Часть 1

      Я потянулся к ней, коснулся рукой ее нежной кожи, она закрыла глаза и устремилась ко мне навстречу. Ее коралловые от помады губы встретились с моими. Они такие мягкие, нежны и податливые, сочные и слегка влажные, как же давно я мечтал о них. Не удержавшись, сжимаю ее сильнее, она тихонько охает, но не отстраняется, не сопротивляется и не вырывается, наоборот, прижимается ко мне, обнимает в ответ. Ее уста разошлись. Наши языки встретились и затанцевали, подобно пламени костра или сошедшимся в устье рекам.       Как же она прекрасна и желанна. Ее бархатистая кожа пахла игривым ароматом духов. В них ощущались нотки розового перца и нечто фруктовое, кажется киви или еще какая-то экзотика. Но вместе с тем я чувствовал и нечто цветочное, навевающее воспоминания о весенних лугах и распустившихся бутонах в саду. Наши языки игрался друг с другом, ласкались и шутливо боролись, она не давала мне проникнуть в себя, держала на грани, точно так же как в жизни. Но сегодня все изменится.       Я отстранился и посмотрел на нее. Она медленно подняла веки, взглянула на меня из-под длинных, пушистых ресниц и улыбнулась. Кончик ее язычка скользнул по влажным губам, и ее взгляд сказал — да. Не став больше ждать, я принялся покрывать ее лицо поцелуями. Нос, лоб, щеки, скулы, все-все до чего мог дотянуться и лишь в самом конце наши губы вновь сошлись. На этот раз она не сопротивлялась и покорно позволила моему языку проникнуть в ее рот. Это была победа. Миг триумфа и… прелюдия.       Сквозь ткань одежды я ощущал ее сердце, часто и гулко стучащее в груди. Он билось в унисон с моим. Дыхание перехватило от желания обладать ей, любить ее, голова закружилась и пришлось оторваться от ее губ. Она тяжело дышала и смотрела на меня требовательным взглядом. «Что ж, наши желания определенно совпадают», — подумал, вновь целуя ее.       — Я не могу больше ждать, не хочу, — шепнула она.       — Я тоже, — ответил с хрипотцой в голосе.       Оглядевшись по сторонам, зацепился взглядом за вывеску ботанического сада. Старого, редко посещаемого, и давно ставшего чем-то вроде дикого леса. Конечно, дома или в отеле удобней, но… да какого черта! До нормальной постели мы просто не дотерпим.       Она проследила за моим взглядом и все поняла и… согласилась. Она сказала это не словами, но действиями. Обхватила за шею и поцеловала. Горячо, страстно и нетерпеливо-требовательно. Врут те, кто говорит, что целоваться можно бесконечно. К демонам физиологию, от сжигающего меня желания сперло дыхание, а члену стало тесно в штанах.       Перебежав дорогу, мы не стали тратить время и пролезли прямо сквозь редкие прутья забора, не столько предотвращающего проникновение в ботанический сад, сколько обозначающего его границы. Я раздвинул ветки каких-то кустов, судя по цветам и запаху, это было что-то вроде шиповника, только без колючек. Пять минут, и мы оказались на совершенно чудесной полянке. Высокое дерево укрыло нас своей густой кроной от солнца, и мы вновь слились в жгучем поцелуе.       Мои руки скользнули на ее бедра. Ладонь правой руки проникла под ее юбку, огладила ягодицу, пальцы забрались под кружево трусиков. Она прервала поцелуй, подалась немного назад и принялась расстегивать пуговицы. Второй рукой я нашел застежку ее лифчика и принялся бороться с простыми, но вместе с тем и весьма неподатливыми крючочками. Она справилась с половиной пуговиц, когда мне удалось одержать победу — застежка сдалась, и меня тут же вознаградили поцелуем.       Она сняла рубашку через голову, вместе с лифчиком, и отбросила их на корни дерева. При виде ее вздернутых сосков в обрамлении темных альвеол, мне стало совсем неудобно, мелькнула мысль о слишком узких джинсах. Член рвался наружу, казалось, что еще немного и он порвет молнию на ширинке, я поспешил расстегнуть ремень и освободиться от штанов. Она не стала тратить время, скинула юбку и осталась в полупрозрачных трусиках. При виде ее почти нагого тела, во мне пробудилось нечто животное.       