на реальных событиях

наступило утро, солнце персиковое брело по верхушкам деревьев, и он снова взялся за дело: на первой же остановке выскочил из поезда, снова принялся уже не ходить - бегать - по окрестностям, искать хоть что-то, что ну хоть немного могло указывать на то, что элла была здесь, спрашивать у рандомных прохожих, не видели ли они неподалёку этого человека, получать в ответ: "о, это же моя любимая писательница!", ходить, бегать, бродить, искать, бродить, ходить, искать, бегать... ( - здорово! – воскликнула элла так внезапно-громко, что чайки, сидящие на кромке соседней крыши, тут же вспорхнули и улетели. - ты такой классный, алек! ) ( - ...я?.. ) счастье ждало его на одиннадцатой остановке. было - снова - темно, но лучи солнца, бледные и холодные, ещё проглядывали местами, было видно плывущие облака, и алек не чувствовал ни усталости, ни холода, ни голода. он заметил на одной из улиц города, в который привёз его поезд, книжное издательство. совершенно случайно вышло так, что он заглянул внутрь и увидел...      ...менеджера эллы. - здравствуйте! ох, я так рад, что нашёл вас! - алек ввалился внутрь так, словно какой-то дикий зверь, заставил нескольких людей в деловых костюмах, что были там, ошалеть, и, запыхавшись, отчаянно пытаясь отдышаться, затараторил: - вы же менеджер эллы? правильно? ох, как я счастлив, что наткнулся на вас... вы не знаете, где сейчас элла? она где-то недалеко? а дальше всё происходило так размазанно и размыто, словно жизнь упорно выжимала из него все силы, а реальность играла злую шутку. - я уже не менеджер эллы. теперь я ее бывший менеджер.  - но вы ведь приехали сюда вместе? она где-то здесь? - да, мы приехали вместе. но она уже уехала. - уехала? куда? куда она уехала? пожалуйста, скажите мне, куда она уехала! пожалуйста, умоляю, прошу, вы моя надежда, поверить не могу, у меня получилось на что-то выйти, мне так повезло, я так устал, пожалуйста, только скажите мне, куда она уехала, я что угодно сделаю... - понятия не имею. как он уже понял, элла могла уехать куда угодно. впереди, а точнее позади оставалось ещё одиннадцать станций. одинадцать пунктов назначения. одинадцать шансов найти ее. вернувшись на остановку и дождавшись следующего поезда, алек сел на него с молчаливой надеждой на то, что всё получится. возможно, по пути он даже вспомнил несколько молитв; мысленно упрашивал высшие силы помочь ему вплоть до тех пор, пока самому с себя смешно не стало. вышел, оказался в каком-то городке, повторил все предыдущие действия. ходил вовсюда, куда только было можно, внимательно вглядывался в толпы, пытаясь уловить там знакомые черты лица, следовал указателям, будто это могло чем-то помочь, интересовался у людей, не видели ли они эооу хоть где-то.  нет, ничего. совсем ничего. сел снова на поезд, время пролетело со скоростью света - вновь вышел, вновь ходил и бродил по окрестностям, вновь тщательно вглядывался в лицо каждого прохожего, искал глазами знакомый силуэт, следовал натыканным повсюду указателям, спрашивал у прохожих. ходил по окрестностям, вглядывался в лица, искал глазами, следовал указателям, спрашивал у прохожих. ходил, вглядывался, искал, следовал, спрашивал. ходил, вглядывался, искал, следовал, спрашивал... ( - а знаешь что, алек? - элла тогда так неожиданно посмотрела на него, блестнув своими мечтательными, всегда такими пламенными глазами. - я бы хотела с тобой однажды съездить в обсерваторию. ты единственный, кто слушает все эти мои рассказы о космосе ) когда он вернулся на железнодорожную станцию, впереди оставалось ещё пять остановок. небо уже было тёмным, и на нём выступили звёзды - мириады белых точек-вселенных; все они были так бесконечно далеко и казались до ужаса недостижимыми. в точности, как элла. ( - в обсерваторию? со мной? ох... - алек понятия не имел, что ответить, потому что элла, казалось, впервые обратилась к нему вот так, по-родному, с такой трогательной открытостью и яркой-яркой улыбкой. - я был бы не против... ) в этот раз поезд ехал пол ночи, по ощущениям - целую вечность; алек успел вспомнить так много моментов, когда они с эллой были рядом. он смотрел на себя сквозь призму воспоминаний и не узнавал: ему казалось, что там, с эллой, сидел на крыше какой-то другой парень. более собранный, более умный, более