Глава 1.

Глава 1. Прошло уже 3 года с момента основных событий. Корра и Асами начали встречаться, они забили на Мако, поняв, что он не их типаж, и им вместе хорошо. У Болина и Опал недавно была свадьба. В Республиканском городе все спокойно. Духи и люди живут в мире и гармонии. Но история пойдет не об этом. В какой период времени Джинора, дочка Тензина и Пемы, начала встречаться с Каем в тайне от родителей, никто не знает. Они уже полтора года вместе. Каю уже 18, Джиноре 17. Оба хитрецы. За эти полтора года никто их не застукал и ничего не заподозрил. Знали только Корра и Асами, и то обещали молчать. *** Вечер. Джинора и Кай гуляли у реки, мило болтая. Трудный день был окончен, можно и отдохнуть. Они дошли до их тайного места. Это небольшой домик, скрытый от всех. Он выглядит как холм, хотя внутри обустроен хорошо. В домике две комнаты: небольшая кухня и спальня. Сегодня из тех ночей, которые они проведут вместе. Родители Джиноры уверены, что она у Корры и Асами, но это далеко не так. — Какой длинный день, устала, — сказала девушка, падая на кровать и растягиваясь на ней. Кай закрыл дверь и подошёл к ней. — И правда очень длинный, — ответил парень, усаживаясь на кровать рядом с ней. Он начал нежно гладить ее волосы, отстраняя пряди от лица. — Не хочешь провести ночь вместе? — хитро спросила Джинора. — А ты думаешь, я согласен от такого отказаться? — он лег рядом с ней и начал медленно расстегивать ее одежду. Когда наконец были стянуты почти все вещи, Кай перевернул ее на спину и навис над ней. Джинора притянула его за голову, целуя в губы. — Ты сегодня особенно хороша, — прошептал он, проводя ладонью по ее животу. Его губы скользнули к шее и плечу. — Стараюсь, хотя в твоих глазах я всегда идеальна, — игриво сказала Джинора. — В этом я с тобой согласен, — ответил парень, целуя ключицы девушки. Его руки спускались все ниже. — Ха, ты такая шустрая сегодня, — он прикусил её ушко. Его ладони скользили по бёдрам девушки. — Видимо, не всю энергию на тренировке потратила, — усмехнулась Джинора и легонько ущипнула Кая за бок. — Ах ты маленькая, — он схватил ее за обе запястья и завел их над её головой. — Я покажу тебе энергию, милая. — Ай! Кусайся не так сильно. Кай хмыкнул, усмехнувшись. Он медленно наклонил голову и слегка прикусил кожу на ключице девушки. Джинора довольно простонала, выгибаясь навстречу парню. Кай начал медленно опускаться всё ниже, целуя живот и бёдра своей девушки. От его прикосновений по телу девушки пробегали мурашки желания. Она пыталась вырваться из захвата, но Кай держал её крепко. Он знал, что ей это нравится. Он знал, что она любит, когда он берет контроль на себя. Его пальцы скользили внутри неё медленно и нежно. Он наблюдал за её реакцией, его глаза внимательно следили за каждым её мигом. Каю нравилось доставлять ей удовольствие. Ему нравилось чувствовать, как её сердце бьётся быстрее. Ей он готов был отдать всё. Она запустила пальцы в его волосы, сжимая пряди и тихо постанывая от удовольствия. Каждый его толчок наполнял её нежностью. Кай внимательно следил за её лицом, стараясь доставить ей максимальное наслаждение. С каждым движением он всё сильнее хотел доставить этому ангелу всё наслаждение на свете, быть единственным мужчиной, что будет рядом с ней ещё много лет. С губ девушки периодически срывались тихие стоны. Её руки скользнули по телу Кая, притягивая его ближе к себе. Она запустила пальцы в его волосы. Этот момент длился вечно. В скором времени они закончили. Кай кончил, и всё. Сколько времени прошло — неизвестно, да и не важно. Они лежали рядом, отдыхая после страсти. Кай