Том 1 Глава 1 «Конверт, пахнущий ладаном»

Виски пульсируют от тяжёлого запаха ладана, отовсюду доносятся всхлипы скорбящих. Я с трудом глотаю скопившийся ком в горле, подавляя эмоции. Батюшка в чёрных одеждах медленно раскачивает кадило, и густой дым клубами поднимается над гробом, стоявшим посреди церемониального зала поместья. — Она была ещё полна сил… как же такое могло случиться. Горничная, сопровождавшая меня с момента, как я переступила порог дома, закрывала рот белым платком, периодически вытирая слёзы. Но я смотрела только на неё — на пожилую женщину, лежащую в гробу. На её иссохшее, бледное тело, украшенное множеством цветов. — Она просила надеть ей на голову шарф вместо платка. Вы выполнили её просьбу? Анна, расплакалась ещё сильнее. — Д-да… Она схватила меня за локоть, стараясь удержаться, но тут же резко отпрянула. — Простите мою дерзость, молодая госпожа. Статус, о котором мне постоянно напоминали в поместье, вызывал внутри неприятное ощущение. Что-то скреблось и кричало, противясь всему, что здесь происходит. — Со святыми упокой, Христе, душу усопшей рабы Твоей… идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная… Глухой, тянущийся голос батюшки проникал под кожу, цепляясь за каждый нерв. От сладкого ладана, заполнившего всё вокруг, закружилась голова, а в глазах проступили тёмные пятна. — Мне нужно отойти… подышать. Задевая знакомые углы поместья, я шла, словно ещё вчера бегала здесь, будучи ребёнком. — Вы в порядке? Упершись в колонну, я выпрямилась и выдохнула. «В этом доме всегда было невозможно уединиться.» — Я… в порядке… Высокий мужчина стоял посреди сада, словно статуя. Между его длинными пальцами дымилась сигарета. — Ваш первый визит на похороны? — Да. — Вы знали её? — Да. — Соболезную Вашей утрате. — Угостите сигаретой? Ранее невозмутимый, он перевёл на меня многозначительный взгляд. — Вы курите? — Нет. Но вы же так умело стараетесь меня отвлечь от собственных переживаний. Слышала, что сигареты помогают. Едва заметная улыбка коснулась его губ. Он потянулся в карман, доставая пачку сигарет. Вытянув одну, поднёс её к моим губам. — Умеете? — Ничего сложного. Сигарета легла между зубами. В тот же миг искра винтажной зажигалки сверкнула рядом. — Позволите? Я приблизилась к огню и вдохнула дым в лёгкие. Слегка помедлив, выдохнула. — Гадость. Мужчина, всё это время наблюдавший за мной с искренним интересом, вновь улыбнулся. — Вы даже не закашлялись. — А Вы значит, видели много начинающих курильщиков? Его брови сошлись на переносице, словно он пытался вспомнить, так ли это. И мне стало любопытно: — Как вас зовут? — Госпожа Стелла! Я обернулась на истеричный крик. — Я вас обыскалась! Семья произносит прощальную речь, приехали журналисты, вы должны быть там! «Я никогда не верила в судьбу и предначертанность. Мы сами выбираем, куда идти и кем становиться, неся ответственность за каждое своё решение. Мы тратим жизнь, пытаясь стать теми, кем можно гордиться, забывая о важности самого момента. И всё же… в тот день мне отчаянно хотелось поверить в обратное — в мир, где всё уже решено чем-то высшим, и где, как бы ты ни сопротивлялся, тебя всё равно приведёт туда, где ты должен быть.» Неделю назад. Украина. Днепр. Университет внутренних дел. Аудитория пахла мелом и дешёвым кофе. Слишком душно для конца недели. Стелла сидела у окна, подперев щеку рукой, и смотрела не столько на преподавателя, сколько сквозь него — в серую полоску неба за стеклом. — …следы крови позволяют определить не только механизм травмы, но и последовательность действий преступника… Она машинально делала пометки в тетради, стараясь не упустить ничего важного. — Эй. Тихий голос соседа по парте привлекал к себе внимание. — Стелла. Настойчивость молодого курсанта не оставляла и шанса на игнор. Развалившись на стуле, сидел парень с лёгкой усмешкой — светлые волосы, небрежно уложенные, взгляд уверенный. — Чего тебе Леон? Однажды этот парень представился в их первый