Том 1: Красота и Уродство. Глава 1: Не с начала

Я вышел на Торговую улицу. Привлекать к себе внимания совершенно не хотелось. Благо в это время только ленивый не на рынке. В такой толпе люди даже принца не заметят, что уж говорить об его одеянии. Однако я всё равно шаркнул ногой, подняв тем самым пыль, чтобы слегка запачкать свой багровый подол. Откуда-то доносился детский голос: … Дайте пройти, кидайте в шляпу Дорогие камни, дукаты, рикки, Если водится монет, как у нумизмата, Если ни гроша — помогите хлебом. Не задумываясь, я с щелчком бросил монетку попрошайке. – Спасибо, добрый человек! Пусть Сулек бережёт ваш доход, как вы сберегли мой живот! – прокричал мне вслед екейский мальчуган. – Ты поступил правильно. – Он и без тебя знает. Едкий запах кофейно-чечевичной баланды заставил меня поморщиться. – Ненавижу эту часть рынка, – пробормотал я, – Даже повязка совершенно беспомощна. – А лучше было, если бы эта чернь по всему Сартону ошивалась? – Прояви уважение. Я тебя который раз уже прошу быть гуманней по отношению к екеям. А ты… – Ой, да завались ты! – в один голос сказали мы оба. Постепенно толпа редела, давая понять, что мы практически вышли с рынка. Женские крики и звуки хлыстов угасали. Вот в нескольких метрах от нас уже были видны ворота Куфлона. – Рукой подать. Я одобрительно промычал, подходя ко входу. – Стой! Кто таков? – словно одно целое, воскликнула стража. В ответ я слегка задрал капюшон, обнажая татуировку над правой бровью. – Ваше Высочество! – ахнули стражники, а затем встали на одно колено и преклонили головы, – Как солнце да медь? – Нормально, – без особого энтузиазма сказал я, проходя через ворота. В Куфлоне отдавало приятной, лёгкой прохладой. – Ваше Высочество, – слегка поклонился дворецкий, – Как прошла ваша охота? – Хорошо, Дерек, хорошо… – я задумался на несколько секунд, – Прикажи прачке прийти ко мне с чистой одеждой. – Будет исполнено. – А, и ещё… Цербер уже здесь? – Они вернулись раньше вас. Сейчас сидят у себя. Мне предупредить их о вашем визите? – Да, давай. Хотя что им для меня приготавливаться? – Вы, кстати, вовремя вернулись. Успеете на ужин с семьёй. – Отец будет? – слегка неуверенно переспросил я. – Конечно. Я кивнул, приняв к сведению, и пошёл мыть руки. У меня есть отдельный диспенаг в ванной комнате. Так как я часто мою руки, слуги регулярно обновляют воду в нём. И, конечно же, я никому не позволяю его трогать. Даже отцу. Диспенаг разработан на заказ каким-то стокским мастером. – Фабером вроде, – произнёс я, нежно намыливая руки особым маслом, производимым в западной Карнте. – Говорят жуткое место. – Да там одни ненормальные живут. – Однако своё дело знают, – подытожил я. Особенность данного диспенага в подаче воды. Чтобы она полилась, я должен нажать на рычаг сбоку. – Обычно делаю это плечом, так как оно закрыто тканью, – я сосредоточено смываю масло. Рычаг фиксируется в данном положении. И как только заканчиваю все свои дела, я отжимаю рычаг обратно вверх, очевидно, плечом. Рядом с диспенагом на крючке висит полотенце, которым я аккуратно похлопываю по коже, тем самым вытираясь. После этих привычных для меня процедур я направился в свои покои. В комнате было темно, ставни приглушали свет. Я снял с себя пыльную накидку и уже думал бросить её в корзину, однако посмотрел в зеркало, стоящее напротив. – И то красавец, – я повернулся правой стороной и отрепетировано улыбнулся, – то урод, – показал левую, сбросив гримасу, – в зависимости от углов и освещенья, – я наклонился поближе к зеркалу, рассматривая морду того, кто пялился на меня с той стороны. – Ваше Высочество, ваш чистый наряд, – от гипноза отражения меня отвлёк стук в дверь. – Входи. Амина открыла дверь и протянула мне искусно сложенную одежду. Её ни сколько не заботило, что я стоял перед ней лишь в штанах. Она забрала корзину с грязным бельём и удалилась. Одевшись, я решил не тянуть, так что сразу направился к девочкам. Перед тем как войти, я медленно постучал два раза. Это было особым знаком. – Заходи, – с пониманием ответил женский голос. – Остальные ушли? – войдя в круглую комнату, я сел напротив собеседницы. Общая комната была ярко освещена солнцем, полыхающим за незашторенными окнами. – Кер, как узнала, что ты придёшь, закрылась у себя, – буднично, с лёгкой заботой рассказала девушка, – Эн неуверенно последовала её примеру. – Ясно. Как она? – Ей всё ещё нездоровится. Почему-то она