обхватил Джинору за талию, прижимая её к себе. Он нежно гладил её волосы, проводя по ним пальцами. — Как думаешь, что будет, когда узнают мои родители? Кай нахмурился, чувствуя лёгкую усталость. Он знал, что тайна их отношений — это лишь вопрос времени. — После этого будет много криков и лекций, — ответил он наконец. — Особенно со стороны твоего отца. — Это да. Но я уже взрослая, мне скоро 18, до тех пор наша тайна. Кай усмехнулся, качая головой. — Это тебе так кажется, милая, но твой отец всё ещё видит в тебе маленькую девочку. Он никогда не согласится на наш союз. — Мы всегда будем вместе, обещаю. Даст он согласие или нет. Кай кивнул, нежно чмокнув её в висок. — Конечно будем. Я никуда не денусь, дорогая, — ответил он, крепче сжимая её в своих руках. Он знал, что будет тяжело убедить Тензина в их отношениях. — Мама примет, я уверена. Кай взъерошил ей волосы, усмехнувшись. — На твою маму рассчитывать можно, — ответил парень. — Но твоего отца не так просто переубедить. — Ладно, давай спать, утро скоро. Кай перевернулся на бок, притягивая её к себе. — Спи, солнце. Я здесь, — прошептал он ей в макушку и закрыл глаза. Утром. Джинора стояла перед зеркалом и рассматривала красные следы от засосов. — Ну ты и постарался, — усмехнулась Джинора. Кай сидел на кровати, с ухмылкой рассматривая её сзади. Он прекрасно знал, что натворил ночью. — Ну, не только я один постарался, милая, — ответил он с насмешкой. — Ладно, я тоже перестаралась. Кай медленно поднялся с кровати, оказавшись позади девушки. Он положил руки ей на талию, приблизившись к её телу, и уткнулся лицом в её шею. — Ты знаешь, я бы и дальше продолжил, если бы не утро, — прошептал он ей на ушко. Его губы мягко коснулись её в ответ. Кай развернул её лицом к себе, углубляя поцелуй. Его руки спустились к бёдрам девушки, нежно поглаживая их. Кай тяжело вздохнул, нехотя выпустив Джинору из рук. Он знал, что день обещает быть долгим и насыщенным. — Не хочу тебя отпускать, милая, — проговорил он с легкой печалью в голосе. — Я тоже не хочу. Кай нежно провёл рукой по её щеке, заглядывая в глаза. — Не забудь надеть что-нибудь, чтобы эти следы были прикрыты, — ответил он, указывая взглядом на засосы на её теле. — И ты тоже. Кай усмехнулся и отошёл к своей одежде, которая была разбросана по комнате. Он оделся, стараясь прикрыть следы от зубов и рук девушки на своём теле. Кай потянулся к ней, целуя её в последний раз. — Тогда я пошёл, — прошептал он ей на ушко. Он повернулся и направился к двери их тайного домика. Джинора кивнула. Спустя несколько месяцев. Отношения у них развивались хорошо, да, были ссоры, скандалы, но это только укрепляло их. И вот как-то раз Джинора узнала, что в положении. Она решила рассказать Каю. Кай, вернувшись после тренировки, увидел Джинору, ждущую его в их тайном домике. Он сразу понял, что у неё на сердце нечто важное. — Что происходит, дорогая? — поинтересовался он, подойдя к ней и сев рядом. — Сегодня кое-что узнала. Кай мягко положил руку ей на плечо, внимательно вглядываясь в её глаза. — Что такое? Ты можешь рассказать мне, что бы ни было. — Не знаю, понравится тебе эта новость или нет. Теперь Кай немного волновался, видя её напряженное лицо. Он сжимал её плечо, стараясь успокоить. — Расскажи, дорогая. Что бы это ни было, мы решим вместе. — Нас скоро прибьют, потому что у нас скоро будет ребенок, — тихо сказала Джинора. Кай на миг окаменел, не веря своим ушам. Он пару раз моргнул, пытаясь переварить полученную новость. — Ребенок, — повторил он едва слышно. — Ты уверена? — Да, это правда. Кай медленно кивнул, стараясь