Часть 1

КОРАБЛЬ ВКС США СУЛАКО — СЕТИ ЧЕЛНОК 02 ВЕРНУЛСЯ НА БАЗУ; ОБНАРУЖЕН РАДИОАКТИВНЫЙ МАТЕРИАЛ НА БОРТУ ЧЕТЫРЕ ОРГАНИЗМА; ОДНА НЕИДЕНТИФИЦИРОВАННАЯ ФОРМА ЖИЗНИ (ОПОВЕЩЕНИЕ) СИНТЕТ ВКЛЮЧЕН . НА БОРТУ ТРИ ОРГАНИЗМА СИНТЕТ ВЫКЛЮЧЕН . КОРАБЛЬ ВКС США СУЛАКО ВНЕ ДОСТУПА . . . ЭКСТРЕННОЕ СОБЩЕНИЕ НАЧАТЬ ПОИСК И СПАСАТЕЛЬНУЮ ОПЕРАЦИЮ *** Ему снится сестра. Либби пошла в армию, как только съехала от родителей (деньги на колледж они собирали для сына), а через три года погибла где-то под Тритоном. После похорон он бросил стажировку и ушёл на службу. Дуэйн до сих пор по ней скучает: Либби остаётся постоянной, непроходящей болью в груди. Сны закручиваются яростной слепящей спиралью. Потом они забудутся, только вот... только вот её лицо остаётся, она зовёт его, пока Хадсон исчезает в массе чудовищ, лезущих из-под пола. «Задай им», — говорит она и пропадает, и кожа алеет кислотными ожогами. *** Его будит боль, он рычит что-то бессвязное. Бывало и хуже, но сейчас голова дурная из-за гиперсна. К груди прикасаются чьи-то руки, и кто-то неестественно спокойно произносит: «Сингх, дорогая, ты не прибавишь ему морфий?». В руку делают укол, и в кратком равновесии между болью и забытьём Дуэйн наконец может сосредоточиться: в него пристально вглядывается врач. — Вы в безопасности, капрал. — Врач красивый, настолько красивый, что делается неуютно. На миг вспоминаются плакаты в шкафчике Вержбовски, голо, которые видел дома. — В безопасности. — Рот врача раздвигается в улыбке во все тридцать два зуба. Сон и темнота *** На Либби форма, она, словно Васкез, сжимает губы. «Братишка», — повторяет она и тянет к нему руки. А ему никак до неё не добраться. Открывает глаза. Обожжённая кожа горит, но уже не так больно. — Братишка, — произносит врач. — Просыпайся. Дуэйн поворачивает голову: больно, повязки мешают. Врач склоняется над другим пациентом, возится с оборудованием. С той стороны доносится утробное жуткое бульканье. Звук ужасен, кошмарен — такой может издавать только сломанный синтет. В Колониальной морской пехоте США много Бишопов, Дуэйн даже нескольких потерял за время службы. «Вейланд-Ютани» всегда рада поставить с завода очередную замену: каждый неизменно совершенен, до мозга костей верен делу, с неизменной печальной улыбкой на лице. Однако до LV-426 ещё ни один Бишоп не спасал ему жизнь. Отвратительное бульканье складывается в слово, умирающий Бишоп на столе словно проклятие тянет: «Вейланд…». Врач с усилием выдёргивает провод питания и шум сходит на нет. — Что ж… — произносит он. Руки измазаны в молочно-белом, он ищет полотенце. Чувствуя, как сердце вот-вот выпрыгнет из груди, Дуэйн старается лежать как можно тише, пока его снова не смаривает. *** На этот раз будит прикосновение: что-то маленькое, лёгкое цепляется за руку. Дуэйн поднимает веки и видит копну светлых волос и распахнутые глаза. — Привет, малышка, — произносит он. Ньют так радостно улыбается, что у него едва не разрывается сердце. Ему снился детский крик, словно кто-то тонет, захлёбывается. — Я думала, ты не жилец, — шепчет она. Он улыбается в ответ. — Аналогично. Ньют выглядит чистой, здоровой и неуверенной. — Мама у капитана, — тихо говорит она. Дуэйн смотрит на неё, вспоминает. Энн Джорден превратилась в радиоактивную пыль на ядовитой планете. Когда он щурится, она сильнее сжимает его ладонь. Он осматривается. Это не «Сулако», не знакомая военная база: может, они на «Вейланд-Ютани» или станции «Гейтуэй». Прикидывает собственные перспективы: перевод, бумажная работа, трибунал или тюрьма — грядущее разбирательство с командованием, с теми, кто послал его отряд на смерть. — А, капрал Хикс. Вы очнулись. — В дверях стоит врач. Ньют награждает его ухмылкой. — Добро пожаловать на «Арфлёр». Я доктор Шоу. Военная муштра въелась намертво, да и Дуэйн сейчас не в том положении, чтобы задавать слишком много вопросов. Физически он вроде бы в полном порядке, так что врач не зря ест свой хлеб. — Я как новенький? Доктор Шоу поднимает брови. — В