Часть 2. Концерт

Была середина декабря. Самое прекрасное время для жизни, но не в том году. Я всё ещё не мог найти силы жить. В этот день был концерт. Я не хотел нигде выступать. Кому я был нужен на сцене? Кем я был в этой жизни? Жалким музыкантом, которому закрыты все пути мира. —Маркуш, нужно, — Эля сидела рядом со мной на кровати и гладила мою голову. Она уже была собрана. Тёмные длинные волосы были собраны в две косички. Макияж был в тёмных цветах. Одежда была чёрной : рубашка, которую она взяла у меня, брюки. —Не хочу, — я уже полчаса повторял эти слова. Почему нельзя было оставить меня в покое? —Мне Глебу звонить? Он сейчас сам приедет и растолкает тебя. Уже поздно всё отменять. Вставай давай. Глеб — мой лучший друг. Он был барабанщиком и просто прекрасным человеком. Я встал. Я смог. В тот момент я действительно гордился собой. Я умылся и пошёл одеваться. Чёрные джинсы и чёрная толстовка прекрасно сочетались, поэтому было решено одеться именно так. Элина причесала меня и уложила мои кудрявые волосы. Перед выходом на сцену я решил выпить немного коньяка. После нескольких глотков мне стало лучше. Я нашёл в себе силы выйти на сцену. —Вот наша любимая группа „sivided Doul²“! — Элина объявляла начало многих концертов за последнее время. Мы вышли с ребятами, поклонились под аплодисменты и визги из зала и заняли свои места. С первой песней я залажал. Со второй тоже. На третьей Элина пела со мной, поэтому с её помощью мы вытянули. Во второй половине я чувствовал себя отвратительно. Это было не только душевно. Действие коньяка уже прошло. Меня знобило и тошнило. Я еле стоял на ногах, потому что всё плыло перед глазами. Меня трясло изнутри. Паническая атака началась. Я выпил воды. Вроде стало получше, но я очень сомневался в этом. Я уже во всём сомневался. После самого выступления была фотосессия. Каждому дали подарки. Когда мы с Элиной шли к моей машине, я нашёл котёнка. Было видно, что малыш замёрз на улице. Я взял его, завернул в свою кофту, которая лежала в машине. За руль села Элина, а я с котёнком сел на переднее пассажирское сиденье. Котёнок пригрелся и задремал у меня на коленях. Его кофейная шёрстка торчала во все стороны. Судя по тому, что малыш дрожал, он сильно замёрз. Дома я дал малышу корм, который мы купили по пути домой, взял плед, свернул из него самодельную лежанку и положил на нашу постель. Котёнка пришлось искупать шампунем, который остался от папиного кота. Даже не помнил, откуда этот шампунь оказался у меня в квартире. Я лежал на кровати и гладил малыша, когда Элина пришла к нам. Девушка легла рядом со мной и стала гладить мой живот. Она так делала обычно тогда, когда ей хотелось провести со мной время, но она не очень хотела отвлекать меня. Не хотелось ни с кем разговаривать, если честно. Слишком тяжело было на душе. —Что случилось, малышка? — я перевернулся на бок, чтобы быть лицом к Элине. Она была грустная, поэтому я чмокнул её в губы. —Я переживаю за твоё состояние. Ты в последнее время такой странный. Что случилось? —Я сам не понимаю. Наверное, я просто устал от вечных концертов, стараний сделать лучше, чем могу. Как думаешь, может мне взять перерыв в своей карьере? Отдохнуть там, не знаю. —Думаю, что тебе нужно отдохнуть от музыки нормально, а не сидеть ночами, готовиться к концертам, а потом разочаровываться. —Эль, пойми, я не могу с концами всё бросить. Это вся моя жизнь, понимаешь? Я всю жизнь шёл к этому успеху. Ты же не бросишь девочек, так и я не могу