это хуже переносит. Однако старается держаться молодцом. – Она и вправду молодец. Повисло молчание. Было ощущение, что каждый из нас осознаёт тему, которую следует поднять. Однако нужные слова находились с трудом. – Нам надо пойти, – я постарался как можно серьёзней произнести это. – Мин… – она с усталым вздохом закрыла лицо рукой, – Даже если это реально возможно, ты думаешь, нам разрешат? Вряд ли это прогулка займёт один вечер. – Мы не станем спрашивать разрешения, – мой тон слегка робкий от осознания, что я предлагаю. – Мин, ты с ума сошёл? – воскликнула моя собеседница, – Девочки на такое не согласятся. – Согласятся. Я придумаю, как их уговорить. – А меня ты уговорить не хочешь? – А ты против? – Ну, я, знаешь ли, не горю желанием подвергать их опасности. И тебя в том числе, – она старалась говорить строго, но у неё получалось не очень грозно, – Однако я понимаю что это для тебя значит. – Алиса, ты же сама всё видела… – я жалобно посмотрел на неё. Девушка молча, по-матерински, с грустью смотрела мне в лицо. – Плевать! Я всё равно это сделаю! – что-то внутри меня вспылило. – Я знаю, – нехотя ответила Алиса, – Агх, пятак с тобой! Делай, что хочешь. Мешать не стану, – я заметно приободрился от её слов, – Но и помощи от меня не жди! Добьёшься своего – присоединюсь к этому самоубийству, – внезапно её тон стал серьёзным, а глаза вонзились в меня строгостью, – И только попробуй сделать из этого полноценное самоубийство. – Есть, мэм, – я кивнул, выпалив фразу, которую услышал от торговцев с севера. Наш разговор прервал стук в дверь. С разрешением войти, в комнату зашёл Дерек. – Султан трапезничать зовёт, – он дружелюбно улыбнулся нам, – Время ужина. – Спасибо, Дерек, сейчас пойдём, – произнесла Алиса милым тоном, будто только что и вовсе не было никакого животрепещущего обсуждения. Он откланялся и уверенно заковылял на выход, а мы пошли следом. Я быстро сходил в ванную, чтобы помыть руки. Это не заняло много времени, однако по приходе в обеденный зал я лицезрел уже всех членов семьи. Лишь мой стул пустовал. Сев за большой стол, я присоединился к трапезе. На ужин был... Лобстер? Или это рак? Постоянно путаю. – Это лобстер, Нахт-мин, его едят, а не рассматривают, – раздался голос отца. Он сидел во главе стола, конечно же, слева от меня, – Айрин, положи ему кусок. – Миня, ты будешь лобстера? – поинтересовалась мать своим излюбленным тоном – голосом, уходящим постепенно какого-то чёрта в шёпот. – Будет-будет, мать, – он взял мою тарелку и стал накладывать ужин, – Он мужчина. А мужчина должен есть мясо. Вот, – протянул он и вернул тарелку, – большой кусок. Я сглотнул. Не то чтобы мне не хотелось есть. Мясо лобстера достаточно вкусное, тем более на столе было полно добавок и гарниров. Просто я не люблю есть руками. Для меня это дикость. В наше-то время! Но иначе его не съесть. – Почему слуги не могут почистить его вместо меня? – едва слышно произнёс я. – Много хочешь. – Ты это уже делал, у тебя получится. Я выдохнул и принялся за это грязное дело. Для тех, кто не знает как есть омаров и им подобных, вот краткий экскурс. Для начала приготовьте всё необходимое: - Щипцы для клешней лобстера. Без них вам будет трудно сломать панцирь; - Особая вилка. Она крошечная, но длинная. С помощью неё вы будете доставать мясо из узких частей панциря; - Тарелка для отходов, предназначенная для скорлупы омаров; - Салфетки для рук, чтобы вытереть сок после трапезы. Теперь само поедание. Шаг первый: Потяните каждую клешню вниз и от тела, чтобы оторвать её. Откручивайте у основания каждой клешни. Воспользуйтесь вилкой для омара, чтобы вытащить мясо из его рук. Разберите меньшую часть клешней. Отломайте клешню в месте, где она расходится. Там также найдёте мясо. Разломайте большую часть клешни. Используйте щипцы, чтобы добраться до мяса, а потом вилкой вытащите его. Шаг второй: Оторвите ножки омара. Выньте мясо тем же самым способом, как из клешней. Шаг третий: Откройте скорлупу на хвосте и вытяните из него мясо одним большим куском. Выкрутите "плавники" хвоста и вытащите из них маленькие кусочки мяса. Шаг четвёртый: Сделайте надрез на нижней части тела. Вытяните тело из панциря и соберите любые кусочки белого мяса, которые сможете найти. Шаг пятый (по желанию): Если вы ещё не забыли, лобстер – живое существо, а значит имеет внутренности. Среди них вы можете найти вполне съедобную печень. Она будет сероватого