Трое в грязи, не считая телеги

Утро в Три девятом царстве началось не с кофе. - Царь-батюшка… - в унисон жалобно простонали купцы. – Обоз с товарами уже второй день стоит, с места сдвинутся не может. Дороги напрочь размыло после ливней… А у нас сроки горят, товар скоропортящийся, дети голодные, в конце-концов. Царь тяжело вздохнул, как и подобает волнующемуся за свой народ правителю. Затем многозначительно развел плечами, мол: «Понимаю, дорогие, но ничем, увы, помочь не могу.» - Так что же делать будем, Царь? – спросил, видимо, главный из стаи купцов. Царь сидел на троне с кружкой крепкого чая и думал о том, что же можно сделать? Варенья, например, попросить к чаю. Или порыбачить пойти. Либо закон какой придумать эдакий… Полет фантазии Царя прервался, когда он вновь посмотрел на купцов. Он занял отточенную годами правления страдальческую позу руководителя, которой его учили ещё в университете царей, всем своим видом выражая глубокую обеспокоенность. Вдруг дверь в зал открылась и в проеме показался Ваня. Отряхнув грязь с сапог, он вошел. - Царь-батюшка, ЧП у нас. Там после вчерашней грозы дорогу на Кривые Холмы совсем развезло. Телега купеческая утонула в грязи. Мы с мужиками коней выпрягли, на себе тащили. А сегодня ласточки опять дождь обещают. Царь снова тяжело вздохнул, отставил кружку. - Да мне вот уже докладывают. Дороги не только к Кривым Холмам размыло. Да что уж говорить… Проще сказать, где их не размыло… - Не размыло там, где и дорог-то не было. – вступил в разговор Серый. - Это точно. – улыбнулся Иван. - В общем, Вань, похоже, нет у нас в Царстве больше дорог. Одни только направления остались. – грустно произнес Царь. - Ну так надо бы подлатать. – ответил Царевич. - Пока совсем не размыло. Сейчас-то ещё кое-как можно пройти, а через пару дней - только вплавь. Я могу взять Серого и Кота... Ну, в смысле, бригаду организовать. Царь заметно оживился. - Вот! Вот это по-нашему! Проявил инициативу, молодец! Только... Вань, ты когда в последний раз дорогу чинил? - Я? Ну... Я по ней в основном хожу. Или езжу. Иногда спотыкаюсь. А чинить не приходилось. - А Кот? – спросил правитель. - Кот сейчас дорогами старается не пользоваться. – встрял Серый. - У него там какие-то свои маршруты... поперёк. Царь лишь махнул рукой. - Ничего. Он у нас ученый. Пусть план работ составляет. Всё. Ступайте. И чтоб к вечеру хотя бы одна дорога перестала быть «направлением», а стала нормальной дорогой! - Принято, Царь-Батюшка! – в один голос сказали Ваня и Серый и отправились собираться. Через час бригада была собрана и укомплектована. Телега, груженная бревнами, досками и различными инструментами, уже стояла на выезде из царского двора. Два упряженных коня нервно переглядывалась, верно подозревая, что путь будет утомительным и долгим. Серый паковал тормозки, Кот уже сидел сверху на бревнах, что-то записывая на бумаге, а Иван проверял, не забыл ли чего. - Значит так. – важно начал Царевич. - Задача следующая: проинспектировать состояние дорожного полотна на участке от Мельниц до Кривых Холмов, выявить наиболее пострадавшие участки, произвести ремонтные работы в объеме имеющихся материалов и присутствующего энтузиазма. Серый с недоверием покосился на телегу: - Вань, я, конечно, всё понимаю, но ты уверен, что кучка бревен, горсть досок и полтора землекопа - это ремонтная бригада? У нас бюджет размером с совесть нашего бухгалтера. - Бюджет, Серый, понятие растяжимое. – ответил Кот, не отрываясь от письма. - У нас есть главное - полномочия. А полномочия в Тридевятом царстве компенсируют отсутствие всего остального. Это основа местной экономики. - Полномочиями дороги не проложишь. Телеги по ним не поедят. – заметил Волк. - Зато руководствуясь ими можно написать отчет. А в управлении государством отчет - это уже полдела. Вторая половина - это чтобы те отчеты никто не проверял. - Хватит умничать. – Ваня прервал сей высокоинтеллектуальный