день учебы и с тех пор ведет себя так, будто они давно знакомы. — Сегодня пятница, — он наклонился чуть ближе, понижая голос. — Мы собираемся вечером. Бар, потом, может, клуб. Пойдёшь? Продолжая что-то писать в своей тетради, она холодно ответила: — Нет. Он усмехнулся. — Даже не спросишь, кто будет? — Мне всё равно, кто будет. — Жёстко. Она снова перевела взгляд на доску. — У меня работа. — Серьёзно? В пятницу? — Да. Он откинулся назад, скрестил руки. — Ты всегда такая? — Какая? — Как будто у тебя уже есть план на десять лет вперёд. Стелла не ответила. — …восстановление картины преступления начинается с деталей, которые большинство игнорирует… Она чуть прищурилась. — «Детали.» Это единственное, что имело значение. — Ладно, — тихо сказал Леон. — Если передумаешь — напиши. — Хорошо. «Не передумаю.» Леон усмехнулся, словно услышал её мысли, но больше лезть не стал. Звонок разрезал аудиторию резким звуком. Стулья заскрипели, люди задвигались, разговоры вспыхнули мгновенно. Стелла закрыла тетрадь, аккуратно выровняла её по краю стола и встала. Коридоры университета были шумными, но этот шум её не касался. На улице было холоднее, чем утром. Ветер цеплялся за волосы, выбивая пряди из аккуратного хвоста. Люди расходились группами. Смех. Планы. Кто-то уже обсуждал вечер. Смартфон мелькнул в руке. — Такси прибыло. Рука скользнула в карман, в поиске наушников. Одна из песен плэйлиста заполнила тишину. Когда машина подъехала, она села на заднее сиденье и уставилась в окно, слегка приоткрыв его. Город плыл мимо, вызывая странное, тянущее чувство дискомфорта. Обернувшись, она заметила, как водитель что-то говорит, отчаянно пытаясь докричаться до пассажира. Вытащив один наушник, Стелла устало спросила: — Вы со мной говорите? — Ах… да! — Я в наушниках, не слышала. — Ничего страшного, нынче молодёжь вся такая. Таксист бросил взгляд в зеркало заднего вида и усмехнулся. — Слышали уже? Везде об этом трещат. «Stein Group» снова забрали контракт. Самый жирный за последние годы. Он чуть сбавил скорость, вклиниваясь в поток. — Речь о застройке северного кластера. Полгорода под снос, новый жилой район, бизнес-центры… говорят, бюджет такой, что цифры даже не озвучивают полностью. Он хмыкнул. — Хотя, если честно, никто особо и не сомневался. Они почти каждый крупный тендер под себя подминают. — Вот так… Стелла закатила глаза, в надежде что её сухой незаинтересованный ответ оттолкнет водителя от беседы. — Забавно другое. «Eisenwald Corporation» в этот раз почти дотянули. Эксперты говорили — впервые за долгое время у Stein Group появился реальный конкурент. Он покачал головой. — Но, как обычно… не хватило чего-то. Или кого-то. Таксист усмехнулся уже открыто. — И знаете, что самое интересное? Формально всё чисто. Документы, расчёты — комар носа не подточит. Он снова посмотрел на неё через зеркало. — Только вот ощущение, что они выигрывают ещё до того, как тендер вообще объявляют. — Может и так… Таксист все же заметил что пассажирка совершенно не разделяет его восторга, он кашлянул и продолжил: — Вы учитесь на полицейскую? За окном тянулись огни, отражаясь в стекле тонкими размытыми линиями. Стелла на мгновение задержала взгляд на своём отражении, едва заметно сдвинула брови и провела пальцами по проводу наушников. Водитель, не дождавшись ответа, продолжил, уже чуть увереннее: — Просто университет такой… дисциплина, форма. Сразу видно. Стелла медленно выдохнула, перевела взгляд вперёд, на дорогу, где фары машин тянулись в бесконечную цепочку, и только потом, не повышая голоса, произнесла: — Послушайте… я заплатила за поездку, а не за разговор. Она чуть поправила наушник, вставляя его обратно, и добавила уже тише: — Давайте просто доедем в тишине. — Понял, — отозвался он, кашлянув, и больше не оборачивался. Стелла вернула взгляд в окно, а музыка в её наушниках так и не зазвучала. Ещё какое-то время проехав по вечернему городу, она добралась до дома. Машина мягко остановилась у