Пролог

Свет сафитов и осознание, что я танцую главную партию на сцене Большого театра в премьерном балете «Щелкунчик» внутри заряжают меня энергией, как пять энергетиков подряд. Предвкушение было нервным. В голове возникало миллион вопросов: «неужели это правда?» «может это сон?» «справлюсь ли я?» «потяну ли этот груз ответственности?». Но все они исчезли, когда я вышла на сцену и начала танцевать. Голова стала пустой, а движения плавными переходами лились уже на автомате. Я репетировала каждый день, около трех месяцев подряд, задерживаясь допоздна и отдавая себя всю этому произведению искусства. Сегодня я Прима-балерина. Моя главная мечта детства воплотилась в жизнь. И никто не сможет мне испортить настроение и сбить с пути. *** Я начала учится балету с двенадцати лет. Это было моей отдушиной и отвлечением от реальности. Когда я погружалась в танец все меркло вокруг, а шум в голове переставал меня преследовать. Это работало как «таблетка» от тоски и моральной боли.  Жизнь подкидывала мне множество испытаний, которые мне пришлось пройти с гордо поднятой головой. Детство было тяжелым: сначала смерть отца, затем новый мужчина моей матери и его сын. Они вдвоем творили со мной очень плохие вещи, от которых на моем теле и душе остались глубокие шрамы. А мать закрывала на это глаза, притворялась, будто я вру и все выдумываю. Она обвиняла меня, что я никак не могу свыкнуться с новой реальностью. Мама не хотела терять такого богатого мужчину, который был редкостным мудаком, как и его сыночек. Именно тогда я поняла, что все мужчины жестокие твари, которым плевать на желания женщин. Мы для них свежее мясо, с которым можно делать все, что они хотят. Все живут в грязном мужском мире, в котором у женщин нет прав и мозгов (по их мнению). Гребанные короли мира. Но этот мерзкий опыт дал мне моральные силы для борьбы за место под солнцем. Я шла напролом, занимаясь любимым делом. Грызла землю, чтобы достичь чего-то своими силами. И никогда ни у кого не просила помощи, решая свои проблемы сама. Тем более у мужчин. Никогда. *** Когда я уже поступила в труппу балета в Большой театр, я почувствовала этот гнилой вкус соперничества. Девушки делали все, чтобы их заметили. Чтобы их приняли. Чтобы они были в центре внимания. Там не существовало гордости или морали. Будто в их маленьких головах отсутствовал режим самосохранения. Они делали по-настоящему мерзкие вещи.  Именно из-за таких идиоток, балерин никогда не берут в расчет, считая их продажными блядями.  Грубо? Да. Но других слов подобрать невозможно. Это горькая реальность. Богатые мужчины любили балерин. Они пластичные, хрупкие, красивые и чаще всего податливые. Привыкли жить в режиме. Они умеют контролировать свою жизнь. И умеют страдать. Ведь этот вид искусства вырос на боли. Все мы ломали пальцы и ноги, чтобы выполнить правильно определенное па. И это просто идеальный вариант для их куколок. Мало того, что мужчины были богатыми, но никто из тех легкодоступных балерин даже не догадывался, как эти деньги были получены. И многие девушки просто пропадали без вести. А кому повезло больше, те были любовницами, которых никогда не возьмут замуж. Их никогда не покажут своим друзьям на светских мероприятиях. Потому что в обществе принято, что балерина = шлюха.  Меня тошнило от этого. Я часто получала номера телефонов, цветы, подарки, но никогда никому не отвечала взаимностью. Такое клеймо на лбу я точно себе никогда не хотела. У меня была лишь одна цель - стать известной примой балета в лучшем театре России. Остальное меня волновало мало, поэтому и отношений я никогда не строила. У меня просто не было на это времени. Моя жизнь состояла из репетиций, тренировок, массажа, бассейна и диет.  Переехав в Москву, я снимала малогабаритную квартирку на окраине города. У меня была слишком маленькая зарплата. Поэтому ценность деньгам всегда присутствовала. Я бы никогда не смогла зазвездится, потому что знаю, как жить на дне.  Меня это не устраивало, но хотя бы я была свободной, наконец вдохнувшей полной грудью, без контроля и насилия.  Возможно это меня сломало, но вместе с этим сломом я стала гораздо сильнее морально. И все подставы коллег воспринимала иначе. Я никогда не позволяла себе такое ни к кому. Но постоять за себя я могла. Поэтому ни раз разбивала носы тем сучкам, которые мне подкладывали свинью.  Я не собираюсь терпеть такое. Я должна была пробиться. Я обязана, мать вашу, быть в центре внимания!