спор. – Поехали уже. Лошадки, давайте потихоньку. Кот, ты карту взял? Кот молча показал свиток. - Дай-ка взглянуть… - сказал Царевич и взял карту. Развернув, он принялся изучать её. Изучение заняло целых две минуты, по прошествии которых он озадаченно обратился к Коту. - Кот, а что это за карта такая? - А в чем дело? – поинтересовался он. - Ну как в чем? Что это за надписи такие? – парень начал тыкать пальцем в карту и читать. – «Тут, вроде бы, лес», «Примерно где-то здесь поле», «Сами увидите. А увидите - напишите». - Так бывает. – многозначительно ответил Кот. – Такие участки на картах называются «белые пятна». Это неисследованные или малоизученные территории, о которых у географов нет достоверных данных. - Это как? Мы сами не знаем, что вокруг нас? – не понял Ваня. - Знать-то, может быть и знаем, только на карту это не занесено. – пожал плечами хвостатый. - А может, действительно, не знаем. В любом случае сегодня узнаем. И тогда занесем на карту, тем самым затерев белое пятно. - Вот это уже по мне. – довольно улыбнулся Царевич. Серый, уже успевший съесть парочку бутербродов с колбасой, улыбнулся: - Короче, действуем по старому-доброму методу: на «авось». Мой любимый формат. Спустя два часа езды по относительно целой дороге, бригада остановилась перед участком дороги в низине между двумя холмами. Лошади дальше идти отказались, на что герои лишь горько и понимающе кивнули. Дорога была грунтовая, накатанная временем, но сейчас представляла собой цепочку из луж и грязевых ям. В самой низине виднелись остатки гати: ряд брёвен, уложенных поперёк дороги, часть из которых была сдвинута водой, часть утоплена в грязь. По краям дороги стелились канавы, забитые листвой и ветками. А в самом центре данной композиции живописно раскинулась грязевая ванна диаметром в метров пять, из которой сиротливо торчала чья-то потерянная лопата. Пейзаж открывался многообещающий. А обещал он часы тяжелой работы и изнурительного физического труда. Первым с телеги слез Иван. Он ещё раз оценил масштаб бедствия и присвистнул. - Ну… вот это, собственно, и есть… дорога. Работки нам предстоит немало. Кот развернул карту, пытаясь сверится с местностью. - Интересно... На карте этого участка нет. – констатировал он. - Как нет? Мы же по нему ехали! – недоумевал Царевич. - Ехали. – подтвердил хвостатый. - Но на карте его нет. Знаешь, что здесь указано? -Кот тыкнул лапой в карту. - «Живописная дубрава с элементами редколесья». Серый посмотрел на чахлые кусты, что окружали их. - Дубрава... Редколесье. Ну и фантазия у нашего картографа богатая. И главное – абсолютно расходящаяся с реальностью. Кот, видимо, в ближайшее время не собираясь слезать с бревен, брезгливо косился на грязь. - Друзья, предлагаю вместо восстановления дороги засвидетельствовать её отсутствие. Юридическую сторону вопроса и бумажную волокиту я беру на себя. Серый ступил на землю, потянулся, затем глубоко вдохнул местный воздух. - Кот, хорош умничать. – буркнул он. – Слезай давай. Посмотри канаву. Если вода не уходит, то всё, что мы тут налатаем, через час опять в болото превратится. Хвостатый смиренно вздохнул. Спрыгнув с повозки, он отправился осматривать канаву, осторожно ступая по её краю: - Она забита. Ветки, листья, трава... Вода стоит. Отсюда и лужи на дороге: воде просто некуда деваться. - Значит, первым делом нужно чистить канавы. Потом гать будем перекладывать. – распорядился Иван. - Разумно. – кивнул Серый. - Я канавой займусь. У меня лапы длинные, сподручнее будет. А ты, Вань, пока глянь, что там с брёвнами. Целые – вытащим и обратно поставим, гнилые - заменим. Работа во всю закипела. Через десять минут Серый уже стоял по пузо в канаве, выгребая лапами слежавшуюся листву и ветки. Иван бродил по остаткам гати, проверяя брёвна. Большинство из них шатались либо были треснуты, часть же и вовсе была поглощена этим миниатюрным болотом. Кот нашёл относительно сухое место