Часть 11 - Чуть легче

Корабль увидели ещё до полудня. Сначала берег. Потом башни. Королевская Гавань поднималась из тёплой дымки медленно, будто не спешила становиться настоящей. На палубе стало тише. Даже Люцерис замолчал. Джекейрис стоял у борта и смотрел вперёд так, будто хотел заметить что-то раньше остальных. Рейнира поднялась последней. Висейра спала у неё на руках. За всю дорогу она почти не проснулась, и от этого становилось странно легче и странно тревожнее. Деймон остановился рядом. — Уже поздно разворачиваться, — сказал он. Рейнира даже не посмотрела на него. — Я знаю. ⸻ Когда корабль подошёл ближе, в порту уже ждали. Не слишком торжественно. Несколько людей, стража, слуги. И Алисента. Она стояла чуть впереди остальных. Не махала. Не делала шаг навстречу. Просто ждала. Рейнира сошла на берег первой. Алисента посмотрела сначала на неё. Потом — на ребёнка. И задержалась на секунду дольше, чем следовало. — Дорога была спокойной? — спросила она. — Слишком, — ответила Рейнира. Алисента чуть заметно кивнула. Как будто поняла больше, чем было сказано. Деймон сошёл следом. Мальчики — за ним. Люцерис сразу начал смотреть по сторонам. Джекейрис — нет. Он смотрел только на Висейру. Словно ждал. Но ничего не происходило. Ни звука. Ни движения. И от этого напряжение только сильнее собиралось где-то под рёбрами. Слуга подошёл к Алисенте и тихо что-то сказал. Она повернулась к Рейнире. — Король ждёт тебя. Не «вас». Именно тебя. Рейнира крепче прижала Висейру. — Сейчас? — Он хотел выйти сам. Пауза. — Но не смог. На это Рейнира ничего не ответила. Только пошла вперёд. Уже у ступеней она на секунду обернулась. Эймонда сначала не заметила. Он стоял чуть дальше, в тени стены. Как будто пришёл позже остальных. И смотрел не на неё. На ребёнка. Не двигаясь. ⸻ Во дворце было прохладнее, чем снаружи. После солнца это чувствовалось сразу. Шаги глохли в камне. Слуги расступались заранее, почти не поднимая глаз. Рейнира шла быстро. Не потому что спешила. Просто если бы замедлилась, пришлось бы думать. Висейра спала у неё на руках. Тяжелее, чем казалось. У двери стражник посторонился без слова. Рейнира вошла одна. Визерис сидел у окна. Не в кресле для приёмов. Просто в обычном, придвинутом ближе к свету. Он будто смотрел наружу, но, услышав шаги, повернул голову сразу. На мгновение ей показалось, что он сейчас попытается подняться. Попытался. Рука легла на подлокотник, плечо напряглось — и почти сразу он оставил это. Слишком тяжело. — Не надо, — сказала Рейнира. Он выдохнул, будто хотел усмехнуться. — Я всё ещё король. — А я всё ещё помню, как ты упрямился. Это вырвалось само. И на секунду стало почти как раньше. Почти. Он посмотрел на неё внимательнее. Потом — ниже. На ребёнка. И в лице у него что-то изменилось. Не удивление. Скорее тишина. — Это она? — спросил он. Глупый вопрос. Но Рейнира всё равно кивнула. Подошла ближе. Визерис не сразу протянул руку. Сначала просто смотрел. Будто боялся спугнуть сам момент. Висейра спала. Не дрогнула, когда он коснулся края ткани. Только чуть повернула голову во сне. Визерис замер. Потом осторожно провёл пальцем по её щеке. Совсем легко. И вдруг Рейнира заметила, что он дышит ровнее. Не сразу поняла почему. Просто увидела. Он тоже это почувствовал. На секунду прикрыл глаза. Как будто давно не сидел вот так — без боли, без усилия, без того, чтобы каждое движение что-то отнимало. Комната стала очень тихой. Даже снаружи ничего не было слышно. — Она похожа на тебя, — сказал он наконец. Рейнира чуть качнула головой. — Пока ещё нет. — Нет, — ответил он. — Есть. Он открыл глаза и посмотрел на неё. Усталость никуда не делась. Но что-то в нём как будто отступило. Совсем немного. — Дай мне посмотреть ещё. Не приказ. Почти просьба. Рейнира придвинулась ближе. И только тогда заметила, что впервые за всё время не думает ни о письме, ни о пире, ни о том, кто ждёт за дверью. Только о том, как спокойно спит ребёнок. И о том, что отец впервые за долгое время выглядит так, будто ему чуть легче. За дверью кто-то остановился. ⸻ Шаги. Очень тихие. Не вошёл. Просто остался там.