определённом смысле, да. Хотя таким красивым, как прежде, вам уже не быть. Ньют хихикает. *** Красивый или нет, но приходит Эллен и просто обхватывает ладонями его лицо, с нежностью смотрит в глаза. Он удивлён интимностью этого жеста, но понимает, что они притворяются большой счастливой семьёй. Он расслабляется в её объятиях и с мимолётным стыдом задумывается, каковы на вкус её губы. Она целует его в заживающую щёку — и даже не думает зажмуриться. — Потрепало тебя, да, братишка? Он кивает: прикрытие разумное и безопасное. — Видел бы нас папа. — Он притягивает её ближе, она немного морщится, когда хватка становится слишком сильной. Сломанным рёбрам ещё нужно срастись. Спасение Ньют далось недёшево. Она отстраняется, но руки не убирает. Бедовая женщина, думает он. Я пойду за ней куда угодно. *** КОРАБЛЬ ВКС США МЕЙСОН — СЕТИ КОЛОНИЯ НА LV-426 УНИЧТОЖЕНА ВЗРЫВОМ РАЗЫСКИВАЕМЫЙ КСЕНОМОРФ НА БОРТУ СУЛАКО ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО ПОГИБ ПРОДОЛЖИТЬ ПОИСКИ? . СЕТЬ — КОРАБЛЮ ВКС США МЕЙСОН ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ПОИСК В ОСНОВНОМ ПРИОРИТЕТЕ *** Дуэйн узнаёт, как обстоят дела, морщится. Их подобрали мусорщики, пираты — не самые плохие, кстати. Он так и не понял, как они смогли взломать защиту «Сулако», и как им хватило порядочности прочитать сигнал бедствия, оставленный Эллен. Позже капитан признается, что ведущую роль во взломе и оказанном милосердии сыграл доктор Шоу. Дуэйн наклоняется к Эллен, спрашивает на ухо: — Что это за люди? Она бросает на него такой пристальный взгляд, что впору поёжиться. — Ты же не думаешь, что только нас поимела Компания? *** Колониальная администрация никогда не расценивала этих маргиналов как угрозу, однако «Арфлёр» неплохое судёнышко: хорошо вооружено, хорошо укомплектовано и явно часть независимого флота. Капитан этой развесёлой компашки — прагматичная военная Штатов в отставке по имени Марла Сингх. С Эллен они поладили (чему Дуэйн не удивляется), однако Сингх несколько обеспокоена наличием Ньют как одной из немногих выживших с LV-426. Эллен и Ньют притворяются матерью и дочерью — и весьма правдоподобно, учитывая, что на кону. Но даже Дуэйн иногда замечает какой-то подвох. Они слишком держатся друг за друга и прикрывают друг другу спину, будто «Арфлёр» — поле боя. Подобное Дуэйн уже видел: Васкез и Дрейк были неразлучной, несокрушимой боевой единицей. Должно быть, на планете, на «Сулако», пока он лежал под действием морфия и усталости, что-то случилось. Если честно, он немного завидует Ньют. Для Сингх и команды о кое-каких деталях своей истории Эллен умолчала. Лишь открыто призналась, что они не похитители, что потом, вероятно, может выйти боком. Однако Сингх смышлёная и понимает, какие вопросы лучше оставить при себе. Да и за операцию по спасению она получила довольно серьёзный приз. *** «Сулако» огромен — просторный космический склеп. Ещё до потери Бёрка и спецотряда морпехов корабль курсировал среди звёзд с минимальной командой. Компания не хотела тратить ресурсы на так называемую спасательную операцию. «Сулако» может вместить в себя сотни бодрствующих гражданских или целую армию — разместить в капсулах гиперсна две тысячи душ. На нём семь челноков и три штурмовых корабля. Противоспутниковые ракеты большой дальности, нейтронно-лучевое оружие, две двуствольных рельсовых пушки, не говоря уже об осколочных минах и дронах. В общей сложности боезапаса хватит, чтобы сдвинуть планету с орбиты, а одно содержимое этих стен может сделать мусорщика очень, очень богатым. — Пользуйтесь, разберите его по винтику, делайте что хотите, — ровно произносит Эллен. — Он весь ваш. *** Все трое спят в крохотной каюте. Ньют и Эллен на кровати, Дуэйн рядом, на кушетке. Довольно уютно, но им всё равно. Когда у вас на всех одни и те же кошмары, лучше по пробуждении увидеть рядом знакомое лицо. Команда «Арфлёра» не задаёт вопросов, это их не касается — однако за новыми пассажирами приглядывают. — Почему ты назвала меня