знакомого подъезда. Выдав таксисту оплату наличными, Стелла коротко кивнула в знак благодарности и, не задерживаясь, направилась к входу. Ключ легко нашёл замочную скважину. Поворот — и дверь открылась, впуская её в привычную тишину. Обувь соскользнула почти на ходу, куртка легла на спинку стула, так и не расправленная. Движения были быстрыми, выверенными, без лишних остановок. Что-то тихо скользнуло на пол у самой двери, оставшись лежать у порога. Комната встретила полумраком. Свет она не включала. Одежда сменилась быстро — холодная ткань формы на более лёгкую, привычную для работы. Рюкзак уже ждал у стены. Рука на мгновение задержалась внутри, проверяя содержимое. Дверь снова закрылась за спиной. Воздух ощущался чище, чем днём. Остановка встретила редкими прохожими и тусклым светом фонаря. Автобус подошёл почти сразу, с привычным шипением открыв двери. Один район сменялся другим, плотная застройка переходила в более тихие улицы, затем снова возвращались огни и движение. Время складывалось в ровную дорогу, без резких остановок и лишних мыслей. Спустя час маршрут закончился. Впереди загорелась знакомая вывеска: Ресторан «Автограф». Главный вход остался в стороне. Чёрный вход для персонала располагался чуть дальше, почти незаметная с улицы. Открыв её, Стелла сразу оказалась на главной кухне. Шум голосов, звон посуды, короткие команды — всё сливалось в единый поток. — Всем привет. — Стелла! Кто-то обернулся, кто-то лишь махнул рукой. — Привет, Стелла, ты сегодня рано. — Да, с универа сразу на такси доехала. — Ты же вроде экономила, чтобы новый телефон купить? — Скидка была. Полцены за поездку, решила воспользоваться. — Да мне тоже приходило… После работы возьму такси, спасибо, что напомнила. Стелла коротко махнула рукой и, не задерживаясь, направилась в сторону раздевалки сотрудников. По пути взгляд на мгновение скользнул в сторону зала. Сегодня посетителей было непривычно много. Надев выглаженную белую рубашку и чёрный фартук, она добавила последнюю деталь — бейдж с именем. Достав из рюкзака блокнот, переложила его в карман, привычным движением пригладив ткань. Взгляд скользнул к часам на запястье: 20:30. — Поехали. Дверь раздевалки осталась позади. Шаг — и она уже внутри общего потока, где голоса, движения и свет сливались в одно непрерывное действие. Работа в ночные смены давно перестала казаться чем-то тяжёлым. К этому ритму она привыкла раньше, чем к спокойным вечерам. Пока мать брала любую работу, что попадалась под руку, дом держался на чётком распределении времени и обязанностей. Позже, когда экзамены остались позади и пришло подтверждение о зачислении — с государственной гарантией на обучение, — решение оформилось само собой. Гостевой зал жил своей жизнью. Стелла прошла между столами, на ходу оценивая заполненность, свободные места, темп кухни. Взгляд задержался на новой компании у окна. — Добрый вечер. Лёгкий кивок, блокнот уже в руке. — Вы готовы сделать заказ или вам нужно ещё немного времени? — Да, давайте сейчас, — ответил мужчина, быстро переглянувшись с остальными. Стелла слушала, не перебивая, фиксируя каждую позицию короткими, точными пометками. — Стейк средней прожарки… соус отдельно, — уточнила она, поднимая взгляд. — Да. — Гарнир? — Картофель. Короткий кивок. Ручка снова скользнула по бумаге. — Напитки? — Вино, красное. На всех. — Предпочитаете сухое, полусухое? Мужчина на секунду замялся. — А что посоветуете? — К стейку подойдёт сухое. У нас есть испанское и итальянское, оба плотные, с выраженным вкусом. Если хотите мягче — могу предложить французское. — Давайте итальянское. — Бутылку? — Да. — Хорошо. Стелла закрыла блокнот, чуть наклонив голову. — Ваш заказ будет готов через пятнадцать минут. Она уже разворачивалась, когда её остановил голос с соседнего стола: — Девушка, можно вас? Лёгкая смена направления — и она снова рядом. — Слушаю. — Мы ждём уже тридцать минут. Взгляд коротко скользнул по столу: почти пустые бокалы, приборы