бросить парней. Я не могу жить без музыки, это моя жизнь. Я музыкой живу. —Тогда зачем ты спрашиваешь у меня что-то, если ты сделаешь всё по-своему? Мне надоело, что ты спрашиваешь что-то, но делаешь всё равно так, как сам решишь. Хватит уже. Пора повзрослеть, Климов. Девушка встала с кровати и пошла одеваться. Когда я спросил, что происходит, она ответила, что ей нужно прогуляться одной. Я промолчал. Спорить не было смысла. Элина была слишком упрямая, чтобы что-то говорить против. После ухода Элины я пошёл в кухню, достал бутылку коньяка и стал медленно пить прямо из бутылки. Внутри я понимал, что нельзя так много пить, сколько я пью в последнее время, но я хотел, после выпитого алкоголя мне становилось намного лучше. Под действием алкоголя мне было хорошо, но эффект проходил, когда я становился трезвым, поэтому всё больше я хотел выпить. Коньяк затуманивал мой мозг, я погружался в какой-то другой мир, где не было страданий. Котёнок залез ко мне на колени и начал смотреть в глаза. Такое ощущение, что он пытался отговорить от идеи бухать. Я поставил бутылку, взял малыша на руки и обнялся с ним. В тот момент я почувствовал себя живым. —Давай тебя назовём Виви¹? Котёнку явно понравилось это имя, поэтому он замурлыкал мне на ухо. Я спустил его обратно на колени и продолжил поглощать коньяк. Я уже забывал всю боль, что чувствовал в трезвом состоянии, голова улетала в другой мир, где было хорошо, не было проблем и взрослых забот. Элина нашла меня уже пьяным в хлам, когда у меня заплетался язык, ноги уже не держали. Она испугалась, я точно видел это. Девушка взяла меня за руку и помогла дойти до кровати. Я помнил немного. —Отвали, Элин — пытался пробубнить я, когда Элина начала меня раздевать. Помню, как толкнул её в стену, и она ударилась об неё. Всё это время девушка молчала. Она кому-то написала, а дальше меня вырубило. Утром я проснулся от ощущения, что на меня льют холодную воду. Я приоткрыл глаза и увидел Элину со стаканом в руках. Она выглядела так, будто не спала всю ночь. В этот момент мне стало стыдно перед ней. —И к чему весь этот концерт? — девушка поставила стакан на тумбочку и села рядом со мной. —Мне плохо в душе, а вы все лезете, — я сел, потому что моя подушка была насквозь мокрая. —Ты толкнул меня в стену, когда я помогала тебе раздеться. Ударил по лицу, когда я тащила тебя на себе в комнату. Как только ты меня не назвал. Было всё : и дура, и шлюха, и тварь. —Прости... —Нет, Климов, мне уже надоело прощать тебя. Ты постоянно бухаешь и поднимаешь на меня руку. Я давала тебе шансы. Что в итоге? Да ничего, ты даже не пытаешься измениться. —Эль... —Ты исчерпал моё доверие. —Алкоголь помогает мне забыться. Забыть о боли, которая охватывает меня с ног до головы. Ты понимаешь, что мне хуёво? —А ты понимаешь, что я не хочу жить с алкоголиком? Я не хочу жить с тем, кто поднимает руку на меня. Я хочу тоже быть счастливой, но с такой жизнью я буду только мучаться. Элина встала, быстро оделась, собрала какие-то вещи и пошла к выходу. Я побежал за ней, обнял её и прижался к ней. По моим щекам побежали слёзы. Она просто стояла. Я не хотел её отпускать. Я слишком любил её. Моих сил хватило на то, чтобы лишь шептать, что смогу измениться. Через какое-то время Элина приобняла меня, вытерла мои слёзы, чмокнула в губы и потащила меня в комнату, где мы лежали в обнимку. Вот та Элина, с которой мы начали встречаться. Та, которой я могу доверять без страха. Та, с которой я чувствовал себя счастливым.