братом? — спрашивает Дуэйн, несколько недель безупречно отыгрывая собственную роль. Указывает на кушетку, на запертую дверь. — Назвать меня парнем было бы проще, разве нет? Эллен впервые за время их знакомства смущается. Он тут же жалеет, что спросил. Наконец она смотрит ему в глаза. — Смелости не хватило. Он надеется… надеется, что она не слышит, как громко колотится его сердце. *** Много лет назад Дуэйн принёс присягу на конституции Соединённых Штатов и колоний. Он вспоминает брошюру, которую сунул ему рекрутёр: там было написано, что «служба колониальным морским пехотинцем — это необратимый процесс». Но почему-то, когда он выдаёт кучке нелегалов коды «Сулако» и показывает самые уязвимые места корабля, кровь не стынет в жилах и по коже не бегут мурашки от стыда. Это не они послали его отряд на смерть. Зато они подлатали его, накормили, почти не задавали вопросов. Уважают Эллен и добры к Ньют. Дуэйн понимает, что они все опасно близки к тому, чтобы стать частью команды Сингх. Могло быть куда хуже. *** — Хотите вернуться на Землю? — спрашивает Эллен их с Ньют — будто в её власти перенести их туда, предоставить крышу над головой, независимо от настоящих кошмаров в их жизни. Он уверен, что вопрос искренний, но в ответ только смеётся. — Зачем возвращаться? Разве что сдаться с повинной? — Его там никто и ничего не ждёт, кроме армии. Ньют печально кивает. Не нужно слов, Эллен и так всё понимает: и у Колониальной администрации, и у «Вейланд-Ютани» есть, что им предъявить. Прежде всего выбросят на помойку Бишопа. Потом заберут Ньют — возможно, назначат ей восстановительную терапию, найдут живых родственников или приёмную семью. Эллен может и непревзойдённый спец по выживанию среди неописуемых чудищ, но даже она бессильна против бюрократии. — А ты хочешь вернуться на Землю? — любопытствует он. Он многого об Эллен Рипли не знает. У неё могут оказаться семейные дела, долги и средства на старушке-Земле. Она безразлично пожимает плечами. — Я слышала, это дыра-дырой. Дуэйн хищно ухмыляется, а Ньют кажется поражённой. — Тогда решено, — Эллен улыбается девочке, но, кажется, без особого облегчения. — Единственное, что нам остаётся — это пиратство. — К тому же мы не можем уйти, пока Бишопу не станет лучше, — подаёт голос Ньют. *** Через три недели после спасения доктор Шоу выносит окончательный вердикт. — Синтета нельзя починить. У меня нет ни оборудования, ни запчастей, — и напоследок добавляет: — Простите. Эллен кривится. Доктор Шоу рассеянно улыбается. — Даже если бы его удалось восстановить, он уже никогда не будет прежним. На его месте я предпочёл бы не включаться. Дуэйн часто видит доброго доктора в лазарете: тот тихо сидит рядом с останками Бишопа. Будто бдит над телом. *** КОРАБЛЬ ВКС США МЕЙСОН — СЕТИ «СУЛАКО» ОБНАРУЖЕН: РАЗГРАБЛЕН, ВОССТАНОВЛЕНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ НИКАКИХ ПРИЗНАКОВ КСЕНОМОРФА И СИНТЕТА НА БОРТУ ПОДТВЕРЖДЕНА ДНК ПОТЕНЦИАЛЬНОГО ВЫЖИВШЕГО — ЭЛЛЕН РИПЛИ, СОТРУДНИК ПОДТВЕРЖДЕНА ДНК ПОТЕНЦИАЛЬНОГО ВЫЖИВШЕГО — КАПРАЛ ДУЭЙН ХИКС, КОЛОНИАЛЬНЫЙ МОРПЕХ ПОДТВЕРЖДЕНА ДНК ПОТЕНЦИАЛЬНОГО ВЫЖИВШЕГО — РЕБЕККА ДЖОРДЕН, ГРАЖДАНКА КОЛОНИИ СВЯЗАТЬСЯ С СИСТЕМОЙ ИНФОРМИРОВАНИЯ ЗА ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ *** Доктор Шоу припирает их к стенке, ему на пятки наступает Сингх, которая с учётом новостей кажется скорее заинтригованной, чем мрачной. — Ты в Системе. — Рипли, Компания дала тебе наивысший приоритет. — Живой или мёртвой. — Там столько денег, что мне и не снилось — ни один штурмовой корабль столько не стоит. Можно уходить на пенсию. — Что ты натворила? Эллен ыздыхает. — Пожалуй, придётся ассказать. *** Она опускает лишь несколько деталей, а кое-что Дуэйн так и вообще узнаёт в первый раз. Теперь с ним навсегда останутся крики умирающих, однако Эллен прожила в подобном кошмаре дольше других. После доктор Шоу молчит, его лицо непроницаемо, он сплетает пальцы на коленях. *** Утром доктора Шоу нигде нет, в столовой сидит Бишоп, прижимая