Сокрытие истины

Он прятал от вас всё: истинную суть проекта, роботов и своих планов. Не говорил, что происходило на предприятии, что стало с аргентумом и Захаровым. На все ваши вопросы: « – Дмитрий Сергеевич! Скажите пожалуйста... », « – Дима, прошу, мне очень интересно узнать...», академик отвечал слабой улыбкой и тёплым взглядом, из-за чего вы каждый раз поджимали губы, неловко улыбались и под нос бормотали достаточно частые для вас фразы: « – Ну, Дима... я же тебе доверяю, а ты?... », « – Хорошо, потом расскажешь же, да?». Обычно чёткого ответа на вашу бубнёжку со стороны Сеченова не следовало. Он предпочитал делать вид, что каждый раз ничего не слышит. Вместо этого, осторожно приобнимал ваше тело и проводил рукой по спине, легонько поглаживая. Этими действиями, академик старался задержать вас тут, рядом с ним. Здесь и сейчас, только он и ты, со скрытой правдой между вами двумя. Тайной, что известна одному ему, но не вам. « – Только не ей, иначе больше не будет никого, с кем я могу быть собой... а не чудовищем, что носит в свету маску.» Сеченов не хотел бы вспугнуть вас. Вы – его единственная любимая, которая старается слепо доверять ему, не смотря на то, что он пытается что-то спрятать. Неудивительно, но Дмитрия Сергеевича безумно мучает совесть. Он бы сознался, но узнав правду, вы могли бы сорваться с его рук и улететь, словно птица в открытое окошко. Сеченов морально не пережил бы вашу реакцию на истину, тем более ваше исчезновение из его жизни после этого. Академик бы всё отдал, чтобы рассказать вам, что лежит у него тяжёлым грузом на душе, но его выражение чувств и проявления эмоций идут не через слова, а через действия... или же через контроль. Может, он однажды и сознается во всём, когда будет готов, но тогда будет уже слишком поздно.