контролировать свои эмоции. Внутри у него всё переворачивалось. Он не ожидал такого поворота. — Так значит, я буду отцом, — проговорил он, проводя рукой по волосам. — Да. Ты рад? Кай повернул голову, смотря ей прямо в глаза. На его лице медленно расцвела нежная улыбка. — Конечно я рад, дорогая, — ответил он, чуть крепче сжимая её плечо. — Как я могу не быть рад? Ты подаришь мне ребенка. — Видимо, наш секрет всплывёт. Родители всё равно узнают. Кай тяжело вздохнул, отведя взгляд. Он прекрасно знал, что будет, когда об этом узнает Тензин. — Да, конечно всплывёт, — ответил он наконец. — Но мы справимся, дорогая. Мы будем вместе. — Я верю в это. Кай снова посмотрел на неё, пристально вглядываясь в глаза. — Мы вместе пройдем через все испытания. Я обещаю тебе, что не брошу тебя и нашего ребенка. Мы будем семьей, как бы ни было тяжело. ***Спустя месяц. Пема, мама Джиноры, заметила, что с Джинорой что-то не так. Её тошнило, была иногда слабость, частенько болела или кружилась голова. Пема долго не решалась спросить об этом дочь, но её беспокойство только росло. Наконец она не выдержала. — С тобой всё в порядке, дорогая? — спросила женщина за завтраком, внимательно всматриваясь в лицо дочери. — Да, мам, всё нормально, — ответила Джинора, в её голосе читалось: «Поговорим потом один на один», потому что на завтраке была вся семья. Пема кивнула, понимая, что Джинора хочет поговорить наедине. Она перевела взгляд на Тензина, сидевшего рядом с ней. Он, как обычно, ничего не замечал. Завтрак завершился, все стали расходиться по своим делам. Вскоре все разошлись, и только Пема и Джинора остались дома. Пема проводила взглядом остальных, а потом посмотрела на дочь. — Так что же с тобой на самом деле? — строго спросила Пема, садясь напротив нее. Её взгляд выражал легкое беспокойство и подозрение. — Ну, меня тошнит, иногда болит или кружится голова. Слабость тоже есть. Пема прищурилась, её лицо стало серьёзным. — Дорогая, — сказала она тихо. — Ты не беременна? Джинора отвела взгляд. На веранде резко стало тихо. Пема нахмурилась, внимательно рассматривая дочь. Она всё прекрасно поняла. Наступила тишина, которая только подтверждала её догадки. — Прости. Пема вздохнула, медленно потянувшись и взяв её за руку. — Не стоит извиняться, — сказала она мягко. — Все мы совершаем ошибки, дорогая. Теперь расскажи мне всю правду. — Мы с Каем вместе уже больше полутора лет. Первоначально мы планировали рассказать, когда мне будет 18, но вышло раньше. Пема слушала её, стараясь держать лицо. Она ожидала такого ответа. Вздохнув, она крепче сжала её руку, не сводя взгляда с лица девушки. — Вы были осторожны? — спросила она тихо. — Обычно всегда да, но, видимо, где-то просчитались. Пема хмыкнула, качая головой. — С таким молодым ухажёром сложно быть всегда осторожной. Вы слишком увлеклись друг другом, забыв о последствиях. — Ну, может быть, чуть-чуть. Пема покачала головой, снова тяжело вздохнув. Она прекрасно понимала, каково это — быть молодым и влюблённым. — Теперь уже поздно об этом жалеть, — сказала она тихо. — Теперь вам придется решить, что делать дальше. — Знаешь, когда Кай узнал об этом, был рад. Таким счастливым я его ещё никогда не видела, он весь светился. Пема чуть улыбнулась, несмотря на сложившуюся ситуацию. Было очевидно, что Кай искренне заботится о Джиноре и рад стать отцом ребенка. — Он действительно сильно тебя любит, — ответила она тихо. — Да. Ещё я не знаю, как рассказать отцу. На лице Пемы появилось выражение понимания. Она знала, что разговор с Тензином будет нелёгким. Он всегда слишком переживал за Джинору, как любой