ладонь новой руки к столу. Потрясающим образом восстановленный — жутковатый сплав старой и новой технологий. — По-настоящему его звали Дэвидом, и он очень, очень устал от жизни, — позже, когда улеглась суета, рассказывает он Дуэйну. Первой синтета находит Ньют и тихо садится рядом. Нынче её мало что может выбить из колеи, а Бишоп всё-таки спас её. Преданность въелась в неё до кончиков крохотных костей. *** В конце концов тот, кто существовал как Дэвид, отключается, и Бишоп накладывает последние швы, калибрует операционную систему, делая её своей. Поначалу пальцы у него немного дрожат. Механический расчёт точно показывает, что Бишоп, модель 127-В/5 от «Гипердайн», будет функционировать быстрее, эффективнее и дольше. Андроиды модели «Дэвид» представляли угрозу, но их создавали в расчёте на долгий срок службы. Когда к компании присоединились «Ютани», средства перекинули с усовершенствования срока службы и запчастей на исследования, как робот может безболезненно интегрироваться в человеческое общество. Законы Азимова вызывали восхищение, как и коммерциализация души. «Мне не важно, сколько они прослужат, мне важно, чтобы им было не всё равно», — гласил вердикт. Как бы Бишоп ни надеялся, как бы ни жаждал, в системе не осталось и следа Дэвида. Только банки памяти со всем их неприятным содержимым. *** Вскоре Бишоп сообщает последнее признание Дэвида: «Вы должны знать, что у нас, синтетов, нет иммунитета от стыда». *** Сингх признаётся, что нашла доктора Шоу («Дэвида», — поправляет Бишоп) где-то за границами исследованного космоса: напрочь спятивший, он всё же был вынужден вести себя прилично. Корабельным врачом его назначили от безысходности, и с этой ролью он так свыкся, будто был для неё создан. — Мы и понятия не имели, что он был синтетом. — Искусственным человеком, — поправляет Дуэйн. Губы Бишопа складываются в тонкую благодарную улыбку. Сингх щурится и осторожно спрашивает о том, что самому Дуэйну никогда не приходило в голову: — А настоящий доктор Шоу вообще существовал? Бишоп стискивает новую руку в кулак. Ответ ясно написан у него на лице: — Очень, очень давно. Эллен скрещивает руки. — Что ж, капитан, вы потеряли одного, но приобрели четверых. Сингх окидывает её взглядом. — Дело-то опасное. Все четверо выживших до странности невесело смеются, Бишоп улыбается во весь рот. — К опасности мы привыкли. *** Вступление в команду проходит безболезненно: они быстро учатся новым обязанностям. Своё место в экипаже находится даже для Ньют: корабельный механик ругается как сапожник, но способен многому научить смышлёного помощника. Бишоп, естественно, принимает на себя роль собрата, превращая лазарет в собственный дом и лабораторию. Берёт на себя задачу, которая добавит им всем дурной славы и послужит неисчерпаемым источником информации: собирается взломать Сеть. Пока экипаж спит, он изучает чертежи синтетов второго поколения, разработанных маленькой земной компанией: «Уолтон Корп» слишком незначительна, чтобы даже в мыслях соперничать с «Вейланд-Ютани», но идеи у них новаторские, а научный подход гениален. Они спроектировали беспроводную связь между синтетом и Сетью. Бишоп считает, что это лучший шанс для взлома — увидеть то, что видит Компания. Рипли руководит деловыми переговорами: Сингх даже рада посидеть в сторонке, изображая доброго полицейского («Я всё равно уже старая для подобных танцев»). Другие колонисты, корабли и случайные продажные чиновники быстро соглашаются на требования Эллен: да и потом, она честно выполняет свои обязательства. «Забавно: когда на кону не собственная жизнь, эти придурки ко мне прислушиваются», — как-то признаётся она Дуэйну. Сам он часто сопровождает её в качестве вооружённого прикрытия. Взаимодействие идёт легко и гладко — особенно, когда дела становятся хуже некуда: у Дуэйна на спине висит импульсная винтовка, которую он в любую секунду готов протянуть Элен. Ньют тщательно выкрасила его броню в глянцево-чёрный, словно морда ксеноморфа, цвет: своим