Часть 1

Ночь. В городе часто наступает ночь. Намного чаще чем хотелось бы. И дело не только в злополучных чистильщиках, которые прореживают улицы, подобно табуну разъяренных животных, но и в абсурдной геометрии зданий, что словно тянутся походить на мегаструктуры. Правда, до величия этого невообразимого феномена, им как до звезд пешком. Однако, есть в этой ночи нечто привлекательное. Но привлекательность эта настолько мала, что остальные обыватели города попросту не замечают всей прелести этого времени суток. Ночью… Воля города спокойнее. Меньше активности происходит на поверхности, меньше людей шагают по земле, меньше машин проезжает по заковыристым дорогам. Лишь звуки бесконечной бойни разносятся то тут, то там. И раз повсюду кровь и разруха, то воля города довольна, ведь именно таким и должен быть город. Слишком много выходцев из разных слоев общества думают, что гипертрофированные законы Главы существуют лишь для постоянства его правления. Чуть меньшая часть берет всю свою немалую волю в кулак и пытаются исправить царящие устои. Сломать вековые постулаты. И только единицы посвящаются в угнетающую истину, гласящую, что нынешний строй общества — это лучший из вариантов, к которому они все могли прийти. Я не помню, что было тогда, но по рассказам наставников — никто в здравом уме не захочет возвращения тех времен. Абсолютный хаос, нормы морали были извращены до такой степени, что нынешние догматы кажутся миролюбивой сказкой на их фоне. И все это могло быть и сейчас, если бы не тот, кого привыкли называть Главой. Хотя… Я точно не скажу он это, или они. Даже союзнику Гермеса сложно узнать истину. Кстати о нем. В своих размышлениях я как-то пропустил неистово звенящий кулон на шее. Видимо мои слова о спокойствии ночной глади, стоит дополнить тем, что спокойствие воли города вовсе не означает отсутствие важных моментов, требующих исправления. — Пять часов утра. Двенадцать целей. Один выживший. Одиннадцать мертвых. Приоритет высокий. — Звук полился мне прямо в черепную коробку. Наверное круто быть такой большой шишкой — не стоит обременять себя неудобными бумажками и железками. Я поднялся с парапета крыши, на которой любовался красотами города и тихо спрыгнул рыбкой прямиком вниз. В пару метров от земной поверхности пространство вокруг меня изогнулось, игнорируя все законы физики, образовав портал, и в этот же момент, совершенно в другом районе открылся идентичный ему, из которого вышла высокая фигура, оплаченная в белый, до позерства галантный, деловой костюм. За спиной послышались скрипящие голоса чистильщиков, что попытались просунуться вслед, но к их сожалению — портал мгновенно закрылся, обрубив пару тройку конечностей и голов. Всегда не понимал таких людей. Добровольно стать разумной жижей, обреченную на вечное существование в роли падальщика-уборщика — это еще додуматься надо. С другой стороны… Чем я сам отличаюсь от упомянутых существ, если занимаюсь точно тем же? Премиальный цветной уборщик… Ага… Ну и в бредовой же я реальности живу. Виды вокруг пестрели яркими тонами и так и сочащейся наружу тематикой музыки. Я посмотрел на ближайшее табло, показывающее время. 4:21. У меня есть ещё целых 39 минут на то, чтобы послоняться в округе — прекрасно. Здание сменялось зданием, лавка лавкой, а витрины магазина другими витринами. Всех их объединяло одно — вездесущая приверженность чему-то музыкальному. То банальное изображение скрипичного ключа, то целые ноты, нарисованные на главном прилавке для тех, кто умеет их читать. На лицо медленно наползла легкая улыбка, скрывающая глубокую тоску — даже жаль будет потерять такое место. Но для меня собственные чувства уже давно стали, чем-то нестабильным. На работе есть лишь работа и слепая вера в карманный навигатор. Дома — пушистая кошка и постоянно пополняющаяся полка с книгами. Большего, по факту, мне и не надо. «У каждого есть своя цель, чтобы жить». Так, нерасторопно любуясь видами девятого района. Я подошел к высотному зданию, с блестящей вывеской на входе — «Офис Воскресенья». Двери были заперты, но это и не удивительно в столь поздний час. Даже трудоголичным корректировщикам иногда нужно спать… По крайней мере, большинству, ведь очень скоро по ту сторону окон показалось чья-то взъерошенная голова с робким взглядом. А еще через пару минут, дверь мне открыла молодая девушка с русыми волосами, мешковатой одеждой и громадным мечом на спине, что в совокупности делало её образ довольно… Детским? — Приветствую вас… Эээ… В нашем офисе… Вам