заботливый родитель. — Я понимаю, что я его любимая дочь, но я уже не ребенок, во-первых, во-вторых, пусть уделяет больше внимания Икки или братьям. — Ты права, дорогая. Ты уже давно не маленькая девочка, но для Тензина ты навсегда будешь его маленьким сокровищем, — ответила Пема мягко. — А если он будет против? Я не хочу сбегать и делать по-своему, но в случае чего… Пема нахмурилась. Она прекрасно понимала скрывающийся подтекст. — Твоему отцу придется смириться, дорогая, — твердо сказала она. — Это твоя жизнь и твои решения. Он может высказать своё мнение, но выбор всё равно за тобой. — Угу. А ты сама внуков хочешь? Пема замерла на секунду, а потом её лицо смягчилось. Она тихо рассмеялась, качая головой. — Конечно хочу. Но не так скоро и не в таких условиях! — ответила она со смешком. Джинора тоже рассмеялась. Пема нежно потянула дочь к себе, обняв её. — Ты знаешь, что бы ни было дальше — я всегда на твоей стороне, — прошептала она ей в волосы. — Спасибо, мам. ***На следующий день. Джинора зашла в кабинет отца. Тензин сидел за бумагами. Он был погружен в работу, но сразу же взглянул на дочь, стоило ей войти в дверь. — Всё со своими бумажками возишься? Тензин слегка удивился её тону, но тут же улыбнулся. — Ну конечно, кто-то же должен этим заниматься, — ответил он с лёгкой шутливой ноткой в голосе. — Это да. Кстати, есть одна новость. Тензин отвлёкся от бумаг, пристально смотря на дочь. Он почувствовал, что она хочет сказать нечто важное. — Так какая же новость? — спросил он серьёзно. — Кай попросил моей руки, — начала Джинора. Тензин моментально стал серьезным. Он откинулся на спинку стула, пристально рассматривая её лицо. — И что ты ответила? — спросил он хмуро. — Я сказала да. Тензин нахмурился. Он понимал, что его дочь выросла и теперь может сама принимать свои решения, но всё же это был тяжёлый удар для него как для отца. — Ясно, — ответил он после долгой паузы. — И давно ты встречаешься с этим мальчишкой? — Больше полутора лет. Тензин вздохнул, сжав кулаки на столе. — Почему ты не сказала мне раньше? — спросил он резко. — Я имел право знать! — Прости, дедуль. Мы хотели на моё совершеннолетие рассказать, — ответила Джинора, назвав отца не «папа» или «отец», а «дедуль». У Тензина отвисла челюсть. Он не ожидал, что она назовёт его дедулей. Он пристально посмотрел на дочь, качая головой. — Ты называешь меня старым? — спросил он хрипло. Джинора тихо усмехнулась, и Тензин вдруг понял, о чём она говорила. Тензин моментально напрягся, уставившись на нее. Он сглотнул, чувствуя, как у него пересохло во рту. Он молчал пару секунд, пытаясь справиться со своими мыслями, и наконец тихо спросил: — Ты беременна? — Да. Тензин тяжело вздохнул. Он откинулся в кресле, медленно проводя рукой по лицу. Он был явно недоволен и встревожен. — Ты слишком молода для ребенка, — ответил он хмуро. — Что произошло, то произошло. Менять не буду. Тензин сжал челюсти. Его глаза горели, но он старался держаться. — Ты что, думаешь, это так просто? — спросил он резко. — Тебе 17 лет! Ты ещё ребёнок сама! — Значит, ты против. — Я не просто против! Я категорически отказываюсь это принимать! — крикнул он, сжимая кулаки. Его голос дрожал от гнева и страха за дочь. Тензин смотрел на неё, тяжело дыша. Он попытался успокоиться, но гнев внутри был слишком силён. — Я запрещаю тебе встречаться с этим парнем, — резко сказал он, пристально глядя ей в глаза. Джинора ушла, ничего не ответив. ***Вечер. Джинора собирала вещи в своей комнате, когда зашла Пема. Пема сразу поняла, что происходит. Она увидела вещи дочери и нахмурилась, подойдя к ней. — Что