Глава 17.

Кора. Я лежала на кровати уже чёрт знает сколько. Потолок перед глазами расплывался, а время будто издевалось надо мной, тянулось липко, противно, как что-то, от чего невозможно отмыться. В квартире было тихо. Только из гостиной доносилось его тяжёлое, прерывистое дыхание — Маркус снова вырубился после очередной порции алкоголя. Я уставилась в потолок, не моргая. Как будто ничего не произошло. От этой мысли внутри всё сжалось. Меня передёрнуло. Я закрыла глаза — и тут же пожалела. В голове вспыхнули обрывки воспоминаний. Руки, которые держали меня, пока я слабо пыталась отбиться. Боль. Крики до срыва горла, которые я сама будто не узнавала. Его жадные, мерзкие поцелуи. — Хватит.. — выдохнула я едва слышно, сжимая ладони в кулаки так, что ногти впивались в кожу. Но это не помогало. Картинки не уходили, они будто нарочно возвращались, снова и снова. Я резко села, хватая ртом воздух. — Хватит.. хватит.. — мой голос дрожал. Почему я ничего не сделала?.. Почему не смогла?.. Меня затрясло. — Жалкая.. — прошептала я, с ненавистью, срываясь на громкий шепот. — Какая же ты жалкая..! Я сжала волосы в кулак, потянула вниз, будто это могло хоть как-то привести в чувство. Меня затошнило от самой себя. Сердце заколотилось быстрее. Перестань. Просто перестань думать об этом. Но не получалось. Я резко открыла глаза, уставившись в стену. Я ненавижу это. Ненавижу себя. Всё на свете ненавижу. Я медленно повернулась на бок, потом с усилием села. Голова тут же закружилась, но я проигнорировала это. Нужно было встать. Просто.. встать. Я кое-как поднялась и, держась за стену, побрела в сторону ванной. Каждый шаг давался с трудом, будто ноги не мои. Дойдя до двери, я быстро зашла внутрь и сразу же заперла её на щеколду. Щелчок прозвучал слишком громко в этой тишине. Я сделала ещё пару шагов и остановилась перед зеркалом, уловив свое отражение. Я смотрела. Лицо скривилось от отвращения к самой себе, я даже отшатнулась. Это была я, но.. не я. Глаза — красные, опухшие, пустые. Щёки пылают, будто меня кто-то бил. Волосы — спутанные, грязные, торчат во все стороны. Я выглядела ужасно. Нет. Отвратительно. Я медленно провела взглядом ниже — и тут же резко отвернулась, зажмурившись. — Нет.. Горло сжалось. Я вцепилась в раковину, так сильно, что побелели пальцы. — Не смотри.. просто не смотри... Но мне было достаточно увиденного. Я сжалась, будто хотела исчезнуть. — Грязная.. — прошептала я, и голос сорвался. Слёзы снова потекли по щекам, горячие, злые и жгучие. Я резко ударила ладонью по раковине. — Почему ты ничего не сделала?! — сорвалось уже громче, почти истерично. Эхо отразилось от стен. — Почему ты просто.. не смогла?! Дыхание сбилось. Меня трясло как в лихорадке. Я снова посмотрела в зеркало — и тут же поморщилась, будто увидела не себя, а что-то чужое, мерзкое. — Ненавижу.. — прошептала я, глядя прямо себе в глаза. Слова повисли в воздухе. Я закрыла лицо руками, скользя вниз по стене, почти не чувствуя, как холодный кафель касается спины. Хотелось стереть всё с себя. Забыть об этом. Просто исчезнуть. Я кое-как поднялась, держась за край раковины, и почти вслепую добралась до ванной. Металл был холодный, с ржавыми пятнами по краям. Я вцепилась пальцами в бортик и с усилием залезла внутрь, едва не поскользнувшись. Кран заскрипел, когда я открыла воду. Сначала холодная, потом — тёплая. Я подставила ладони под струю, глядя, как вода стекает по коже. Хотелось смыть с себя произошедшее. Когда ванна наполнилась