обожжённым лицом и убийственным молчанием он производит то ещё впечатление. Дуэйн часто спрашивает себя, что случилось с Эллен в логове чужих, что стало с защитниками чудовищной королевы. Кажется, их верность была заложена на генном уровне. Его же — имеет под собой твёрдую основу Ньют часто остаётся с ним, когда Эллен на вахте, и пока руки и ум заняты работой, кошмары редки и размыты. И это не такая уж плохая жизнь: притворяться младшим братом, чересчур заботливым дядей, храбрым маленьким беглецом, ловким космическим пиратом. Либби бы смеялась до слёз. И ему совсем не нравится, как всякие мужики продолжают спрашивать совета о том, как лучше всего подкатить к Эллен. *** Эллен поставила Сингх одно условие, и все понимают, что оно может стоить им жизни. Любому знакомому, любому конкуренту — любому, кто готов выслушать, кратко рассказывают о ксеноморфах. Ответы разнятся (а некоторые деловые связи после такого обрываются безвозвратно), но после этого хотя бы спокойней спится по ночам. Страх осязаем, ужасающ — но лучше знать врага в лицо. — Итак, давайте-ка проясним. Тварь ростом два с половиной метра, с чем-то вроде кислоты вместо крови. Нападает без предупреждения и чрезвычайно враждебна. И конечно, вы ждёте, что я поверю вам на слово, — глумится мелкий чиновник с захолустной тюремной планеты Эллен даже не морщится. Этот человек совсем не похож на Ван Леувена. — Нет. Я ничего не жду. Мы просто рекомендуем вам купить огнемёты. *** РАПОРТ С ФЬОРИНЫ-161 — СЕТИ ПРОСИМ ВКЛЮЧИТЬ В СЛЕДУЮЩУЮ ПАРТИЮ СНАБЖЕНИЯ ОГНЕМЁТЫ *** Вскоре после визита на планету-тюрьму, Эллен расталкивает его, сама едва проснувшись от кошмара. — Можно? — Дуэйн не соображает, о чём речь, пока она не протягивает к нему руки. Та ещё задачка: места едва хватает, а Ньют ворочается во сне, но вскоре они устраиваются в объятиях Эллен. Она часто дышит, хватка крепкая, до синяков. В сумраке Дуэйн едва видит её лицо, но она пристально смотрит ему в глаза, обезумевшая от горя. Ждёт, пока Ньют перестанет ворочаться во сне. Впивается ногтями в кожу. — Мне снилось, что вы погибли. Я очнулась на этой жуткой планете, а вы погибли. В таких вещах Дуэйн кое-что понимает: их кошмары неотрывно связаны со смертью, но всегда их причина — ксеноморф или Компания, а иной раз и Бёрк. Но этот кошмар иной. Сердце так колотится, что не выходит толком задуматься и что-то ответить. — Я не могу вас потерять, — произносит Эллен. — Вас обоих. Дуэйн утыкается лицом ей в шею, размеренно дышит, надеясь, что звук и ощущение дыхания успокоит её. Он не может обещать ей, что все останутся живы: кошмары имеют под собой твёрдую основу, угроза реальна. Но он может быть спокойным, быть надёжным. — Я скучаю по Джонси, — наконец говорит она. Он открывает глаза. — Это твой парень? — Кот. Они очень, очень стараются подавить безудержный хохот, но всё тщетно. Ньют тут же просыпается и выдаёт ругательство, которое подцепила в машинном отделении. Эллен смеётся громче, щекочет девочку, пока они все не начинают смеяться — смеяться, гоня кошмары прочь. *** Дуэйн вместе с Бишопом отправляются за запчастями к синтетам второго поколения («Хикс, давай честно — это грабёж»). Вопреки всем стараниям, дело идёт наперекосяк, и они застревают на складе, набитом старыми сломанными моделями 120-А/2 от «Гипердайн». — Жутковато, — только и говорит Бишоп, ему явно не по себе. Морг — место неприятное. Спасатели будут через час, явной опасности нет, поэтому Дуэйн пытается отвлечь его вопросами. Бишоп рассказывает, как скучает по себе подобным, по голосам братьев и сестёр. Рассказывает, что видел в туманностях — о цветах, каких не встретишь на Земле. О том, как легко было перепрограммировать себя, чтобы слушаться приказов Эллен. — Ты когда-нибудь влюблялся? — Дуэйн тут же чувствует себя идиотом: не то чтобы он сомневался в Бишопе, но всё же вопрос глубоко личный. Тот сжимает губы. — Лично я — нет. — Бишоп никогда и никому не рассказывал, что банки памяти Дэвида остались целы, и каждое чувство