ты делаешь? — спросила она тихо. — Как бы я ни хотела не использовать запасной план, придется. Отец против. Но я уже всё решила, и ты это знаешь. Пема вздохнула, прикусив губу. Она ожидала подобного исхода после разговора с Тензином. Но всё равно было больно видеть это. — Куда же ты хочешь уйти? — спросила она тихо, кладя руку ей на плечо. — Отправимся в Южное племя воды, у бабушки перекантуемся. Пема задумалась на секунду, но всё же кивнула. Она понимала, что дочь уже не маленькая девочка и может принимать свои решения. — Я тебя не остановлю, — ответила она тихо. — Возьми всё, что понадобится. Я помогу тебе собраться. — Спасибо, мам. Пема нежно коснулась её щеки, подавая небольшой рюкзак. Она старалась держать лицо, хотя её сердце сжималось от переживания за дочь. — Не волнуйся ни о чём. Я поговорю с Тензином, — сказала она тихо. Пема кивнула, понимая её желание. Она знала, что Тензин будет вне себя от беспокойства за дочь, но также понимала и её правоту. — Хорошо, я не скажу, — ответила она тихо. — Я буду у бабушки под присмотром. Пема вздохнула, снова погладив её по щеке. Она знала, что у Катары есть опыт и мудрость, и дочери будет безопасно у неё. — Береги себя, дорогая, — сказала она, с трудом удерживаясь от слёз. — Хорошо, мам. Пема помогла Джиноре собрать вещи, и в тот же вечер Джинора покинула дом. ***Спустя несколько дней Тензин заметил, что Джиноры нигде нет. Пема же молчала, делая вид, что всё в порядке. Тензин ходил по дому, всё больше тревожась. Он много раз спрашивал у Пемы, но та старалась уходить от прямого ответа, утверждая, что всё хорошо и Джинора просто гуляет. Но её отсутствие слишком затянулось, и Тензин начал понимать, что что-то не так. После нескольких дней молчания Тензин уже не мог больше держать свои мысли в себе. Он приблизился к Пеме, лицо его было мрачным. — Пема, я больше не могу этого выносить, — сказал он спокойно, но с оттенком напряжения в голосе. — Где Джинора? — В безопасности, — ответила Пема. Тензин прищурился, чувствуя, что она что-то скрывает. Он шагнул ближе, пристально смотря ей в глаза. — Что значит «в безопасности»? Где она? — повторил он тихо, но резко. — Так, ты мне тут голос не повышай, — ответила Пема, голос был спокойным, но нотки угрозы в нём чувствовались. Тензин остановился, понимая, что спорить с ней было бесполезно. Он вздохнул, медленно взяв себя в руки. — Почему ты мне ничего не говоришь? — хрипло спросил он, стараясь успокоиться. — Потому что Джинора попросила. Она уже взрослая девушка и может решать сама. Да, я тоже не хотела её отпускать, но если она считает нужным уйти, значит, так надо. Она вернётся, дай ей время. Тензин помолчал несколько секунд, стараясь контролировать свои эмоции. Он знал, что Пема говорила по существу, но это никак не унимало беспокойства за дочь. — Я не могу стоять на месте в неведении, — сказал он резко. — Что, если что-то случится с ней? — Катара позаботится о ней. Да и Корра тоже сейчас там, и Асами, и Кай. Она не одна. Тензин тяжело вздохнул, услышав это. Он прекрасно знал Катару, и её авторитет для него был неоспорим. Но всё же беспокойство за дочь не отпускало. — Как я могу не волноваться? Она ещё такая молодая, — ответил он тихо, нервно покусывая губы. — У неё есть поддержка. К тому же её выбор не такой уж и плохой. На последних словах Пема сдержала улыбку. Тензин нахмурился, заметив её улыбку. Он чувствовал, что Пема знала больше, чем говорила. — Что ты имеешь в виду? — спросил он подозрительно. — Я думаю, Кай — хороший кандидат. У Тензина отвисла челюсть, он даже не ожидал такого ответа. Он пристально