что тут было надеяться, если этот способ уже несколько раз доказывал свою неэффективность. Впрочем, очередная неудача, которая его, вероятно, ожидала, была меньшей из проблем.       Сидящий рядом со Стивом мужчина явно был расстроен. Большинство людей вряд ли бы удивились этому, потому что мало ли причин для грусти у людей во времена войны?.. Но, видимо, героически настроенному мистеру Роджерсу не приходило в голову, отчего такой здоровый на вид мужчина может грустить, ведь он, в отличие от него, наверняка годен. Вот он и задался этим вопросом вслух.       — Что, чёрт возьми? — грусти на лице больше не было. — Что, что ты вообще?.. — на самом деле, он не знал, удивляться ему или злиться.       — Я просто действительно не понимаю, почему у вас такое выражение лица. Вам ведь явно повезло больше, чем мне... — некоторое время, которое Стив говорил, мужчина ещё мог держать себя в руках, правда, честно, мог, но «повезло»?..       Обычно люди, на которых нарывался Стив, сдерживались, мало кто хотел случайно убить его – это объясняло то, почему он всё это время оставался жив. Но удача не может быть вечной, и для Стивена Гранта Роджерса полоса везения закончилась в тот момент, когда он наткнулся на максимально неподходящего для своих высокоморальных рассуждений человека.       В ударе, который он получил, не было сдерживания, не было желания поиздеваться. Нет, удар был яростным и сильным. Не то чтобы человек не видел, насколько слаб стоящий перед ним парень. Он видел, но после слов о везении ослеп.       — Да я был бы рад таким, как ты, быть, если бы это позволило мне остаться и позаботиться о матери! — он нанёс ещё один удар, прежде чем его успели схватить. — Что ты о себе думаешь?! Ты понимаешь, что все погибли? У неё только я остался!..       Мужчина кричал ещё некоторое время, несмотря на то, что Роджерс упал сразу же после его ударов. Упал, ударился головой о скамейку и умер. Рядом не было Баки, чтобы его спасти, а этот человек был слишком зол, чтобы сдерживаться. Почему, если это был вербовочный, а не призывной пункт?       Всё просто: мужчина оказался не добровольцем. Его призвали как резервиста. Только вот не особо он горел желанием, так что был на нервах. Масло в огонь подливал и тот факт, что два его младших брата были добровольцами. Оба добровольно погибли, подкосив и так слабое здоровье их матери. И тут, когда ему тоже пришлось её оставить, возможно, тоже навсегда, какой-то болезненный идиот, который никогда не окажется на его месте, говорит, что ему повезло. Повезло похоронить братьев и оставить родную мать?       Что ж, Стивен Грант Роджерс должен был подумать, прежде чем говорить. Но правда в том, что в этой реальности он больше не сможет ни думать, ни говорить.