хоть немного, я потянулась за мочалкой. И начала тереть. Сначала осторожно, а потом сильнее. И ещё. Я проводила по коже снова и снова, будто могла стереть всё, что случилось. Будто под этим слоем найдётся какая-то другая я — чистая, нормальная. — Уйди.. — шептала я сквозь сжатые зубы, не останавливаясь. Кожа быстро покраснела. Но я не остановилась. Я тёрла сильнее, пока не начало жечь и не стало больно. Пока каждая клетка не отзывалась неприятным щипанием. Слёзы снова потекли, смешиваясь с водой. — Уйди.. уйди.. уйди.. Я почти захлёбывалась собственным дыханием, не чувствуя ни рук, ни сил. Только это тупое, отчаянное желание — избавиться. Стереть. Уничтожить то, что было. Я провела мочалкой по коже ещё раз — резко, почти срываясь — и зажмурилась, когда боль стала слишком явной. Но даже это ничего не меняло. Я замерла, тяжело дыша, опустив руки в воду. Тело горело. Но внутри было всё так же. Я медленно сжала пальцы, чувствуя, как дрожат руки. Это не помогает. Конечно не помогает. Я опустила голову, и тихий, надломленный смешок сорвался с губ. — Глупая. Вода продолжала тихо плескаться вокруг, а я сидела, сгорбившись, чувствуя только усталость и опустошенность. Мне не хотелось абсолютно ничего. Просто исчезнуть. Спрятаться там, где меня никто не найдет. Я сидела в воде, почти не двигаясь, когда в голову вдруг закралась мысль. Способ, как расслабиться, отпустить это всё. Алкоголь, наркотики. Может.. это помогло бы? Хотя бы на время. Заглушить всё это. Забыть. Не чувствовать. Я резко зажмурилась.Перед глазами сразу всплыл он. Маркус. Его пустой взгляд, запах, голос, действия... Меня передёрнуло. — Нет... — выдохнула я резко, почти зло. Я мотнула головой, словно пытаясь выбросить саму мысль. — Я не буду такой, как он. Ни за что. Слова прозвучали твёрже, чем я себя чувствовала. Никогда. Никогда в жизни я не буду такой, как Маркус. Я сжала край ванной, пальцы дрожали. — Лучше.. — голос сорвался. — Лучше я.. Я замолчала. Мысль повисла в голове, я уставилась в воду. А если просто исчезнуть?.. Тихо, быстро. Без всего этого. Сердце сжалось. — Я ведь никому не нужна.. — прошептала я, почти беззвучно. Губы дрогнули. — Использованная... Слово прозвучало так, что меня саму передёрнуло. Я зажмурилась сильнее, но стало только хуже. И вдруг в голове всплыло лицо Алекса. Его милое лицо. Его теплые, осторожные руки. Его бархатный голос. Я судорожно вдохнула. На секунду стало легче. Но это длилось всего мгновение. — Если он узнает.. — прошептала я, и голос стал совсем тихим.. Я даже не договорила, ведь образ Алекса в голове сменился: его взгляд стал холодный и отстранённым, как когда-то в прошлом. Как скривилось его губы от отвращения. Потому что ответ уже был — я не буду ему нужна такой. — Никто.. — выдохнула я, чувствуя, как снова подступают слёзы. Никто больше не будет и смотреть в мою сторону. Все, даже Алекс будет меня презирать. Грудь сжалась так, что стало больно дышать. — Что ты наделал.. — голос дрогнул, переходя в срыв. — Что ты со мной сделал?! Я резко ударила кулаком о стену. Боль отозвалась где-то далеко, почти неощутимо. Кожа на костяшках тут же содралась, но мне было всё равно. — Ненавижу! — ещё удар. — Ненавижу тебя! Голос сорвался в крик. Слёзы текли, смешиваясь с водой, дыхание сбивалось. Я сжалась, уткнувшись лбом в колени, обхватив себя руками. — Ненавижу.. Слова уже звучали тише, почти шёпотом, но в них было столько же боли. Он испортил мою жизнь. Меня затрясло. Я снова зарыдала, не сдерживаясь.