каталогизировано. У чудовища когда-то была мать — стойкая, волевая. У сына Вейланда просто не было иного выбора, кроме как полюбить её. — Знаешь, Дуэйн, однажды тебе придётся ей признаться. Человеческая жизнь коротка. Дуэйн моргает. — В чём признаться? Бишоп улыбается, отводит взгляд. Кажется, будто одна из моделей 120-А/2 шевелится, и эта паранойя имеет под собой твёрдую основу. Армия учит разбираться в синтетах. Морпех знает, когда их пора чинить или выбрасывать — знает, на что они способны и где проходит граница невозврата. Они встраиваются в отряд, верны до умопомрачения и бесконечно заменимы. — Не волнуйся, они выключены, — произносит Бишоп. Но слова не успокаивают. Особенно после того, что звучит после: — Знаешь, Дэвид считал, что у него нет души. Был абсолютно уверен. Дуэйн отстраняется. — А ты как думаешь? Бишоп отшатывается — словно от боли, Дуэйну невольно хочется схватить его за рукав. — Я не имел в виду… — Да, — перебивает Бишоп. — Думаю, у него была душа. Дуэйн вздрагивает, не зная, что ответить. Честно признаться, несмотря на муштру, на синтетов, потерянных в бою, он никогда не задумывался, если ли у робота душа. Когда взрывом выносит дверь, оба подпрыгивают — от грохота большинство андроидов валится в кучу. В дымящемся проломе стоит Эллен, упирая в бедро импульсную винтовку. — Господи, надо было взять огнемёт, — осматриваясь, произносит она. — Идём, парни. *** На LV-399 они подбирают двух пассажиров — пару молодых симпатичных людей, довольно приятных, ищущих счастья в ближайшей колонии. Эллен они кажутся слишком тихими, впрочем, им ли жаловаться на то, что Сингх не оказалась параноиком. Да и Ньют находит их милыми, дружелюбными. Как-то в столовой Дуэйн слышит, как они поют дуэтом. Песня старая, с Земли, и исполнители явно знают своё дело. Тенор под конец приобнимает баритон, оба нарочито раскланиваются. Ньют восклицает: «Ещё! Ещё!» — она кажется невероятно счастливой. Вряд ли Ребекке Джорден ещё когда-нибудь представится шанс побыть ребёнком, поэтому когда парочка при виде Дуэйна замирает, тот вежливо машет им продолжать. Ньют так и сияет, лучится словно солнышко. А два дня спустя, уже в космосе, происходит резня. У певчих птичек оказались зубы. К перестрелке Дуэйн опаздывает, но это добавляет эффект неожиданности. Он без задней мысли прицеливается и разносит одному из певцов голову, а второго оставляет в живых для допроса. «"Вейланд-Ютани" стоило нанять убийц получше», — после ворчит Эллен. Разыскивая выживших, они застают Сингх в плачевном состоянии. Дуэйн несёт её в лазарет, и все руки у него оказываются в крови. — Ты и Рипли. Вы же не родственники, правда? — с улыбкой тихо спрашивает она. На закопчённом лице Дуэйна расцветает румянец. — Капитан, вы чересчур доверчивы. Она качает головой. — Хикс, Компания и правда назначила за твою голову некислую сумму. *** У Эллен ободранные окровавленные кулаки, она прижимается к нему всем телом, утыкается губами в шею. Сбивчиво дышит и рассказывает, что узнала. Оказывается, у семьи Джорден глубокие карманы: они хотели бы вернуть свою племянницу, а Компания — заткнуть Эллен рот. Он обнимает её покрепче, стискивает пальцами. Рассказывает, что Сингх в тяжёлом состоянии лежит у Бишопа на столе. В коридоре трое погибших членов команды, ещё пятеро ранены, но жить будут. С Ньют, конечно же, всё в порядке. К чудовищам она привыкла. *** Они выбрасывают покойников и пленника рядом с Тритоном. Дуэйн на миг вспоминает о Либби: интересно, что остаётся от тела в пустом безмолвии космоса? *** В лазарете, вопреки всему, Сингх всё-таки берёт верх над смертью. Она полностью приходит в себя, однако теперь вряд ли сможет выйти «в поле». Переводит взгляд с монитора на Эллен: ослабевшая, но явно спокойная. — Эллен, с меня хватит. Корабль твой. Мне пора на пенсию. — У Сингх муж на Альфе-Пять: он генетик и поможет ей лучше Бишопа. — Я никогда не хотела до этого доводить, — Эллен крепко сжимает Сингх руку. — Прости. Та улыбается, подмигивает