Goodbye Stranger

Он покинул Знойный дворец четыре недели назад, но ветер так и не смог выбить из головы опасения и страхи. Вэнь Жохань летел в Дацинь, внутренне страшась этой поездки. Почему отец отправил именно его, не своих многочисленных советников? Почему не отправился сам, как поступал обычно? Не доверяет своему окружению – нет, иначе бы сам Вэнь Жохань знал… Но отец не говорил. Просто отправил сына в столицу далекого государства Дацинь, приказав присоединиться к посольской делегации. Кто такой Вэнь Жохань, чтобы доверять ему столько важную миссию? Кто он? Наследник Вэнь играючи спрыгнул с меча и прикрепил ножны к поясу. Полет был долгим, утомительным, но сейчас нельзя было позволять себе расслабляться и мечтать об отдыхе. Вэнь Жоханя ждала торжественная встреча. Нужно было назвать себя, вручить Императору письмо отца, выдержать приветственный пир, поздороваться с послом… О, вот и он. - Император решил встретить вас по полному церемониалу, наследник Вэнь! – посол заметно нервничал. Вэнь Жохань прищурился, подобрался, рассматривая суетящегося полноватого мужчину перед собой. Неужели самого посла - прибывшего в Рим лишь на два дня раньше заклинателя – встречали по укороченному? Странно. Неужели дациньский правитель не считает представителя Императора достойным полного?! А его, наследника могущественного Ордена, счел?.. Непонятно. Во дворце Императора и Глава Вэнь, и его наследник смиренно склоняли головы… Вэнь Жохань с детства знал – Император и посланники его выше заклинателей. Даже Глава одного из пяти великих орденов – покорный слуга Императора... И теперь – укороченный церемониал для императорской посольской миссии? Полный – для одного-единственного наследника ордена заклинателей, лишь недавно получившего цзы? Это удивляло. Это заставляло насторожиться. Вэнь Жохань не знал, чем руководствовался дациньский правитель, расставляя так акценты. Но очень желал узнать. Этот Север не может поступать так без причины. Она должна быть! – Я польщен оказанной мне честью, – ответил Вэнь Жохань, очень стараясь никак не выдать своего удивления. – Расскажите, господин Хуан Юншэн, какое впечатление произвел на вас дациньский правитель? Может, он просто сумасброд, а сам Жохань слишком большое значение придает церемониалам? Непонятно… И открытая, полная искреннего расположения, улыбка императора непонятна тоже. Вэнь Жохань склонился в вежливом поклоне, зная – император сейчас видит алое солнце, вышитое на рукавах ханьфу. Приветствие почтительно, но с намеком: перед тобой член клана Вэнь… Наследник… Кто он? - Жохань! – Джакопо нагнал молодого господина Вэнь. – Куда собрался? Сегодня все дороги ведут в Колизей! – Колизей? – переспросил Вэнь Жохань. Еще в первый день он усвоил: друзья здесь обращаются друг к другу по именам, опуская фамилию. Такое неуважение до сих пор резало слух, но не идти же в их храмы со своими правилами. – Я хотел сегодня съездить к Рубикону, Джакопо. По моим расчетам… - По расчетам благоразумия, вдали от Рима весело большой кучей! – прервал заклинателя римлянин и широко улыбнулся. – А, ты же заклинатель… Но Рубикон за один день не высохнет, а сегодня ты обязан увидеть Колизей! Разрази меня Марс, кто не был на боях – тот не был в Риме! И Вэнь Жохань позволил хватить себя за запястье и потащить по улочкам Рима к амфитеатру. Рык зверей (еле слышный). Рев толпы(оглушающий). Крик зазывалы (раздражающий). Облегчение – они с Джакопо наконец нашли свои места. Недоумение – столько юных девиц. Нарастающее непонимание происходящего. – Они же не видят! – Вэнь Жохань всем телом развернулся к хохочущему спутнику. – Они бьют вслепую! Почему на них кривые шлемы? – В этом и соль! – римлянин смеялся до слез, наблюдая за тем, как два гладиатора пытаются ударить друг друга кинжалами. Прорези для глаз на их шлемах располагались неправильно, из-за чего воины не могли драться в полную силу. Песок на арене был закапан кровью. Противники тщетно пытались вести бой. Зрители хохотали, глядя на их потуги. Вэнь Жохань вцепился в кулек с орехами в карамели, который