Глава 18

Глава 18: Логика Искры Битва за Иакон продолжалась, но для Эклипсы мир на мгновение замер, когда главный корпус «Института Тишины» рухнул под обстрелом. Она видела это сотни раз. В своих кошмарах, в мимолетных вспышках будущего, в золотых нитях пророчеств — она знала, что этот день настанет. Она знала, что Сентинел не пощадит самого блестящего ученого Кибертрона. ​Но знать и видеть — это разные бездны. ​Когда фиолетовое марево крио-газа рассеялось, из руин вышел тот, кто когда-то был воплощением мудрости и красноречия. Битва за Иакон продолжалась, но для Эклипсы мир на мгновение замер, когда главный корпус «Института Тишины» рухнул под обстрелом. Она видела это сотни раз. В своих кошмарах, в мимолетных вспышках будущего, в золотых нитях пророчеств — она знала, что этот день настанет. Она знала, что Сентинел не пощадит самого блестящего ученого Кибертрона. ​Но знать и видеть — это разные бездны. ​Когда фиолетовое марево крио-газа рассеялось, из руин вышел тот, кто когда-то был воплощением мудрости и красноречия. ​Фигура двигалась пугающе плавно. Вместо лица, которое Эклипса помнила — с добрыми глазами и тонкими чертами — на неё смотрел холодный, бесстрастный шестигранник. Единственный красный окуляр пульсировал в ритме, который казался искусственным. Шоквейв. ​Эклипса почувствовала, как её системы на мгновение дали сбой. Колени ослабли, и если бы не рука Мегатронуса, вовремя подставившего плечо, она бы осела на раскаленный металл мостовой. ​— Я знала... — прошептала она, и звук её голоса утонул в грохоте канонады. — Я видела это так часто... Но почему это так больно? ​Она смотрела на него. В её видениях он всегда был таким — холодным, логичным, страшным. Но сейчас, в реальности, она видела детали: швы на броне, пушку вместо руки. Это была не просто «процедура», это была попытка убить душу. ​Шоквейв замер. Его окуляр сфокусировался на розовой броне Эклипсы. Мегатронус уже вскинул свою пушку, готовый защищать её от любой угрозы, но Эклипса мягко отвела его руку. ​— Нет. Это он. ​Шоквейв сделал шаг к ней. Его сенсоры работали на полную мощность, анализируя не только её облик, но и энергетическую подпись. Он долго молчал, и этот звук тишины был страшнее взрывов вокруг. ​— Эклипса, — его голос был лишен эмоций, механический и плоский. — Мои алгоритмы предсказывали встречу с вероятностью 99,8%. Ваше выживание является критическим фактором. ​Он подошел вплотную. Мегатронус напрягся, как натянутая струна, но Шоквейв даже не взглянул на него. Его единственный красный глаз светился странным светом. Глубоко внутри, за слоями вырезанных чувств и переписанных кодов, его Искра выдала странную ошибку. Она не могла чувствовать любовь, как раньше, но она распознала Эклипсу как нечто... священное. ​— Вы — гарант выживания этой планеты, — монотонно продолжил Шоквейв. — Согласно моим расчетам, пока жива ваша Искра, Кибертрон имеет шанс на восстановление. Моя основная директива на текущий цикл: обеспечить вашу безопасность. ​Он поднял свою пушку, но не в сторону Эклипсы. Он выстрелил через её плечо, сбив подлетающего Шарктикона с ювелирной точностью. ​Эклипса коснулась его холодного, металлического плеча. В её глазах стояли слезы, которые она не могла скрыть. — Шоквейв... Ты помнишь, как мы обсуждали теорию единства в архивах? Ты говорил, что логика без души мертва. ​Окуляр Шоквейва на мгновение мигнул. В этом секундном сбое Эклипса увидела тень прежнего друга — маленькую искорку боли, которая еще теплилась в этой стальной тюрьме. ​— Память сохранена, — ответил он. — Но выводы теперь иные. Чувства — это переменные, которые делают расчеты нестабильными. Однако... — он сделал паузу, словно борясь с собственным процессором. — Ваше присутствие снижает уровень помех в моих системах. Это... полезно. ​Мегатронус хмуро убрал палец со спускового крючка. — Он говорит как машина, но действует как чертовски хороший союзник. ​Орион Пакс подошел к ним, его лицо было полно скорби. — Друг мой... что они с тобой сотворили? ​Шоквейв повернул голову к Ориону. — Они удалили лишнее, Орион Пакс. Теперь я вижу мир таким, какой он есть. Без иллюзий. И этот мир захвачен паразитами. ​Он снова повернулся к Эклипсе. Несмотря на отсутствие лица, его поза выражала странную, механическую преданность. Он заслонил её своим корпусом от начавшегося обстрела. ​— Мы должны уничтожить флагман, — Шоквейв указал на тень Квинтессонов в небе. — Эклипса, ваши видения дадут нам координаты. Мои расчеты дадут нам точность. Мегатронус даст нам мощь. Это сочетание является наиболее логичным путем к победе. ​Эклипса вытерла слезы и крепче сжала свой посох. Да, это был не тот Шоквейв, которого она любила как друга-философа. Но это был Шоквейв, который всё еще был готов защищать её мир — по-своему, через холодную сталь и расчеты. ​— Ты прав, — твердо сказала она. — Идемте. У нас есть планета, которую нужно спасти. ​Группа Избранных, пополнившаяся самым опасным разумом Кибертрона, двинулась к центру Иакона. Эклипса шла в окружении двух самых могущественных ботов: Мегатронуса, который был её яростью и страстью, и Шоквейва, который стал её холодным щитом и логикой.