смотрел на Пему, пытаясь понять, серьёзна ли она. — Кай? Ты шутишь, да? — спросил он хрипло. Тензин помолчал пару секунд, пытаясь понять её слова. Он сжал челюсти, чувствуя, что разговор зашёл дальше, чем он ожидал. — Кай слишком молод и несерьёзный! — ответил он резко. — Я бы так не сказала. Я видела их взаимоотношения. Он с неё пылинки сдувает. Да и то, как она рассказывает о нём, становится понятно, что он верен ей. Тензин молчал, слушая её слова. Он прекрасно знал, что она говорила по существу, но всё ещё сопротивлялся, не желая признавать правду. — Это просто увлечение, — ответил он хрипло. — Это пройдёт. — Я так не думаю. Тензин тяжело вздохнул, понимая, что спорить с ней бесполезно. Он прикрыл глаза, чувствуя, что постепенно сдаётся. — А что, если Кай воспользуется её доверием и бросит её? — спросил он тихо. Тензин молчал, понимая логику её слов. Он не мог отрицать, что Кай — отличный друг и надёжный товарищ, но как жених для Джиноры он казался ему неподходящим. — Но он слишком молод, — пробурчал он, всё ещё не сдаваясь. — У них разница в год, считай, оба молоды, — ответила Пема. У неё на все возражения был ответ. Тензин тяжело вздохнул. Он чувствовал, что его аргументы медленно, но верно терпят поражение. Но у него ещё была последняя карточка. — А что насчёт детей? — спросил он хрипло. — Это уже произошло. Будем ждать внуков. Тензин закрыл лицо руками, тяжело вздохнув. Он знал, о чём говорила Пема, но слышать это всё равно было непросто. — Я знаю, — ответил он хрипло. — Но она ещё слишком молода для материнства. — Никто от этого не застрахован. Тензин знал, что она права, но не хотел этого признавать. Он тяжело вздохнул, чувствуя себя беспомощным. — Я просто хочу её защитить, — ответил он тихо. — Гиперопекой или постоянным контролем ты ничего не добьёшься. Тензин молчал, понимая её слова. Он знал, что Пема права, но сложно было смириться с тем, что его дочь выросла и теперь принимает свои собственные решения. — Что мне делать? — наконец спросил он тихо. — Однажды птенец вылетает из гнезда. Тензин помолчал, переваривая её слова. Он чувствовал, что это был конец их разговора, и что его мнения не изменить. — Я понимаю, — ответил он глухо, пряча своё разочарование. — Я дала ей своё согласие. Тензин вздрогнул, услышав её слова. Он медленно поднял голову, пристально смотря ей в глаза. — Ты что, серьёзно? — спросил он хрипло, надеясь, что это шутка. — Да, серьёзно. А ты принципиально не примешь этого? Тензин тяжело вздохнул, чувствуя себя пойманным в ловушку логики. Он прекрасно понимал, что спорить дальше было бесполезно, но всё ещё не хотел сдаваться. — А если Кай причинит ей боль? — возразил он, отчаянно цепляясь за последнюю надежду. — Поверь, если это случится, она прибьёт его раньше, чем ты узнаешь. Тензин прекрасно знал, что Джинора достаточно умна и сильна, чтобы постоять за себя. Он устало усмехнулся, чувствуя, что его аргументы закончились. — Сдаюсь, — ответил он тихо, признавая своё поражение. — И был повод спорить? — спросила Пема, зная, что с ней спорить бесполезно, так как она лучше знает, что для детей лучше, — четверо у неё всё-таки. Тензин покачал головой, признавая её правоту. Как ни хотел он этого признавать, Пема всё время знала лучше. — Нет, — ответил он тихо, откидываясь на спинку кресла. — С тобой спорить — бесполезное дело. Ты слишком умна. — Я мать четверых детей, мне лучше знать, что для них лучше, а что нет. Тензин кивнул, соглашаясь с ней. Он знал, что она была мудрой и опытной матерью, и её мнение всегда имело вес. — Ты права, — ответил он тихо. — Ты видишь дальше меня.