цвета. Шаг шестой (по желанию): Если у вас самка омара, то в её теле можно найти икру. Она тоже съедобна, но определённо не самая вкусная часть животного. Под конец ужина люди начали расходиться. – Что надо сказать? – спросила Айрин у Кер, которая уже собиралась покинуть обеденный зал. – Спасибо, – закатив глаза, ответила девушка, даже не повернувшись к матери. – Спасибо, – тихо произнесла Эн, опустивши глаза в пол и выйдя из-за стола. – Спасибо, мамочка, было очень вкусно, – отозвалась Алиса. – На здоровье, девочки. Я уже думал пойти вслед за ними, однако отец меня остановил. – Постой, Нахт-мин, сядь пока, – я сел и слегка вопросительно посмотрел на него, – Ты уже парень большой, взрослый, – отец налил из кувшина нам обоим разбавленного вина. Он говорил медленно и размеренно, делая паузу практически перед каждым словом, – почти совершеннолетний. – Я бы не сказал, что четырнадцать – это совершеннолетний, – мой стиль был обратный. Пока отец заставлял собеседника терять бдительность за счёт пауз, я зачастую говорил быстро. Не знаю, делал ли он это намеренно, но факт остаётся фактом. И, честно говоря, меня это напрягало. – Ну, ты же знаешь, отец считает годами, если не десятками. Это тебе кажется, что совершеннолетие настанет только через четыре года, а для меня это, как что-то в следующем месяце, – он сделал глоток из чаши, – К тому моменту ты уже начнёшь читать умные книжки, вместо сказок, будешь прилично одеваться и выглядеть опрятно, как серьёзный мужчина, а не как девочка. Вот тебе за ужином снова волосы мешали. Я видел, ты их поправлял постоянно. Когда, наконец, пострижёшься? – Мне и так нормально, – буркнул я. Стоит пояснить как именно выглядят моя причёска. Слева полностью выбрито, а справа лежит чёлка из чёрных жёстких прямых волос до уровня подбородка. Мне всегда было интересно отрастить их. Однако после того как я это сделал, отец начал постоянно придираться ко мне. В итоге я выбрил левую половину, а правую часть укоротил до линии подбородка. Это не решило всех проблем, однако вышло неким компромиссом. Уже год так хожу, если не больше. – Уверен? А то приду к тебе ночью с ножницами. Знаешь кто лучший в мире цирюльник? Я вопросительно посмотрел на него, хоть и прекрасно знал ответ. – Это отец твой, – с задором ответил он, – Но вообще поговорить я о другом хотел. Так как ты уже парень взрослый, должен понимать, что вечно за тобой прибираться не будут и в какой-то момент тебе самому придётся взять бразды правления, – он снова сделал паузу, – Погиб Лоран из рода Оноре. Старый друг нашей семьи. – Что… Лоран? Почему? Как? – это новость меня действительно удивила. Месье Лоран всегда был активным человеком. Не могу представить его прикованным к кровати. – Сначала я договорю, потом ты спросишь, – отец сурово посмотрел на меня, – Да, люди смертны, такое случается. И именно поэтому я всё больше думаю насчёт твоего восхождения на престол, – и вновь пауза, – Причина гибели мне неизвестна. Мадам Марла ничего толкового в письме не написала. Там в основном скорбь и сам факт смерти. Мне было нечего сказать на это. Я плохо знал остальной род Оноре, поскольку они жили в Карнте и редко приезжали к нам. Единственное, что нас связывало – дружба отца и месье Лорана. Они познакомились достаточно давно, на почве каких-то там взаимоотношений Самора и Карнты. Помню пару или тройку раз Лоран приезжал со всей семьёй. У него точно был сын и вроде как дочь. Парень старше меня на несколько лет и не особо сговорчив. Про девочку толком ничего не помню. – Завтра ты должен будешь выступить перед народом. Надо показать, что у Фаров уже есть хороший кандидат на становление султаном Самора, – произнёс отец. – Выступать? Но ведь наша семья и так занимает трон! – Ты абсолютно прав. Однако это не значит, что можно ничего не делать. Я тебе уже говорил. Люди делятся на два типа. На тех, кто работает и получает результат. И на лентяев, которые ничего не делают и ничего в жизни не добиваются. – Ладно, я понял. – Всё, я больше тебя не держу. Доброй ночи. – Доброй ночи, – я встал, наконец, из-за стола и пошёл наверх. Я думал заглянуть к девочкам, но не решился. – Да поздно уже, завтра поговорим, – я направился к себе. В комнате было темно, ставни практически заглушали лунный свет. Я разделся и лёг на прохладную кровать. – Они, кстати, молчали, пока он говорил. Забавно, – я потянулся и расслабился, – Завтра будет трудный день.