Дуэйну. — Тогда сделай мне одолжение и задай им по первое число. *** Команда совсем не возражает против нового капитана: кое-кто не только не намерен оспаривать новое руководство, но и жажадет крови после недавнего происшествия. Эллен собирается наращивать флот, объединять ресурсы. Вооружение независимых колоний и сбор информации об отделе биологического оружия «Вейланд-Ютани» несёт в себе серьёзную выгоду. В конце концов не только их поимела Компания. *** СЕТЬ — ШТАБ-КВАРТИРЕ — ОТДЕЛ РАЗВЕДКИ — КЛАСС АА КСЕНОМОРФ ОБНАРУЖЕН КООРДИНАТЫ 828485 ОТМЕТКА 16 ПРИОРИТЕТ 1 ОСТАЛЬНЫЕ ЗАДАЧИ ОТМЕНЕНЫ *** Дуэйн во многом себе отказывает, но не может удержаться от роскоши вдоволь помыться. В космосе горячая вода дороже денег. Поэтому, когда Эллен заходит в каюту, он ещё не снял полотенце и пытается найти свежие штаны. И даже не оборачивается. — Ньют заснула в лазарете, жалко было будить. Она запирает дверь. — Я знаю. Что-то в голосе заставляет его поднять голову, и внезапно перехватывает дыхание. Её взгляд… Дуэйн даже не знает, как его описать, этот взгляд. Зато понимает, как реагирует его собственное тело — предательски, но он всего лишь человек. Они и раньше друг при друге переодевались, но сейчас он ощущает себя голым. — Итак, я призналась, что я тебе не сестра. — Странное начало, но ладно, он изнывает от надежды. Эллен медленно подходит ближе, будто он может сбежать — ни за что, ни в жизни. — Ты никогда не пытался, — произносит она. Он моргает. — Зато отпугнул остальных. Он не отводит взгляд. — Похоже на то. — Значит, так… — начинает она, стоя так близко, что дыхание касается лица. — Я собираюсь тебя поцеловать, если не возражаешь. Дуэйн моргает. Эллен всегда была очень прямолинейна, но опять же, она давно в космосе. Он смотрит на её губы, потом поднимает взгляд. — Нет, мэм. После она скользит пальцами по контурам шрамов на его груди. Дуэйн заработал ожоги — сильные, глубокие, кровь всеноморфа это не шутки — когда защищал её на LV-426, но он готов пережить это ещё и ещё, пока не сдохнет. Его верность имеет под собой твёрдую основу. *** РАПОРТ В ШТАБ-КВАРТИРУ ОТ МАРСИАНСКОЙ БАЗЫ — ОТДЕЛ РАЗВЕДКИ — КЛАСС АА ПОСЫЛКА ПРИБЫЛА, ЗАМОРОЖЕННАЯ ВЗЯТЫ ОБРАЗЦЫ ДЛЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ОТПРАВИТЬ ПОСЫЛКУ НА ЗЕМЛЮ? . ПРИОРЕТИТЕНОЕ СООБЩЕНИЕ ИЗ ШТАБ-КВАРТИРЫ ПОДТВЕРЖДАЕМ СТАНДАРТНЫЕ МЕРЫ ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ *** Консоль пищит, появляется аккуратная череда букв и цифр. Эллен наклоняется, почти утыкается носом в экран, будто это поможет прочесть сообщение. — Тебе ещё долго? — спрашивает она Бишопа. — Скоро, — обещает тот. Дуэйн вспоминает добрую часть приказов, что приходили по Сети. — Я боюсь того, что там может быть написано. Эллен не двигается. — Я боюсь того, что нам придётся сделать. *** После визита на Каллисту Дуэйна мучает бессонница, а потом приходит боль в груди и липкий желчный ком в горле. Он тут же распознаёт симптомы, понимает, что это смертный приговор. Страх уничтожает любые отголоски разума: он не помнит инфицирования, но память может подводить. Однако он очень хорошо помнит, что пообещал Эллен на LV-426. Если до этого дойдёт, сказал он, я убью нас обоих. Эллен сопровождает его в лазарет, её лицо похоже на маску, но руки с импульсной винтовкой неподвижны. Голос не дрожит, губы крепко сжаты. Вина затапливает его без остатка — он уничтожен, оглушён. Бишоп опознаёт болезнь как чуму Ящерицы — ещё одно незваное чудище, просочившееся сквозь карантин. В космосе полно заразы. Если точнее, это тяжело протекающая, однако, вполне излечимая при ранней диагностике разновидность гриппа: необходимо немедленно ввести карантин и провести дезинфекцию. После этих слов Эллен отпускает винтовку. Дуэйн думает: надо было сначала стрелять, просканировать можно и потом. Думает: господи, я пойду за ней куда угодно. *** Неделю спустя он просыпается в лазарете после очередного коктейля из лекарств, и уже второй раз слышит разговор, явно не предназначенный