на пеньке и уселся, решив руководить процессом со стороны. - Вань, то бревно, что у левого края - оно вообще как там оказалось? Оно лежит даже не поперёк дороги, оно лежит поперёк здравого смысла. – сказал Кот. - Его, видать, водой развернуло. – пропыхтел Иван, пытаясь сдвинуть тяжелое треснувшее бревно. - Серый, давай вместе. Я с одного конца, ты с другого. Кот внимательным и полным участия взглядом наблюдал за тем, как рычащему Серому и кряхтящему Ивану кое-как удалось вытащить скользкую колоду и отбросить её на край дороги. - Молодцы. – похвалил работников Кот. - Почти как бурлаки на известной картине. Серый, тяжело дыша, раздраженно выдохнул: - Кот, а ты чем там вообще занимаешься? - Как чем? Помогаю. Веду документацию. – он помахал свитком. – В случае неудачи, когда Царь спросит, почему дорога всё ещё является направлением, а не, собственно, дорогой, я покажу ему отчет, в котором будет написано: «Были проведены масштабные дорожно-восстановительные работы. Заложен фундамент будущей транспортной инфраструктуры. Бригада проявила героизм». А то, что бригада потерпела крах - это детали и мелочи. Обычно о таком в отчетах не пишут. Серый с Ваней переглянулись, затем покосились на Кота. - Кот, вставай с пенька и бери грабли. Канава ещё не очищена. – скомандовал Серый. - У меня лапы для граблей не приспособлены. – промурлыкал тот в ответ. - А для пустой писанины приспособлены? – съязвил Волк. - Ладно. – он неохотно слез и взял грабли. - Но если я испачкаюсь, отмывать меня будешь ты. - Размечтался. – буркнул Серый. Кое-как расчистив канавы, бригадиры принялись восстанавливать гать. Серый запряг себя и принялся тащить с телеги бревна вниз, то и дело хекая и тяжело вздыхая о своей тяжелой судьбе, о неблагодарном, а – главное – недоплачиваемом труде. Иван пытался подкладывать доски, но часть из них засасывались, казалось, бездонной грязевой лужей. — Вань... я тебя, конечно, уважаю... – заворчал Волк, таща по скользкой грязи особо тяжелое бревно и упираясь лапами, дабы не упасть. - Но ты вот скажи мне... Вот эти доски, которые сейчас на моих глазах уходят в грязь... Это что, по-твоему, мост? Или новый вид мазохизма? Иван, уже весь перепачкавшийся в грязи, чуть ли не ныряет в лужу, пытаясь вытащить очередную драгоценную доску: - Это, Серый, временное решение! Понимаешь? Вре-ме-нно-е! - У нас, Вань, похоже, в Тридевятом всегда всё временное.  - Ну вот видишь? – усмехнулся Ваня. – Если «временно» происходит всегда, оно автоматически становится постоянным. Так что у нас, друг, всё стабильно: мы точно знаем, что завтра всё будет так же временно, как и сегодня. Серый на мгновение задумался. Затем чихнул. - Временное становится постоянным ровно в тот момент, когда его перестают пытаться исправить. – вдруг изрёк Кот, вновь усевшись на пригорке. Спустя час непрерывно трудотерапии друзья решили сделать перерыв. Им всё же удалось подоставать бревна, а вместо непригодных на их место закрепили свежие из телеги. Кот валялся в траве и вылизывал испачканную лапу, Серый присел рядом, тяжело дыша. - Пойду посчитаю, сколько у нас материалов ушло. И поесть принесу. – сказал Ваня и пошёл к телеге. Серый поначалу просто молчал и философски глядел на дорогу. Затем решил всё же заговорить: - Вот смотри, Кот. Мы тут полдня возимся. Вроде и гать кое-как восстановили, и канавы прочистили, а дорога всё равно пока что больше на направление смахивает. Вот пройдут дожди снова, и опять всё поплывёт… - Так всегда было. – смиренно свел плечи пушистый. - Эту гать каждую весну перекладывают. И каждую осень. Знаешь, почему? - Потому что кладём кое-как? - Потому что в низине по-другому не получится. Особенность рельефа. – он важно поднял палец. - Тут вода застаивается, от неё брёвна и гниют. Это тебе не брусчатка и не мраморные дороги, это расходник. Как лапти: сносились - новые сплели. - Лапти... – буркнул Волк. – А хочется сделать что-то такое, чтобы