Любимый шепот

Раздражающий свет рекламного щита освещал темные аппартаменты сквозь незанавешенное окно - оно было немного приоткрыто, пуская грязный и тяжелый воздух города внутрь, но все еще создавая ощущение свежести. Нью Йорк не прекращал шуметь даже ночью, заполняя улицы раздражающими сигнализациями машин и криков пьяных жителей. В комнате пахло остатками горячей ночи - воздух вокруг двух лежащих фигур все еще был теплым, постепенно остывая от их тел. Они оба тяжело дышали, прижавшись друг к другу, наслаждаясь близостью, теплотой, вниманием и возможностью позабыть о своей другой жизни - всего на пару часов стать просто людьми, которые любят друг друга.       Его рука нежно обводила контур ее плеч, вырисовывая мозолистыми пальцами незамысловатые узоры, которые пускали мурашки по нежной коже. Она не сдерживала улыбку наслаждения - грудь была наполнена глубоким ощущением привязанности и любви к мужчине, который не боялся проявлять любовь. Их лица были расслаблены, уголки губ приподняты - ее грудь крепко прижималась к его. “Я слышу твое сердцебиение.” - Шепчет он на ухо. Его мурлыканье посылает приятные покалывания на ее теле. Она глубоко вздыхает, выражая чувство удовольствия.       Ее рыжие волосы были немного спутаны, покрывая спину и его грудь как морские волны, постепенно расслабляясь в штиль. Веснушчатый нос тянется к шее, вдыхая его запах - запах чего-то родного, домашнего, создающее ощущение безопасности. “Ты поэтому не можешь спать рядом со мной?” - Немного игриво спрашивает она, крепче прижимаясь к телу мужчины. “Отчасти.” - Рука крепче обнимает мягкую талию.       Он не мог спать не только потому, что не привык ощущать кого-то другого рядом. Присутствие этой женщины в доме вызывало в нем приятное волнение и глубокое желание защитить ее любой ценой - ценой собственного сна, тела, возможно даже жизни - но он не задумывался об этом. Это было лишь крепкое ощущение в груди. То, как нежные руки каждую ночь трогали его шрамы, относясь к ним не с отвращением, а с привязанностью. Полные губы целовали его тело не только со страстью и желанием, но и с искренним желанием быть рядом, разделить каждое мгновение друг с другом. Рядом с ним она болтала обо всем - начиная от ее детства и заканчивая завтраком. Она не стеснялась быть рядом с ним “ребенком” - дурачиться и проявлять искреннюю эмоциональность - она была такой, какая она была на самом деле. А он желал всем своим существованием защитить ее, как единственное теплое солнце в жизни.       Губы Мэтта коснулись нежного плеча, грубая ладонь опустилась на фигуристое бедро, вызывая дрожь. Он хотел бы сказать “оставайся здесь навсегда” - но ему не нужно было произносить подобные слова. Марго всегда ответит “да”. Она бы готовила ему каждое утро нежную яичницу с беконом, вставая пораньше - когда он притворялся спящим, чтобы просто понаблюдать за ее осторожным поведением, лишь бы не шуметь и не беспокоить его сон. Мэтт бы никогда не признался в этом прямо, но он стал каждую неделю покупать упаковку ее любимого чая в пакетиках - с цветами кактуса. Марго всегда предпочитала странные вещи и это был один из тех пунктов, которые он обожал в ней. Кружки в форме животных, мягкие антистрессы, сумки в виде забавных предметов, начиная от чайника и заканчивая бутылкой кока-колы. Он позволил ей оставить большую кружку в виде черного кота - она сказала, что эта посуда напоминает ей о нем. Его квартира наполнилась запахом свежей выпечки, корицы и сладких духов. Полки в ванной незаметно заняли различные колбочки - трудный уход за длинными волосами и мягкие умывающие средства для лица. Зубная щетка появилась одной из первый - каждое утро романтично обнимая соседнюю.       Слепые глаза закрылись, когда Мэтт позволил себе расслабиться рядом с ней - погрузиться в ощущение ее присутствия, будто это именно то, что ему было нужно все это время, чтобы наконец успокоиться. Она была его местом, его островком спокойствия - уверенность, что знакомое теплое тело каждый день ждет его дома, любит, хочет видеть и искренне заботится.       Марго слегка кусает его шею, губы растягиваются в игривой улыбке. “Эй…” - фыркнул Мэтт, слегка сгибая шею, прижимаясь подбородком к ее лицу. Она молчит, он знает, что она не может высказать полноту ее чувств, показывая это коротким жестом.       Она прислушивалась к его спокойному сердцебиению, наслаждаясь теплотой и твердостью мышц тела. Они были двумя противоположностями - но у каждого были свои шрамы, своя история с мрачными оттенками, и любовь стала одной из вещей, которые объединили два одиноких сердца, отчаянно верившие, что в этом мире существует их человек. Человек, которого Бог послал именно для них. Мэттью часто молился, благодаря Вышнего за Марго в его жизни - Марго делала то же самое, с закрытыми глазами прося, чтобы сегодня Сорвиголова вернулся домой в целости и сохранности.       Постепенно она погружалась в сон, не в силах бороться с комфортом на шелковых простынях. Он оставался неподвижным, выполняя роль ночного стража, заботясь о ее комфорте и безопасности. Мэтт был дворовым котом, который давно позабыл, какого это - жить в доме, где тебя каждый день гладят и любят просто за то, что ты есть. Каждый день он оставлял образ Дъявола Адской Кухни и талантливого адвоката за входной дверью, снимая маски, чтобы наконец расслабиться и прижаться к его, действительно его человеку. Безусловно, Мэттью терзали мысли, что он не заслуживает такую женщину в его жизни - часто ночные мысли терзали его грудь, заставляя буре в груди возрождаться, превращаясь в ураган глубокого чувства вины. Но когда он видел, чувствовал, слышал ее улыбку, сердцебиение, счастья в голосе - мысли улетучивались. Марго искренне была рада находиться рядом с Мэттом, веря в каждое его решение и поддерживая в любых начинаниях. Она была главным защитником Сорвиголовы, отстаивая его позицию в обществе, даже когда он сам сомневался в собственных поступках.       Фоновый шум Нью Йорка прерывался ее тихим сопением. Тело слегка дергалось от погружения в сон - он крепче прижимал ее к себе, молча давая понять, что находится рядом.       Скелетов в шкафах не осталось - они оба были прозрачными друг для друга. Иногда Марго могла понимать вещи, будто бы имела телепатию - как обнять, как погладить по волосам, что приготовить и купить. Они чувствовали друг друга на гораздо более глубоком уровне, чем кого либо еще - Мэтт взял за привычку покупать ее любимый шоколад и прятать его в разных уголках квартиры, а она каждый раз перед его приходом заваривала кофе специально для него. Они смогли благодаря друг другу снова поверить в безграничную любовь, идя по жизни вместе - бок о бок, поддерживая и спасая по-своему.       В ее теплой руке мирно спит его беспокойное сердце.