Часть 1

      Было раннее утро, солнце ещё взошло не до конца. Дул холодный ветер, который неприятно проникал под шёрстку. Змеезуб встряхнулся и сердито проворчал:       — Бр-р, ну и погодка. Ещё только начало падающих листьев, почему же так холодно?       Коричнивый кот поёжился и попытался согреться.       — Не так уж и холодно. Это просто твои старые кости, — Рябинка хитро улыбнулась и ударила старшего воителя хвостом по носу.       Змеезуб немного обиженно фыркнул:       — Не такой уж я и старый.       — Ага-ага.       Дроздовик слушал перебранку своих товарищей вполуха. Он не мог сосредоточится в полной мере, ведь сегодня отправлялся в патруль с Синегривкой! Они не ходили в патрули вместе уже несколько дней, а Синегривка в последнее время очень занятая, и с ней с трудом удаётся поговорить в лагере.       — Агрх, где Синегрвка? — Змеезуб продолжал ворчать и уже начал раздражаться.       — Я видела, как она ушла в сторону поганого места, — ответила Рябинка.       — Лучше бы ей поторопиться, а то я превращусь в ледышку, стоя на месте под этим чёртовым ветром.       Как по велению Звёздного племени, из кустов показалась серая мордочка, и молодая воительница подбежала к готовому отправляться патрулю.       — Простите, что задержалась. Можно выдвигаться.       — Наконец-то! — воскликнул Змеезуб и поторопился в сторону выхода. Остальные последовали за ним.       Пока они шли по лесу, Рябинка продолжала непринуждённый разговор со Змеезубом. Синегривка переодически вставляла свои слова, и другие воители отвечали ей на те или иные вопросы и предложения.       Дроздовик же почти не слышал, что они обсуждали. Он смотрел на Синегривку, на её изящное, стройное тело, на красивую серо-голубую шерсть, на аккуратную линию челюсти, на сияющие синие глаза. Хотя в последнее время её глаза сияют не так ярко... Она часто не высыпается и выглядит уставшей. Дроздовик пытался выяснить, в чём причина, но так ничего и не добился: Синегривка не переставала соскакивать с темы, и в итоге кот просто сдался.       Но сейчас всё это как-то забылось. Остался только образ Синегривки перед глазами, сосредаточенной, но спокойной.       Они дошли до границы с Речным племенем, и Змеезуб остановился, раздавая указания:       — Так, помечаем границу с Речным племенем. Я и Рябинка отметим вдоль реки здесь, Дроздовик, на тебе Нагретые камни, Синегривка, ты отметь около ущелья.       Серая кошка заметно приуныла.       — Не люблю я это ущелье... Там такие неудобные кусты ежевики, — пожаловалась Синегривка.       — Хочешь, можем поменяться? — сразу же предложил Дроздовик.       Воительница удивилась, но через секунду улыбнулась и поблагодарила его за предложение. Её голос был таким нежным и добрым. А потом все разошлись по выделенным участкам, и Дроздовик остался один.       Что ж, ущелье, да? Это не так плохо, особенно после такой искренней благодарности Синегривки. Дроздовик глупо заулыбался, не пытаясь скрыть этого, ведь рядом никого не было. Какая же замечательная кошка.       Тем более он готов ради неё на всё, что ему ущелье. ***       — Ух, ай! Великое Звёздное племя! — услышал Дроздовик и сразу же помчался к источнику звука, бросив след и, наверное, распугивая всю живность в округе.       — Что случилось? — крикнул он, проносясь сквозь кусты к родному голосу.       Воитель выскочил из кустов и увидел Синегривку. Она была жива и вроде здорова. Он немного выдохнул.       Вскоре из кустов появилась головы Златошейки и Ветренницы. Они выглядили слегка обеспокоенными.       Синегривка потерала нос лапой, а затем, поняв, какой шум устроила, смутилась и немного неловко ответила:       — Да так, не берите в голову. Просто мышь оказалась на удивление проворной, а я не заметила торчащий корень.       — Тебе не надо к целителю? — искренне побеспокоился Дроздовик.       — Да нет, просто ударилась, при том не сильно.       — Ты поосторожней, а то так и глазом можно на что-то напороться, — поучительно проговорила Ветренница.       — Да, конечно, простите, что отвлекла вас от охоты и распугала всю дичь своими криками, — усмехнулась Синегривка.       — Ничего, мы сейчас ещё больше найдём, — мяукнула Златошейка и скрылась в кустах. Ветренница тоже юркнула назад и пошла в противоположное направление.       Синегривка неловко повела ухом. Дроздовик видел, что она расстроилась такой громкой неудачей, да ещё и перед Златошейкой. Ему стало жалко её, поэтому он предложил ей:       — Если хочешь, можем поохотиться в паре, так будет намного удобнее, — улыбнулся он, пытаясь приободрить кошечку.       Синегривка криво, слегка раздражённо улыбнулась.       — Знаешь, то, что я не поймала мышь, не значит, что я разучилась охотиться.       Такой тон немного поколебил его уверенность, но он сделал вид, что не заметил этого:       — Я и не имею этого в виду. Это просто предложение. Шанс поймать что-нибудь побольше возрастает.       Дроздовик затаил дыхание в ожидании ответа. Синегривка задумалась, но затем выдохнула, и кот понял, что его предложение было принято:       — Ладно уж.       Дроздовик заулыбался ещё больше и радостно повёл хвостом.       — Хорошо! Я как раз чувствовал запах голубя, может, он не успел далеко улететь.       Синергивка кивнула и последовала за котом.       Дроздовик уверенно шёл вперёд, чуть приоткрыв пасть, и старался не подпрыгивать от радости. Его окрыляло такое радостное чувство, что, казалось, он мог бы поймать и ястреба, подпрыгнуть высоко-высоко, даже полететь.       Они шли несколько минут, а затем Синегривка коротко заметила:       — Я уже чувствую его запах, он где-то неподалёку, — прошептала воительница, и Дроздовик кивнул.       Запах и вправду был сильным. Поэтому он взял себя в лапы и полностью сосредоточился на охоте.       Пройдя очередное дерево, они заметили его. Большой, просто огромный лесной голубь ходил по земле, выискивая какую-то живность, не подозревая об охотниках. Он был упитанным, хватило бы на нескольких котов!       Воители посмотрели друг на друга и крадучись разошлись в разные стороны. Дроздовик аккуратно приближался к добыче, стараясь не наступать на веточки и сухие листья, также следя за ветром.       Приняв удачную позицию, он стал ждать, когда Синегривка будет готова. Через какое-то время, которого должно было хватить, чтобы занять позицию, кот присел и, оттолкнувшись задними лапами, прыгнул на голубя. Тот попытался улететь, избегая острых когтей в своём теле, но Синегривка моментально выпрыгнула из своего убежища и не дала птице и шанса. Через секунду мёртвый голубь распростёрся на земле с перекушенным горлом.       Воительница довольно заурчала, и Дроздовик тоже не смог удержаться. Она воскликнула:       — Хорошая охота!       Воитель улыбнулся, глядя Синегривке в глаза. Он намного больше любит, когда она так искренне радуется, чем когда бывает серьёзной и оттого уставшей. ***       Шипение и воинственные кличи разносились повсюду. Очередная стычка Речного и Грозового племён. Два патруля сцепились на Нагретых камнях, завязалась нешуточная битва.       Дроздовик полоснул когтями по морде воина Речного племени, тот зашипел и бросился на него. Он был крупным и несколько раз больно ударил Дроздовика лапой, поцарапав ухо. Воин издал пронзительный мяв и прыгнул на речного, извернувшись, поколотил задними лапами соперника в живот, как можно больше вытянув когти. Вражеский воин отпрыгнул и отбежал в сторону, по-видимому ища другого соперника.       Дроздовик хотел броситься за ним, но краем глаза увидел Синегривку, сражающуюся с котом, который налегал на неё во всю силу. Но у грозовой воительницы всё вроде бы было в порядке, она не была серьёзно ранена или что-то такое. Тем не менее Дроздовик помчался в её сторону и прыгнул на кота со спины.       Тот издал удивлённый писк и сразу же упал на землю, вырываясь и колотя лапами. Дроздовик не отставал и поцарапал речного по морде. Синегривка удивлённо смотрела на пришедшую подмогу, а враг тем временем оттолкнул Дроздовика и вскочил на лапы, вновь замахиваясь на него для удара. Синегривка первой подскочила и нанесла удар, сбив противника с толку. Дроздовик присоединился, и они стали вместе осыпать речного ударами.       