на века… Кот задумчиво промурлыкал: - Ну-у-у… На века – это хорошее стремление, похвальное. Но не в случае с этой дорогой. Смирись. - Да я и не про дорогу эту... – отмахнулся Волк. - Я в целом про то, что если уже и делать - то толково и на совесть. А не положить бревна, связать их, землей засыпать и радоваться. Через месяц ведь опять сюда ехать придётся. - Так чего ты хочешь? – прямо спросил Кот. Серый, задержав взгляд на пролетающем мимо них пушистом облаке, ответил: - Хочу, чтобы когда я уехал, эта дорога ещё хотя бы сезон простояла, а не до следующего дождя. - Ну, если канаву полностью вычистить и уклон сделать... – задумчиво протянул Кот. - И брёвна не просто так бросить, а хорошенько утрамбовать под ними... Может, и простоит. Серый тут же оживился: - Вот и давай. Без «может». Просто сделаем, как надо. А то приедем обратно, Царь спросит: «Починили?». А мы что? Скажем, что починили? Я бы так не сказал. Направление временно укрепили – это да, это подходит. Ты отчет сдашь, а проблема никуда не денется. А мне потом перед людьми стыдно будет. Они же по этой дороге ездить будут. А так хоть на душе будет спокойнее, что хотя бы попытались на совесть сделать. - Стыдно... Серый, ты у нас, оказывается, совестливый. – ухмыльнулся хвостатый. - Я не совестливый. – возразил Волк. – Я рациональный. Если дорога развалится, меня же опять сюда пошлют. А я не хочу. Хотя… может и совестливый. - Вот это аргумент. – хихикнул Кот. – Ладно, убедил. На совесть так на совесть. Солнце уже постепенно укатывалось за горизонт. Работа затянулась почти до сумерек. Друзья были вымотаны, их руки гудели, а одежда была насквозь перепачкана в грязи. Но когда бригадиры наконец разогнули спины, они на секунду опешили. Перед ними больше не было того гиблого участка дороги. Теперь это место выглядело иначе. Теперь они смотрели на настоящую, добротную такую, гать. Брёвна, очищенные от коры и подогнанные друг к другу с анатомической точностью, лежали ровным, монолитным рядом. Кот не обманул: благодаря правильной утрамбовке и подушке из земли и песка, дорога выглядела невероятно надежной, словно палуба заморского фрегата. По бокам тянулись идеально вычищенные канавы. Было слышно, как в них весело журчит вода, уходя по уклону прочь от дороги. Иван, отряхнув руки, с гордостью произнес: - Ну вот это я понимаю - дорога! - Значит, день прошел не зря. – устало, но довольно выдохнул Серый, присаживаясь на обочину и вытирая лапой лоб. – Зато теперь хоть парадом ходи. Иван промолчал. Он наступил на край бревна всем весом - дорога даже не шелохнулась. Она была готова стоически принять и легкую карету, и тяжелый обоз. Ваня смотрел на плоды их тяжелого труда и чувствовал странную, непривычную гордость. В воздухе повисло чувство глубокого и спокойного созидания. - Мы молодцы. – вдруг констатировал Кот. Серый улыбнулся: - Спасибо, дружище. Я искренне тронут. Почти до слез. А теперь поехали домой. - Домой… - с наслаждением зажмурившись, выдохнул Иван. Пустая телега медленно и устало катилась обратно домой. Ваня думал о том, как будет рассказывать Василисе о сегодняшнем дне. Ей очень понравится, он был уверен в этом. Ему уже не терпелось крепко обнять её. Кот что-то бурчал, дописывая последние строки отчета: - «...таким образом, благодаря слаженным действиям бригады, поврежденный участок приведен в состояние, соответствующее сезонным нормативам. Текущие показатели несущей способности полотна позволяют гарантировать долгосрочную и надежную эксплуатацию объекта даже в условиях повышенного трафика. Рекомендуется рассмотреть вопрос о дополнительном финансировании...» Серый обернулся к писателю: - И допиши: «Волк просит внеочередной выходной и усиленный паёк». - Это неформат. – Кот тут же осёк Серого. - А ты в сноску. - непринужденно ответил тот. - Мелким шрифтом. Царь всё равно сноски не читает. Авось получится. - Авось и получится. – улыбнулся Кот и записал в сноску.