Часть 1

Ники ощущал, как мир вокруг сжимается, душит его своей серостью. Школьные коридоры казались лабиринтом, полным враждебных взглядов, а дома ждали лишь упрëки и холодное молчание. Даже воспоминания о бывшей девушке, некогда яркие и желанные, теперь напоминали о горьком разочаровании. Единственным проблеском света оставался старый, потрëпанный блокнот, в котором Ники записывал свои мысли. Там, в хаотичном переплетении слов и фраз, он находил хоть какое-то убежище. Сегодня он вывел в нëм кривую линию, а затем размашисто написал: "Безысходность - это выбор?". Вопрос повис в воздухе, словно насмешка. Ники остановился у окна, наблюдая за тем, как унылый дождь размывает краски города. Капли стекали по стеклу, подобно слëзам. Он чувствовал себя таким же одиноким и потерянным, как этот дождь, блуждающий в поисках места, где можно упасть и исчезнуть. В голове мелькнула мысль о побеге. Куда-нибудь далеко, где никто его не знает, где можно начать всë с чистого листа. Но куда бежать? И главное, от чего? Он отвернулся от окна и снова взял в руки блокнот. "Безысходность - это выбор?" Он подчеркнул вопрос дважды, а затем начал писать ответ. Медленно, неуверенно, словно прощупывая каждый шаг. "Может быть, это не выбор, а ловушка. Ловушка, которую мы сами себе ставим." Чем больше Ники писал, тем яснее становилась мысль. Безысходность - это не данность, это состояние ума. Это привычка видеть мир в серых тонах, не замечая красок. И если это привычка, то еë можно изменить. Медленно, постепенно, но изменить. Он закрыл блокнот и почувствовал, как груз на душе немного уменьшился. Впереди еще долгий путь, но теперь у него есть надежда. Слабая, едва заметная, но всë же надежда. Надежда на то, что однажды он сможет увидеть мир в другом свете. В тот день, когда он увидел её впервые, всë началось с нелепого столкновения. Падение книг, обидные слова, раздражение - обычная перепалка, каких было немало. Но в её глазах, несмотря на гнев, мелькнула какая-то искра, что-то живое и настоящее. Пак Джихе, недавно пережившая расставание, но полная энергии и оптимизма. Их следующие встречи не отличались дружелюбием: колкие замечания, саркастичные ответы. Но за этой маской вражды скрывалось взаимное любопытство, некая тяга друг к другу. Однажды, после особенно тяжелого дня, Джихе выдохнула, глядя ему в глаза: – Научи меня своему безразличию. Эти слова повисли в воздухе, словно невидимая нить, соединяющая их души. С этого момента всë изменилось. Вопрос, брошенный в порыве отчаяния, стал началом чего-то нового, неизведанного, возможно, даже - любви. Ники замер, удивленный еë просьбой. Безразличие… Это то, что он пытался культивировать в себе годами, как щит от боли и разочарований. И вот, эта яркая, жизнерадостная девушка просит научить еë этому? Он усмехнулся, но в голосе прозвучала горечь. – Зачем тебе это? - спросил он, глядя ей в глаза, - Безразличие - это не дар, а проклятие. Оно лишает тебя чувств, эмоций, возможности любить. Джихе пожала плечами. – Может быть, ты и прав. Но иногда так хочется просто перестать чувствовать. Хотя бы на время. Их взгляды встретились, и в этот момент они увидели друг в друге не врагов, а родственные души, израненные и уставшие от мира. Ники понял, что за еë внешней веселостью скрывается та же боль, та же безысходность, что и у него. Только она умела ее скрывать, а он - нет. С этого дня они начали проводить время вместе. Не как враги, не как друзья, а как два человека, ищущих спасение друг в друге. Ники рассказывал ей о своих проблемах, о своей семье, о своей ненависти к миру. Джихе слушала молча, иногда задавая вопросы, иногда просто обнимая его. Она научила его видеть красоту в мелочах, улыбаться солнцу, радоваться жизни. А он… он научил еë своему безразличию. Но вместо того, чтобы сделать еë черствой и холодной, оно помогло ей отпустить прошлое, перестать зацикливаться на боли и двигаться дальше. Их странная дружба медленно, но верно перерастала во что-то большее.