для его ушей. Голос Эллен звучит отстранённо, Бишопа — странно напряжённо. — Он в хороших руках. — Эти руки напрямую замешаны в создании твоих кошмаров. — Это просто руки Дэвида. А ты нашёл им хорошее применение. — Ты по ним скучаешь? — По кому? — По ним. — А. — А ты здорово на неё похожа. — Правда? Эллен бездумно водит пальцами по его груди, Дуэйн открывает глаза, смотрит ей в лицо. Тёмные круги под глазами, кожа бледнее обычного. Но сквозь усталость проглядывает всё тот же стальной хребет. — Эллен Рипли, — произносит он, подражая одному давно погибшему морпеху. — Та ещё оторва. Она закатывает глаза. — Да замолчи. — Однако щёки у неё всё-таки розовеют. *** Ещё до полного выздоровления Бишоп без лишних нежностей выпроваживает его из лазарета. Эллен выказывает и того меньше. В считанные минуты Дуэйн оказывается голым, она прижимается к нему всем телом — он задыхается, изнывает и выгибается навстречу. Она крепко обнимает его, горячо целует в шею, оставляет укусы. — Я хочу запереть тебя в безопасном месте, где никто и ничто тебя не достанет. Хочу, чтобы с тобой всё было хорошо, — шепчет она на ухо, взгляд у неё совершенно ошалевший. Что ещё остаётся ответить, кроме как «Да» и что-нибудь нежное, чтобы успокоить её? Это отчаянная схватка, и он окончательно сдаётся. В итоге она поглощает его без остатка. После Дуэйн обнимает её, кожа блестит от пота, сердце колотится. Эллен утыкается лицом ему в шею, и он не видит её глаз. — Можно улететь в колонию, остаться там. Бросить всё это, — еле слышно произносит она, дыхание щекочет кожу. Он взвешивает сказанное: неужели она серьёзно? — А ты этого хочешь? — Нет, — наконец признаётся она. — Нет, не хочу. — Она ворочается. — А чего ты хочешь? Он хочет, чтобы Компания за всё заплатила. Хочет одним усилием уничтожить все кошмары Эллен. Хочет снова бороться на кулачках с сестрой. Хочет, чтобы весь его отряд снова был жив. Хочет смотреть, как Васкез тягает железо, слушать, как Хадсон опять ноет о всякой ерунде. Хочет сказать Бишопу, что совершенно точно, абсолютно уверен, что у любого искусственного человека есть душа, и что ему жаль, что он в этом сомневался. Хочет качать Ньют на качелях и приносить ей горячий шоколад по утрам, и дразнить её насчёт мальчишек, когда она подрастёт. Хочет, чтобы её родители и брат снова были живы. Хочет, чтобы двенадцать миллиардов человек на Земле узнали о преступлениях «Вейланд-Ютани». — Я хочу, чтобы ты меня поцеловала, — отвечает он, и Эллен подчиняется. *** Прямо посреди торговой сделки в Поясе становится известно, что после зловещего сообщения о заражении любая связь с Землёй внезапно прервалась. Такого молчания на всеобщей памяти не случалось ни разу. Бишопу не нужно даже слов: он удваивает усилия по расшифровке сообщений из Сети, ищет подтверждение их общим кошмарам. *** Подтверждение приходит двенадцать часов спустя. Дуэйн едва способен разобрать слова. Бишоп в совершенном раздрае отваливается от консоли. — Останутся выжившие. — Ненадолго. — Голос Ньют заставляет вздрогнуть. Она единственная понимает, что сейчас творится на планете — в любом городе, на любом поле, в любом тёмном уголке Земли. Эллен невидяще смотрит на звёзды. — У нас ещё остались ракеты с «Сулако». — Сплетает пальцы на коленях. Дуэйн молча кивает. Один за другим они окружают Эллен, становятся ближе. Ньют забирается ей на колени, обнимает за шею. Дуэйн опускается рядом, прислоняется лицом к плечу Эллен, глубоко дышит. Бишоп, внезапно ощутив себя одиноко, тоже устраивается неподалёку, пусть и не касаясь их напрямую. И какое-то время стоит мёртвая тишина, пока кто-то не произносит: — Есть только один способ узнать наверняка. *** Сеть мертва. С Земли, Луны или станции «Гейтуэй» больше не приходят корабли снабжения. Даже биомедицинский отдел Компани на Марсе молчит, ликвидированный. Эллен била наверняка. Колонии теперь сами по себе. *** Во тьме приходит передача — зов о помощи. Дуэйн смотрит на Эллен, и та мрачно улыбается. — Пора заняться делом..