весёлый, более подходящий для него. этот парень ходил с ней в кино на ночной сеанс фильма ужасов, этот парень первым читал заметки ее будущих произведений, этот парень постоянно звал ее на море и получал скудное "нет времени", этот парень помогал ей пробираться сквозь толпу фанатов, этот парень ходил с ней на каждую новую выставку в картинной галерее, этот парень болтал с ней по телефону до поздней ночи. не алек. небо над головой сгущалось, сиреневые краски растекались ручейками вдоль бледно-розовой артерии заката. алек набрал в грудь побольше свежего, прохладного воздуха; пахло поездами, железом и горячим кофе. " главное - узнать, куда ехал тот поезд. тогда я смогу узнать хотя бы то, куда она поехала. элла, подожди немного. я обязательно тебя верну! " он не умел разбираться в сложных схемах поездов и расписании электричек, особенно тогда, в растерянности и панике стоя на вокзале, на котором бывал от силы пару раз в жизни. холодный ветер забирался под самую рубашку, заставлял конечности неметь, мурашки пускал вдоль спины; алек продрог насквозь, но не только от холода. ещё и от страха - когда вдруг понял, что поезд этот следует в другой конец страны с двенадцатью остановками.   " я должен это сделать. я обязательно верну тебя! " дождался следующего поезда, который, к ужасу, оказался забит под завязку; но алеку было плевать. плевать на время, плевать на деньги, которые придётся потратить на всё это, плевать на расстояние, которое придётся преодолеть. соберись, алек. ты найдёшь ее, ты обязательно найдёшь эллу, и ты, конечно же, поговоришь с ней ещё раз, обнимешь ее, услышишь ее голос... ( сидели на крыше поздно ночью, над головами простиралось звёздное небо, элла рассказывала что-то про созвездия, про млечный путь, про чёрные дыры, и голос у нее был мягким и тягучим, как зефир, хотя алек совсем не слушал; только смотрел и смотрел бесконечно, как в чужих чёрных глазах отражалась самая яркая, полярная звезда ) алек вышел на первой остановке, в какой-то странной местности, напоминающей сельскую. он подумал, что элле вряд ли бы понадобилось выходить здесь - но потом понял, что не знал о чужих мотивах, ровным счётом, ничего. элла могла уехать абсолютно куда угодно; но если она ещё не ушла слишком далеко от станции - оставался шанс ее найти. алек шёл неизвестными, незнакомыми путями туда, куда только падал взор, искал ее глазами, тщательно вглядываясь в горизонт, следовал указателям, всматривался каждому прохожему в лицо, спрашивал, не видели ли они девушку такой-то внешности в такой-то одежде, искал, ходил, сдерживал разъедающий страх внутри себя... ...ничего. " это не повод сдаваться. " перекрёстки взлётных полос или километры железных дорог - уже без разницы. когда он увидел садящуюсч на поезд эллу, когда двери механические закрылись, словно пасть хищника, прямо перед его носом, когда чужая едва видимая из окна макушка удалялась всё дальше и дальше, он понял:  эллу он обязательно вернёт. оставалось только понять, как. всё произошло слишком внезапно: она объявилс, что больше не будет писать никаких книг, что не издаст больше ни одного сборника, и вообще - собирается уехать куда-то далеко-далеко, где ее никто не будет знать. было слишком безрассудно поступать так, особенно когда ты именитая писательница с миллионами продаж. а самым, пожалуй, странным и даже обидным было то, что алеку она не сказала ни слова. тот просто проснулся как-то утром, как и всегда, просмотрел чат с друзьями: сэм почему-то написал длинное слёзное сообщение о том, как они все будут скучать по элле, рина пожелала ей быть счастливой, и кто-то скинул их общую фотографию. алек протёр глаза, перезагрузил телефон, перечитал всё ещё несколько (сотен) раз - какого чёрта? элла куда-то уезжает? но почему онс сказала об этом всем, кроме него? " - ало, сэм? как ты это объяснишь? что происходит? куда уезжает элла? " " - ох, чёрт, я так и знал, что ты позвонишь... " " - просто ответь на вопрос! " " - дело в том, что я не знаю, куда она уезжает. никто не знает. она специально никому не сказала. даже номер телефона сменила. " всё внутри алека судорожно сжалось, а сердце пропустило несколько ударов.  " - почему она мне ничего не сказала? " " - потому что она знала, что ты будешь плакать и упрашивать ее остаться. " черт. " - она даже не дала мне попрощаться! когда уходит ее поезд? " " - теоретически, через двадцать минут... подожди, алек, только не говори, что ты собираешься- " телефон выпал у него из рук, ноги сами сорвались с места и понесли его прямиком к вокзалу: через шумные улицы, светофоры, горящие красным, без конца сигналящие автомобили, толкающихся людей и гудящий ветер, что своим холодом жёг шею. но алек не успел. а элла - даже на него не глянула. " - чёрт... " блять?! - я не знаю, куда она уехала. она мне не сказала. возможно, она вообще улетела в другую страну. а теперь, пожалуйста, охрана, выведите этого человека. алек не чувствовал, как чужие руки схватили его под плечи, не понял, как оказался на улице снова, где холодный ветер забирался под одежду и замораживал кожу до красноты, не осознавал, как ноги его сами поплелись обратно к станции, и даже не заметил, как пролетела ночь, а вместе с ней и дорога. в голове его была только элла, одна только элла, лишь она, ее кофейного оттенка волосы, всегда пахнущие облепиховым шампунем, ее бледная кожа, круги под глазами, такими красивыми чёрными агатами, что вечно блестели; и всегда, всегда когда они были рядом, элла была так близко, но алеку казалась - бесконечно далёкой. " никто больше никогда не узнает, где она. "  в теле уже не оставалось сил, ужасно хотелось даже не столько есть, сколько пить, глаза уже закрывались от недосыпа и усталости. сердце было разбито на сотню, нет, на тысячу осколков, все внутренности разрывались на части, жуткий, липкий страх поедал его заживо... " нет. так быть не должно. я попробую ещё! " конечная станция была тихой и до ужаса солнечной, залитой светом, вот только это нисколько не успокаивало, наоборот - внушало одиночество. никто из людей не узнавал эллу на фотографии, которую им показывала алек, никто ее не видел, и снова - ни-че-го. телефон у него в кармане завибрировал, он высунул его, почти разрядившийся, и глянул в экран: сообщение от сэма. " [ 10:29 ] ты уже который день ее ищешь. перестань, алек. ты хоть как? " нет, нет, нет. да такого не может быть. элла же должна быть хоть где-то. нет, нет, нет, нет, нет, нет. алек ничего не мог найти. ничего, совершенно ничего, что могло хоть как-то ему помочь. десятки незнакомых лиц, улиц, гул автомобилей, смертоносные крики чаек, шум волн, бьющихся о каменный берег, завывание ветра, карты, указатели, здания... ( - ты действительно потрясающий человек, алек. я так рада, что ты появился в моей жизни ) " ну не может быть так, что это был наш последний разговор... " телефон теперь не просто вибрировал - теперь он без конца звенел, и алек понял, что это не кончится, пока он не ответит на звонок. остановился возле какой-то скамейки, выкрашенной в вишнёвый цвет, обессиленно опустился на неё; всё-таки взял трубку. по тот конец провода тут же раздался голос сэма: - алек! ты сумасшедший? почему ты нас игнорируешь? как ты? - я не могу ее найти... стоило только выдавить это из себя, как моментально стало больно: словно он признал, что сдаётся, признал свой проигрыш, провалился, пришёл к финишной черте и - готов быть рыдать от комка эмоций из усталости, злости, страха, обиды, разочарования, тревоги, печали и ненависти - к самому себе. - что? алек, где ты сейчас? - н-на конечной... - алек! перестань! остановись сейчас же! слышишь? хватит ее искать, ты всё равно никогда ее не найдёшь. прекрати, тебе нужно отдохнуть! сначала одна слезинка покатилась из уголка глаза, оставляя за собой мокрую дорожку, затем вторая, третья, потом - целый водопад. алек даже не уловил того момента, когда телефон выпал у него из рук и ударился экраном, пустив трещины, не уловил того момента, как он сам начал плакать так, как не плакал, наверное, последние лет десять. взор тут же затуманился пеленой из слёз, и всё в мире показалось так до невозможности глупо и странно, неинтересно и тупо, скучно и бессмысленно, пусто и не нужно.... без нее. ( - вау, алек, я даже не знаю, что сказать... ) когда он глянул на свой телефон, его пронзило словно разрядом тока, и он тут же подскочил на ноги. " точно!!! можно же позвонить самой элле и спросить ее!                    ах, да...                                 ...она же сменила номер телефона. " ( - я все равно обязательно отвезу тебя в обсерваторию. )