сдвинуты, раздражение читается без слов. — Проверю статус вашего заказа. — Спасибо, — ответ прозвучал тише. Быстрый обмен словами с поварами, уточнение — и снова в зал. Голоса, шаги, заказы — всё шло по накатанной линии, где каждое действие находило своё место. Стелла двигалась в этом потоке точно, без лишних жестов, без суеты. Однако, резкий сдавленный всхлип выбился из общего шума. Где-то у служебного прохода, ближе к стойке, стояла стажёрка — тонкие плечи напряжены, взгляд опущен, пальцы сжимают край подноса. Слёзы она пыталась сдержать, но голос всё равно выдавал. Стелла замедлила шаг, на секунду оценивая обстановку, и подошла ближе. — Что случилось? Девушка вскинула встревоженный взгляд, торопливо вытерла щёку тыльной стороной ладони. — Там… за четвёртым столом… — голос дрогнул. — Они… просто… вопросы задают, шутят… я не знаю, как… Стелла коротко кивнула, не давая ей договорить. — Я возьму твой стол. Рука на секунду коснулась её плеча — уверенно, возвращая в стабильность. — Иди в зал на дальнюю сторону. Девушка кивнула, с облегчением, и быстро ушла вглубь зала. — Спасибо. Четвёртый стол находился ближе к центру. Смех слышался ещё до того, как она подошла. Трое молодых парней, около двадцати пяти. На столе — пустые бокалы, ещё одна открытая бутылка, резкие жесты, громкие голоса. — Добрый вечер. Один из них сразу откинулся на спинку стула, оценивающе скользнув взглядом. — О, а вот и замена. — Где наша прежняя? — Не выдержала? Другой наклонился ближе, опираясь локтём на стол. — У тебя типо синдром спасателя? Взгляд скользнул по столу, задержался на почти пустых бокалах, на бутылке. — Вы готовы сделать заказ или что-то нужно дополнительно? Игнорирование прошло мимо них не сразу. — Ты давно тут работаешь? — тот же, что говорил первым, усмехнулся шире. — Может, присядешь? — добавил другой, кивая на свободный стул. Стелла не сдвинулась. — Если вам нужно сделать заказ — я запишу. Один из парней усмехнулся, но в этой усмешке не было прежней лёгкости. — Ты что нас игнорируешь?! — Я могу вам помочь с заказом? Он скривился и откинулся назад. — Она меня бесит, позовите администратора! — Если вам нужен администратор — я могу его позвать. Он уже собирался что-то добавить, но в этот момент позади неё остановился мужчина. — Хватит. Его рука легла на плечо парня, сдерживая резкость. — Я опоздал всего на час, а вы уже половину бара выпили. — Жан! Братан! — Наконец-то ты пришёл! Смех сменил тон разговора почти мгновенно, напряжение за столом рассыпалось, уступая месту привычной развязности. Присутствие за спиной ощущалось слишком близко. Чужое, непривычное. На секунду плечи напряглись, прежде чем она чуть повернула голову, поднимая взгляд. Он смотрел спокойно. Короткая сдержанная улыбка, — как знак того, что ситуация под контролем и продолжения не будет. — Что вы девушке нервы делаете? Фраза прозвучала без давления, но достаточно чётко, чтобы поставить границу. Стелла задержала на нём взгляд на долю секунды дольше, чем было нужно. — Мы сделаем заказ, — добавил он уже ровнее, убирая руку с плеча товарища. И только после этого пространство за столом окончательно выровнялось. Вечер пятницы продолжился бурным празднованием: еда, напитки, смех, смешанные ароматы, оседающие в воздухе тяжёлой сладостью. С приходом того парня столик четыре стал спокойнее, и стажёр вернулась на своё место. — Стелла, можешь рассчитать мой столик? — Без проблем. Постепенно, после полуночи, люди начали расходиться: те, кто остался доволен, обещали вернуться снова, а тех, кого уже буквально выталкивали к выходу, отчаянно тянуло остаться. — Моя смена окончена. — Стелла? Я думала, ты уже ушла. Администратор умело пересчитывала кассу и, заметив девушку, подняла взгляд. — Кое с чем помогала. Я записала в табель, что задержалась. — Отлично, можешь идти. Она тут же вернулась к купюрам, но через секунду снова заговорила: — Ты на такси или тебя встретят? — Доеду на автобусе. — Уже час ночи, это