Моя футболка повисла на ветвях кустов. Штаны и трусы отправились куда-то под них, отброшенные пинком. Она рассмеялась, запрокинула голову, тряхнула волнистой копной волос и посмотрела на меня немного искоса, прекрасно поняв мои чувства и желания. Хотелось броситься на нее и овладеть, но я сумел сдержаться. Она запустила большие пальцы за резинку кружевного чуда и медленно нагнулась, снимая, убирая последнюю, чисто символическую преграду. Спустив трусики до щиколоток, она выпрямилась, с вызовом взглянула на меня, освободила одну ногу, и отбросила второй последний элемент одежды.       В эти игры можно играть вдвоем. Шагаю к ней, ловлю ее руку и тяну ее на себя. Она не сопротивляется, сама устремляется ко мне. Ее грудь упирается в мою. Я кожей ощущаю ее горячие, налитые кровью соки. На ум приходят банальности вроде вишенок, косточек и прочей ерунды, но все это мимолетно. Мы вновь целуемся, наши языки опять танцуют, она прижимается к моей ноге горячей и чуть влажной промежностью. Ее руки бродят по моей спине, я чувствую ее ногти, они слегка царапают, и это возбуждает меня еще больше.       Она задевает старый шрам пулевого ранения, чуть не прервавшего мою жизни и ставшего причиной, по которой я ушел из Агентства. На миг ее пальцы отдергиваются, но почти сразу же она осторожно и нежно оглаживает давно зажившую рану теплой и мягкой ладошкой.       Запускаю пальцы в ее волосы, массирую ее голову и затылок, глажу виски, мочки ушей, и продолжаю целовать. Моя ладонь скользит по ее шеи, проходит по плечу и накрывает грудь, захватываю упругий сосок большим и указательным пальцами, начинаю ласкать его, играться и теребить. Она все интенсивней трется о мое бедро. Ее дыхание становится более прерывистым и тяжелым. Она прижимается ко мне сильнее, ее закрытые веки мелко-мелко подрагивают.       Освобождаю ее губы, перехожу на шею, сжимаю ладоням бедра, позволяю ей откинуться назад, и покрываю поцелуями грудь. Захватываю в рот сосок, слегка прикусываю его, посасываю, дразню кончиком языка, она приглушенно стонет, обхватывает мою ногу своей, еще плотнее прижимается «киской» и начинает работать бедрами. Приходится отвлечься и начать извлекать в уме квадратные корни, чтобы не кончить раньше времени, ведь от ее движений достается и моему члену.       Она содрогнулась и застонала, мое бедро стало влажным от ее горячих соков любви. Заканчиваю игры с соском, перехватываю ее левой рукой за талию и прижимаю к себе. Чуть сгибаю ногу, провожу ладонью правой по ее покрытой испариной спине. Умышленно задеваю ее ногтями, легонько царапаю, она прогибается, но я не даю ей отстраниться, мои пальцы оказываются на ее затылке, путаются в волосах, обхватываю ее голову и тяну. Наши губы вновь встретились, и снова затанцевали ласкающие друг друга языки.       Она стала совсем мягкой и податливой, словно нагретый воск. Разворачиваю ее спиной к себе, поцелую в щеку, перебираюсь губами на шею, скользя по нежной коже языком, поднимаюсь до милого ушка, чуть прикусываю мочку и выдыхаю ноздрями горячий воздух. Она ежится, смеется, но сказать или сделать что-то не успевает. Моя левая ладонь гладит и ласкает ее грудь, правая скользит по плоскому животику, оглаживает мягкие волоски в зоне бикини, накрывает лобок и спустилась немного ниже. Пальцы проникают в ее промежность, гладят сокровенное место, средним нахожу маленький бугорок клитора, слегка надавливаю на него, начинаю осторожно покачивать его, проводить по нему подушечкой сверху вниз и обратно, и она отвечает мне, начинает двигать бедрами, регулируя, задавая темп.       Я игрался с ее сосками, лаская грудь и клитор, она обхватила меня руками за бедра и терлась попкой о мой вздыбленный член, оказавшийся зажатым между нашими телами. Поняв, что еще немного, и не сдержусь, я немного повернулся и удвоил тем работы пальцами. Она вскрикнула и кончила. Решив, что теперь и мне не грех, я опустился вместе с ней на мягкую траву. Она покорно перевернулась на спину и раздвинула ноги… ***       «Бзз!» — заверещал гадский будильник на телефоне, разрушая сладостную картину. «Да все демоны ада!» — заорал, ударом ноги отправляя это проклятье человечества в стену. Не тут-то было, у меня военная модель, противоударная, жаропрочная и влагонепроницаемая. Специально такую брал. «Все. Так больше продолжаться не может! Сегодня же напишу ей письмо и… напрягу бывших коллег для поиска укравшей мой покой и сердце незнакомки. И передам его лично! Да, так и сделаю», — решил Катай Таяма.