Эпилог

После бурной ночи Седрик стоял перед зеркалом, привыкая к своему новому отражению. Взгляд был ясным, кожа - гладкой, а в теле чувствовалась сила, которую он не ощущал годами. София подошла сзади, обнимая его за талию и прижимаясь лицом к лопаткам. - Тебе придется выйти к отцу - тихо сказала она. Волшебник тяжело вздохнул, накрывая её ладони своими. - И что я ему скажу, София? «Ваше Величество, я больше не ваш старый ворчливый маг, я теперь выгляжу как ровесник вашей дочери, потому что мы провели ночь вместе»? София отстранилась и развернула его к себе, серьезно глядя в глаза. - Нет. Мы скажем, что это была ошибка. Очередной промах. - Он примет моё омоложение - Седрик взял её за подбородок - но он никогда не примет нас. София, посмотри правде в глаза. Твой отец - король. А я? Для всего мира я - твой слуга. Придворный маг без титула и земель. Закон суров: принцессы выходят за принцев. Роланд может простить мне взорванную лабораторию, но он не простит мне твою честь. Если он узнает, меня казнят, а тебя запрут в монастыре или выдадут замуж за первого встречного герцога, чтобы смыть позор. Принцесса сглотнула комок в горле. Реальность была холоднее любого льда. - Значит, мы будем прятаться? Как преступники? Седрик вдруг хищно улыбнулся, и в его глазах вспыхнул тот самый огонь, который так пугал и восхищал её ночью. - Мы будем прятаться как заговорщики. Разве это не делает всё... острее? Днем я буду кланяться тебе, соблюдая дистанцию, а ночью ты будешь приходить сюда, и эти стены будут свидетелями нашей любви. Тайная страсть горит ярче той, что выставлена на показ, София. София закусила губу, чувствуя, как по телу пробежали мурашки от его слов. - Твоя правда. Это будет наш секрет. Она медленно провела пальцами по его новой, гладкой щеке, но её взгляд оставался тревожным. - А что, если нас заметят, Седрик? - прошептала она. - Замок полон слуг, а у стен есть уши. Один неверный шаг и всё закончится. Седрик перехватил её руку и крепко сжал, притягивая девушку к себе. - Мы будем осторожны. Тише теней. - Но есть кое-что похуже слуг - София закусила губу, глядя на него с нарастающим страхом. - Моё совершеннолетие. Отец уже начал говорить о гостях из других королевств. Что, если он решит сосватать меня? Что, если в замок приедет какой-нибудь принц, и мне прикажут улыбаться ему, танцевать с ним... или боже мой выйти за него замуж? Лицо Седрика мгновенно потемнело. Его пальцы на её талии сжались чуть сильнее, чем нужно. Ревность, даже гипотетическая, обожгла его изнутри. - Пусть только попробуют - прорычал он, и в его голосе прорезались властные нотки - Пусть присылают своих принцев. Я найду способ выставить каждого из них дураком, трусом или безумцем. Моих зелий и хитрости хватит на целый полк женихов. Он приподнял её лицо за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. - Ты - моя, София. Я не отдам тебя ни одному наследнику престола. Если Роланд заговорит о свадьбе, мы будем бороться. А пока... пока ты должна играть свою роль. Будь идеальной принцессой при свете дня. Но помни: когда солнце садится, твоя корона остается за дверью этой башни. Здесь ты принадлежишь только мне. София кивнула, чувствуя, как его решимость передается и ей. - Только тебе - выдохнула она, растворяясь в его объятиях. *** София тихо проскользнула в свои покои, стараясь не шуметь, но Клевер уже ждал её, нервно расхаживая по комнате. - Соф! Где тебя носило всю ночь? Я волновался - кролик замер, внимательно осматривая принцессу. - Ты выглядишь... странно. Растрепанная, счастливая и... Погоди! А где твоя тиара? София невольно коснулась волос и покраснела. - Ой, Клевер, я... я наверное, оставила её в башне во время занятий магией. - Всю ночь? - Клевер подозрительно прищурился. - Соф, ты никогда не забываешь свою тиару. В этот момент в дверь негромко постучали, и в комнату вошел молодой человек. В его руках сверкала тиара Софии. - Принцесса, вы забыли это у меня на тумбочке... - начал он, но осекся, увидев кролика. Клевер отпрыгнул назад, уши его встали торчком. - Эй, парень! Ты кто такой и почему у тебя её тиара? - закричал кролик, воинственно выставив лапу. - Клевер, успокойся, - рассмеялась София, забирая украшение из рук волшебника. - Это Седрик. Кролик застыл с открытым ртом. - Седрик?! Тот самый старый волшебник? - он обошел юношу кругом. - Соф, передай ему, что если он выпил зелье красоты, то оно сработало на все сто! Теперь он хотя бы не похож на человека, который не спал с эпохи основания Волшебнии. София рассмеялась и нежно взяла Седрика за руку, переплетая их пальцы. - Клевер говорит, что ты выглядишь просто потрясающе - перевела она, глядя Седрику прямо в глаза. Клевер перевел взгляд с их переплетенных пальцев на их лица и его глаза округлились до размера чайных блюдец. - Стоп, стоп, стоп! Вы двое? Вместе?! - он прикрыл лапами глаза. - О-о-о, нет. Я знал, что эти ваши «уроки магии» закончатся чем-то подобным. Соф, ты понимаешь, что теперь он будет ворчать в два раза энергичнее, потому что он молодой? Седрик лишь вопросительно посмотрел на Софию, слыша только возмущенный писк. - Твой кролик кажется...очень догадливым - сухо заметил он. - Он просто переживает - улыбнулась София, ложа голову на плече волшебника - Но ему придется привыкнуть. *** Час спустя. Тронный зал. Роланд озадаченно почесал затылок, глядя на вошедшего Седрика. - Седрик? Святые угодники, что с тобой? Ты выглядишь так, будто сбросил лет пятнадцать! Седрик состряпал свою самую нелепую и виноватую мину. - О, Ваше Величество, не напоминайте! Это сущий кошмар! - он замахал руками. - Пытался сварить эликсир для ускорения роста магических грибов, а этот проклятый котел возьми и плюнь в меня паром! Теперь вот... - он указал на свое лицо - хожу как юнец. Боюсь, кожа будет чесаться неделю, а эффект может не пройти годами. Роланд громко расхохотался, хлопая себя по коленям. - Ох, Седрик! Ну, в этом ты стабилен. Вечно у тебя всё идет наперекосяк. Что ж, по крайней мере, теперь ты не кашляешь как старый дед. Иди работай, «молодой человек» и постарайся больше не взрывать ничего. Волшебник поклонился, и, уходя, поймал мимолетный взгляд Софии. В этом взгляде было всё: обещание, страсть и торжество их общей лжи.