небезопасно. — У меня без пересадок. — Можешь подождать сорок минут —тебя отвезут на служебной машине с персоналом. — Через сорок минут я уже буду подъезжать к дому. Всё нормально. — Упрямый у тебя характер. Напиши в общий чат, когда приедешь. — Ладно. Всего доброго. В раздевалке уже никого не было. Быстро переодевшись, она прошла на главную кухню. Там ещё кипела работа: повара шустро отмывали поверхности, гремели ёмкостями, кто-то раскладывал заготовки на завтра. — Уже переоделась? — Да. Всем до завтра. — Ты что, завтра тоже работаешь? — Да, Женя заболела, попросила подменить. — Да уж, она слишком часто болеет. Второй повар усмехнулся: — Словно совпадение — всегда в выходные. — Это точно. Будь с ней строже, сама понимаешь причину её «болезней». — Мне же лучше. Я за это деньги получаю. — Душенька, всех денег не заработаешь! — Всех — нет. Но те, что мне нужны, — да. Она не стала продолжать разговор и направилась к выходу. Дверь распахнулась, и ночной воздух коснулся кожи прохладой. Ярко освещённый проспект встретил шумом машин и редкими прохожими. Закрыв глаза, она на секунду позволила себе остановиться, вдохнуть глубже. — Освежает. — Согласен. Стелла резко отпрянула. Перед ней стоял парень со столика четыре. — Столик четыре? Звонкий мужской смех разрезал ночную тишину. — Так меня ещё никто не называл. Я Жан. — Ясно, Жан. Чем я могу тебе помочь? Он задержал взгляд дольше, чем требовалось. — Не страшно тебе ночью одной возвращаться? — Не хочу показаться грубой, но это не твоё дело. Он кивнул. — Прости, ты права. — Так чем я могу тебе помочь? Что-то забыли в ресторане? — Вовсе нет. Он неловко коснулся затылка. В руке — бумажный стаканчик с крышкой. — Я хотел извиниться за парней. — Тебе не стоит извиняться за то, в чём ты не виноват. — Да… но они правда не плохие. Просто иногда перегибают. — Охотно верю. — Вот, возьми. Он протянул стаканчик. Тёплый пар едва заметно поднимался из-под крышки. — Что это? — Мятный чай с лимоном и мёдом. За твоё терпение. Стелла с подозрением осмотрела стаканчик. Он был из круглосуточного кафе напротив. Но принимать что-то от незнакомцев не было её привычкой. — Спасибо, не стоит. Он неловко усмехнулся: — Чёрт… я, наверное, выгляжу странно. — Да, немного. Он выдохнул, будто собираясь с мыслями: — Просто… ты не выходила у меня из головы. Хотел извиниться и… Она не дала ему договорить, рука потянулась к стаканчику. — Хорошо. Возьму. Спасибо. — Не за что. Это тебе спасибо. — Уже поздно, мне пора. — Да… конечно. Она ещё раз посмотрела на стакан, затем на Жана. Его лицо украшал лёгкий румянец и сдержанная улыбка. Развернувшись, Стелла направилась к автобусной остановке. Возвращаться домой в такое время было для неё почти медитацией: отсутствие людей, приглушённый шум мотора, короткие остановки, благодаря которым дорога проходила быстрее. Музыка в наушниках и… кое-что новое — стаканчик с мятным чаем, запах которого, казалось, заполнял весь автобус. Взгляд иногда возвращался к нему. Тепло постепенно уходило, оставляя после себя лишь слабое тепло в пальцах. — «Зачем только я его взяла?..» Она устало выдохнула, не ожидая ответа. Выйдя из автобуса, она достала ключи и, не торопясь, вошла в дом. Дверь закрылась с тихим щелчком. Не разуваясь, она опустилась на пол у порога. — Устала. Взгляд снова скользнул к стаканчику, но почти сразу сместился дальше. На полу лежал конверт, почти задвинутый под обувную полку. Аккуратно поставив стаканчик, она потянулась к нему, пытаясь вспомнить, кто мог отправить письмо. Бумага сразу показалась чужой — плотнее, грубее на ощупь. Никаких почтовых отметок. Ни адреса получателя. Только инициалы отправителя: «М.Ш.» Брови сошлись на переносице. Пальцы на мгновение замерли, прежде чем вскрыть конверт. Внутри — письмо. От него тянуло густым сладковатым запахом ладана — тяжёлым, почти липким, будто въедающимся в воздух и кожу. Развернув его, она увидела надпись: «Не сажай розы у могил.» — Что это ещё такое?..