всучил ему Джакопо, и пытался постичь глубокий смысл этого бессмысленного боя. Нет, будь они заклинателями, зрение им бы не требовалось. Они бы полагались на ощущение чужой ци рядом, на шелест песка, на звук дыхания противника… Но заклинателями они не были. И сражались на потеху зрителям… – Добей! – внезапно вскричал Джакопо, вскакивая со своего места и выбрасывая вперед руку с оттопыренным большим пальцем. Вэнь Жохань перевел взгляд на арену – один из гладиаторов стоял на одном колене, стянув с себя шлем. Какая бессмысленная смерть… Наследник Вэнь огляделся. Все вокруг (даже юные девушки!) неистовствовали, тянули вверх руки, требовали немедленно добить сдавшегося. Большие пальцы оттопырены – словно мечи. Значит… «Пощади!» – взметнулась вверх рука с убранным в кулак большим пальцем. Дай ему шанс провести достойную битву, дай ему шанс погибнуть достойно, а не в этом фарсе! Пощади его! Пощади!.. Вэнь Жохань неотрывно смотрел, как кровь вытекает из вскрытого кинжалом горла побежденного. Фарс! Глупый, бессмысленный фарс! Вэнь Жохань не понимал смысла этой смерти. Он убивал тварей на ночных охотах. Он убивал разбойников, покусившихся на его жизнь и кошель. Он убивал тех, кто противостоял клану Вэнь. Он видел, как умирали под пытками шпионы. Но – умереть под одобрительный хохот толпы, грызущей орехи в карамели… Молодой господин Вэнь пошатнулся, сел на место. Джакопо говорил, эта традиция древняя… Болтал, что сам хотел пойти в гладиаторы, но отец сумел отговорить. Джакопо многое рассказывал. Он рассказывал и то, что на арене гладиатор может обрести богатство и славу, почет и свободу… Что каждодневное созерцание смерти приучает римлян не бояться умереть – догадка обожгла разум Вэнь Жоханя. Они спокойно идут в бой. Они спокойно умирают. Отчаявшийся крестьянин идет в гладиаторы и его семья живет в достатке. Преступник становится гладиатором и каждодневным страхом (от него не избавиться до конца, нет) смерти искупает свою вину. А обыватели не лезут в дела императора – дела Колизея заботят их больше государства… Умно, умно. Превратить смерть в развлечение… Вэнь Жохань неотрывно смотрел на арену, где уже сражалась следующая двойка. Смог бы он отказаться от свободы и каждый день выходить на арену, убивать толпе на потеху?.. Нет. Убивать ради славы, денег. Убивая и только убивая достигать своей цели. На что он, Вэнь Жохань, способен? На что он пойдет, чтобы достичь поставленных целей? Есть ли у него цель? Кто он? – Заклинательское искусство вашей страны восхищает и одновременно пугает, – воин стоял на краю тренировочного поля, облюбованного Вэнь Жоханем. – Прошу вас сразиться со мной, молодой господин Вэнь. Вэнь Жохань кивнул и сделал шаг назад. Его противник нервничал – это было заметно по тому, как он двигался, как держал меч, как подобрался и напрягся, встав на расстоянии пяти шагов от наследника Вэнь. После вытащил из-за пояса ножны и бросил их сторону. Тихий звук удара дерева о землю послужил сигналом к началу боя. Они бросились друг на друга одновременно – воин не мог ждать, а Вэнь Жохань не хотел затягивать. Ударить, парировать, отпрыгнуть. Сделать подсечку, уклониться, ударить. Развернуться, спустить лезвие чужого клинка вниз. Выбить меч противника из его руки. - Удивительно! Воин разглядывал свои пустые руки. Вэнь Жохань усмехнулся и вскочил на меч – он желал немного развеяться. Заодно проверит, верна ли его догадка… Теперь заклинатель ясно понимал, для чего Северу понадобилось льстить ему, встречать по полному церемониалу. Его – заклинателя, того, кто преодолел континент лишь за четыре недели… Того, кто способен повлиять на других заклинателей. Того, кто способен организовать военный союз для власти страны, раздираемой непрерывными битвами на части. Но кто сказал, что он будет?.. Кто он? Он – наследник Вэнь. Он – молодой господин Вэнь Жохань. Он – первый ученик ордена заклинателей Вэнь из Цишаня. Он – сын своего отца. У него есть своя цель. Он приведет орден Цишань Вэнь к величию и его сияние затмит Римскую империю. Средства неважны.