нужно что-то конкретное? Или вы просто… Зашли получить автограф? — Тихий стеснительный голос, не стал чем-то неожиданным. Я уже слышал об этом офисе и об этой персоне, в частности. Как жаль будет губить столь юное дарование… А ведь сколько опечаленных душ вдохновляли песни «Сверхновы». — Добрый вечер. Прошу меня простить за столько поздний визит, однако, смею поинтересоваться, как вы относитесь… К Главе? — Вопрос сразу изменил атмосферу вокруг. Сколь безобидно бы не выглядел корректировщик первого ранга, его боевые навыки должны соответствовать собственному уровню, несмотря на социальную неопытность. Глаза сразу сощурились, а стойка незаметно перетекла в удобную для моментального парирования. Нападу я сейчас — и, боюсь, у меня не получится ликвидировать цель тихо. Неудобное положение. — Сугубо негативно… Вам зачем? — Заикания пропали, словно их вовсе и не было. Речь стала отрывистой и четко по делу. Похоже это что-то личное… Не велика потеря. Вербовке подойдет любой из двенадцати, тем более — Ванесса была не лучшим вариантом, что сейчас и подтвердилось. — Не стоит напрягаться. Так дело пройдет лишь проблематичнее и… Неприятнее. Видите ли, уважаемая, к сожалению, сегодня ночью, в следующие десять минут все корректировщики, входящие в ваш офис будут вынуждены… Умереть. За исключением одного единственного наиболее лояльному Городу, который подлежит вербовке. И именно поэтому я интересуюсь, как вы к нему относитесь, ведь этим одним единственным вполне могла бы стать именно ваша видная персона. — В дальнейших переговорах не было нужды. От резкого рубящего удара мне хватило отойти на два шага назад. На последующий за этим выпад с круговым разрезом, потребовалось уже сместиться внутрь помещения. У Ванессы была техника, сила, хорошее знание позиции и умение быстро спланировать боевую тактику, однако, неуязвимости к мгновенному обезглавливанию у неё, по понятным причинам, не было. Что и послужило причиной её смерти. Все таки, предугадать, что следующая атака пройдет не в зоне видимости, а в собственном отражении на стекле — довольно проблематично. Следующие пятеро целей мирно спали в общих комнатах, что позволило им умереть тихо и безболезненно. Двое были до неприличного пьяны и не успели даже осознать, что они в помещении не одни. Один был достаточно умён, чтобы попытаться сбежать, но ему не повезло оказаться рядом с зеркалом. Предпоследняя пара сражалась до последнего вздоха, даже отгадав причину гибели товарищей и оперативно уничтожив все отражающие поверхности, что, однако, не помешало мне заставить стать зеркальной всю комнату. А вот последний… Юный мальчик, что только достиг своего восемнадцатилетия, благоразумно сдался, будучи испуганным столь быстрой и беспрепятственной расправой над всеми остальными. Ему же лучше. Здравый анализ ситуации довольно полезен для будущих когтей, вне зависимости от того, что им знатно промывают мозги на подготовке. Так что, я просто оставил его сидеть в комнате в одиночестве, наказав не подавать и видимости побега — так, агенты C корп обойдутся с ним максимально безвредно. Меня до сих пор удивляет то, что когти набираются не из штата трех центральных корпораций, а собираются по частям с разных офисов высокопоставленных корректировщиков, предварительно очищенных специальными людьми, на подобие меня. Впрочем, на все воля города. На все воля Главы, что не дает этому месту окончательно распасться на кусочки. Обратный путь я провел в тишине, глубоко посвященный в свои мысли. Мне была известна цель совершенного — необходимо было сделать проведение одного из решающих актов в судьбе Города максимально беспрепятственным, а целый офис корректировщиков первого ранга, мог помещать этому. Но все таки — была же возможность избавиться от них другим способом. Направить в другой район, заставить отступить при первых признаках трагедии. Как бы то не было. Это уже решать не мне. Раз было суждено случится этому варианту, то значит так лучше для всех — даже если со стороны он выглядел излишне жестоким. Подходя к границе гнезда я лишь медленно повернулся на гротескную, разрушительную музыку, раздающуюся где-то вдалеке. Совсем скоро очередная глава будет завершена, а Город, будет расписывать новый сценарий, стараясь минимизировать жертвы. Глава посмотрит на всех сквозь призму всезнания и вынесет милосердный вердикт. А такие как я — всего лишь слепо последуют указаниям, ведь как бы не казалось все вокруг неправильным. Это лучший вариант. «Цель оправдывает средства… Не так ли?»