Через какое-то время, крови на ушах и большого количества выдранной шерсти, речной кот отступил и убежал в сторону реки. Двое грозовых переглянулись и отправились помогать прогонять оставшихся котов. Вскоре все речные уже плыли в реке на свою территорию, и провожали их торжественные крики грзовых котов, защитивших свою территорию.       Дроздовик глянул на Синегривку, чтобы проверить её на наличие каких-либо ран, но, не найдя ничего, кроме усталости, выдохнул. В мгновение ему стало немного стыдно, что он дал уйти первому речному воину, когда он точно не собирался покидать поле брани, но, оглядевшись, понял, что никто из их патруля не пострадал очень сильно, не считая чуть-чуть кровоточащих царапин и выдранных клоков шерсти.       Он был рад, что Синегривка не пострадала, а это было главное. ***       Уже была зима, снег мелкими пушинками падал с неба, покрывая белым слоем землю. Коты в Грозовом лагере неохотно вылезали из своих тёплых палаток.       Дроздовик глубоко вздохнул и проследил взглядом за образовавшимся облачком пара, взлетевшим вверх. Солнцезвёзд уже распределил все патрули на день, и Дроздовик знал, что первая половина дня у него абсолютно свободна. Он планировал перекусить вчерашним воробьём и пойти ещё вздремнуть.       — Ой, какой холод, у меня кости ломит, — Синегривка раздражённо проговорила неподалёку от Дроздовика, обращаясь к Розохвостке.       — Согласна, очень противная погода, снег почти как вода, моя длинная шёрстка промакает, — тоже пожаловалась Розохвостка.       Дроздовик с любопытством смотрел на молодых воительниц, обсуждавших погоду.       — Так мне сейчас ещё и в утренний патруль идти, кошмар, — угрюмо проговорила Синегривка.       У Дроздовика возникла идея, сама как-то пришла в голову. Он даже не задумывался о том, как это будет выглядить, просто подошёл к кошкам и обратился к Синегривке:       — Хочешь, я могу поменяться с тобой патрулями. У меня дневной, может, к тому времени погода улучшится, и будет не так холодно, — с вежливой улыбкой произнёс Дроздовик.       Обе воительницы удивлённо уставились на него. Немудрено. Всё-таки воины редко меняются патрулями, а тем более по такому пустяку. Но причина была.       Последние дни в лагере перешёптывались о возможной беременности Синегривки. Дроздовик по началу не верил, но буквально вчера заметил тому подтверждение: немного увеличившийся живот, нехарактерный для начала сезона Голых листьев.       Хоть мысли об этом и приносили в его душу грусть, тоску и небольшое чувство обиды, но он не хотел, чтобы с котятами что-то случилось.       Синегривка, отойдя от оцепенения, сказала:       — Эм, в этом нет нужды. Я просто пожаловалась на погоду, почему ты воспринял это так всерьёз? — она неловко посмеялась, но смотрела с серьёзным любопытством. А вот любопытство Розохвостки было открытым и полным интереса.       — Ну, ты знаешь, я подумал, что такая погода может плохо сказаться, ну знаешь, ты же ждёшь, эм... — Дроздовик стушевался, так как Синегривка ещё никому не говорила прямо о своей беременности. — Я подумал, что это поможет и тебе будет легче, — всё же смог выдавить из себя что-то цельное воитель, слегка покраснев.       Синегривка заметно смутилась, а Розохвостка тихонько, но заливисто хахохотала.       — Я... Спасибо, конечно, очень мило с твоей стороны. Если ты настаиваешь, я обменяюсь с тобой патрулями, — окончательно взяв себя в лапы, ответила Синегривка.       — Да, это о-о-о-чень мило с твоей стороны, — хитро протянула Розохвостка, легко толкая Синегривку в плечо.       — Ладно, тогда я, наверное, пойду. Утренний отряд отправляется, — он махнул хвостом на прощание и побежал к ожидавшему патрулю.       Коты немного удивились ему, но не стали зацикливать внимание, и все отправились в путь.       Всё время патрулирования он витал в облаках, несмотря на неприятный снег. Он всё думал, что думала Синегривка по поводу его действий? Она выглядела благодарной, немного смущённой. И эти намёки от Розохвостки... Дроздовик не до конца понимал, что это всё значит. Вряд ли Синегривка любит его, ведь иначе она вряд ли носила котят под сердцем. Но то, что Синегривка любит другого, не изменит того факта, что он, Дроздовик, любит её.       И будет готов заботиться и о ней, и об этих котятах.