ㅤ

ㅤ Новая послушница в храме перевернула с ног на голову спокойную жизнь. Даже Аррии не удалось от неё никуда деться, сколько бы она ни сторонилась общения. Совсем нелюдимой её нельзя было назвать, однако она стремилась всё делать самостоятельно, наблюдая и изучая со стороны. Большое количество дум, занимающих её разум, не располагали к праздным беседам. Нередко она подвергала сомнению церковные доктрины, благоразумно своими «опасными» мыслями не делясь. Фара же не стеснялась никого и ничего, выражая своё мнение относительно Охоты на Еретиков. «Как её ещё не исключили?» — думала Аррия. Ей тоже хотелось как-то повлиять на ситуацию, но сил её не хватило бы даже на то, чтобы противостоять высшим чинам словом. Долгий путь пусть и подразумевал множество неспасённых душ, казался ей вернее: дослужиться до верхов, чтобы с высоты воспользоваться властью во благо. — Разве церковь — не вместилище чистоты и света? — в очередной раз заливалась Фара. — Почему мы причиняем боль живым существам, ищущим покоя и мира? — Хватит, дурная, — устало выдохнула одна из рядовых послушниц. — Ликаны сродни монстрам, не смотри на их человечье обличие. Это лишь маска. — Шкура! А не маска! — злобно выкрикнула другая. Её родители особенно сильно настраивали против неугодной расы. — Что ты здесь забыла, если не собираешься сражаться против этих тварей?! — Ага, ещё и в боевые пошла! Хватит забивать своей дурью нам головы! — Как его преосвященство всё ещё не выгнал её? Аррия оставалась спокойной, сколько бы её не печалили гонения. Она не пыталась никого перекричать, не вмешивалась в чужие волнения. Дождавшись, когда активные возмущения переросли в злобное ворчание, слившееся в монотонный шум, она ровно произнесла, как полагалось преданной служительнице церкви: — Быть может, она здесь для проверки вашей веры и готовности служить церкви, которую вы благополучно не прошли, поддавшись греху — гневу. Зал погрузился в тишину. Даже скрипящая зубами Фара, сжимающая от безысходности кулаки, с удивлением посмотрела на Аррию. Негативные эмоции отчего-то при виде её спокойствия таяли. Остальные послушницы молчали, придавленные чувством вины, осознавая праведность слов сокурсницы, не ведая истинной причины их озвучивания. — Н-но я… — неуверенно заговорила Фара, замявшись под пристальным взглядом Аррии, молча призывающей последовать за ней в коридор. Удостоверившись, что поблизости нет ушей, способных их услышать, Аррия тихо заговорила, будто не с Фарой вовсе: — Головой стену не пробьёшь. — Но если не делать ничего, то ничего и не изменится! Рано или поздно под шквалом ударов в любой стене появятся трещины, а там и для дыры недалеко! Аррия выдохнула, успокаивая себя. Уж неизвестно, кто на самом деле был стеной: толпа или решительно настроенная девушка. — Церковь — не лучшее место для сочувствующих Ликанам. Почему ты решила пойти в боевые жрицы? — Я хорошо управляюсь кулаками и хочу защищать слабых. — Значит, ты здесь не ради борьбы за права Ликанов? — не до конца удалось подавить удивление Аррии. — Меня совсем не волнует происхождение. Если кого-то обижают, я готова их защищать! — Но твои речи… — Ничего не могу поделать. Когда кто-то рядом начинает гнусно обсуждать очередную казнь, у меня будто кровь вскипает. Как можно быть такими жестокими?! Твёрдость убеждений и доброта Фары вызывали уважение. Однако Аррия реально смотрела на жизнь. В ней неизбежно требовалось чем-то жертвовать… И к этому Фара определённо была не готова. — Скажи, если по долгу службы тебе придётся сразить Ликана, сможешь ли ты переступить через себя и выполнить приказ, чтобы иметь возможность помочь тем, кого ты действительно в силах спасти? Сначала Фара хотела ответить без раздумий, даже заикнулась, но тут же замолкла. В словах Аррии не было злого умысла, сквозь стену рационального равнодушия Фара чувствовала искреннюю заботу и доброту. Аррия пыталась направить её на путь истинный. Вот только Фара не знала другого способа сослужить службу страждущим, нежели работа в церкви. А только драться она и умела… — Если ты сомневаешься или склоняешься к отрицательному ответу, то тебе стоит отступить и не тратить время понапрасну на обучение. Лучше поищи иной способ помочь другим. Иначе твои потуги не лучше шума, создаваемого нашими однокурсниками. — Но что мне делать, если я не могу ничего?.. — Фара старалась не падать духом, несмотря на то что знатно приуныла. Она не была слепой, прекрасно всё понимала, предпочитая игнорировать проблему, пока Аррия не спросила прямо. — Что угодно. Можешь попробовать стать наёмником и защищать тех, кто платит. Можешь открыть додзё и обучать желающих самозащите. Возможностей себя реализовать гораздо больше, нежели ты думаешь. Ты обязательно что-нибудь найдёшь. А здесь ты принесёшь больше вреда, чем пользы, как ни прискорбно это признавать. «…Вреда». Фара усмехнулась, найдя иной выход. Сдаться? Не в её духе! — Думаю, я всё же попробую закончить обучение. Как знать, может, я стану самой неумелой боевой жрицей, которая не сумеет поймать ни одного Ликана, — подмигнула она собеседнице. — Урок скоро начнётся. Давай не будем заставлять епископа нас отчитывать. Бесцеремонно взяв Аррию за руку, Фара повела её за собой, вновь полная энергии и позитива. Две по-разному непоколебимые девушки ещё не один год провели в одной группе, пока разные дисциплины не разлучили их. Отчасти Аррия выдохнула с облегчением, уставшая от выходок Фары и переизбытка энергии. Но в то же время сильно о ней беспокоилась, успев привыкнуть к навязавшейся подруге. «Изменить мировоззрение поколений не так просто, — размышляла Аррия, когда их благословляли с окончанием обучения. — Но я сделаю всё возможное, чтобы ей помочь. Лишь бы за это время она не успела натворить глупостей…» ㅤ