Часть 1

      Это было глупостью. Всё это. Причём бесполезной. Совершенно. Все старания мамы обернулись катастрофой.       Эйлин изменяла мужу-маглу — факт. Самым известным темнокожим магическим семейством Британии были Блэки — тоже факт. Был ли Северус рождён от семени кого-то из них? Совсем не факт.       На лицо было лишь то, что кожа его была чёрной. Да и не только на лице. Вообще везде. Стоило только забыть принять зелье. Зелье, которое вовсе не было безвредным. Зелье, которое прибавит Снейпу возраста. Зелье, которое отнимет у него как минимум двадцать лет жизни...       Зелье, которое мама вливала в него с рождения. Мама боялась потерять магла-мужа. Либо же боялась кого-то ещё. Например, Блэков. Снейп не знал.       Сначала принимал зелье ради мамы. Потом ради Лили. Предрассудки, особенно среди маглов, были сильны. Не хотел её напугать. Они общались, и это было здорово.       Когда Северус пошёл в Хогвартс, уже сам варил нужное зелье. Ингредиенты были не самые дешевые, поэтому они никогда не жили хорошо. Но признаваться, что он, возможно, не полукровка, а бастард... Нет, ни за что. У Сириуса Блэка от таких новостей рожа от довольства треснет, а нос достанет зачарованного потолка.       Не хотел Северус ни быть ублюдком, ни быть в родстве с этим... этими! Не надо ему такого сомнительного счастья, как чистокровный статус в обмен на извечные насмешки. Никакие двадцать лет жизни этого не стоили.       Пусть просто думают, что он талантливый полукровка. Пусть.       И всё же Сириус Блэк был костью в горле. Он словно чуял, что Снейп хранит какую-то тайну... Говорили, что это именно Орион, его отец, любил погуливать от своей, кажется, кузины-жены. От мыслей таких Снейпу становилось ещё гаже.       Тихоня Регулус его мало занимал, а вот Сириус был всюду. Сиял как подлинная звезда. А вынужденный вечно скрываться, заложник поспешных решений матери (а может, Орион её принудил? А что им, Блэкам? У них власть и сила!), Северус мучительно завидовал.       Он-то никогда не сможет взглянуть на себя в зеркало столь свободно, как этот... Не сможет. Вон как трясётся над запасами зелья.       Единственный раз едва не пропустил его приём. Когда поссорился с Лили. Но тогда ему повезло. В темноте комнаты однокурсники не разглядели (их он вообще мало занимал, в отличие от мародеров треклятых!), а к утру... разум вернулся.       Если Лили достаточно глупа, чтоб выбрать себе такую компанию, то... Снейп не станет её останавливать. Решить, впрочем, оказалось проще, чем реализовать. Сердце разрывалось, когда он видел, как Поттер подкатывает к Эванс, а она уже не прогоняет его взашей.       Однако следовало смириться. Путь Северуса — это путь лгуна. Миру и самому себе. Одиночество — верный и единственный спутник. Да будет так.       Однако Судьба любит шутить! Снейп и раньше слышал, что Блэки... Они хоть и наследили в других чистокровных родах, но их семейное проклятие — это не только фамильное безумие, но и тяга к родственникам. Не слишком близким, впрочем, троюродным в основном. А то давно б вымерли.       Когда Снейп выбрал одиночество, примкнул к тому, за кем была сила. Может, на службе у него получится превратиться из объекта насмешек в по-настоящему грозного мага. Может, однажды ему даже не надо будет скрываться. Когда его будут настолько ценить за заслуги, что эта маленькая ложь действительно станет маленькой. А остальной мир не посмеет поднять головы.       Северус не учёл, что рядом с Лордом будет она. Беллатриса. Уже не носившая фамилию Блэк, но, без сомнений, бывшая ею от кончиков пальцев и до костей. Прекрасная, фанатично преданная Лорду... но не гнушавшаяся и иных развлечений. Умная, хлёсткая, волевая, в отличие от мужа.       Беллатриса привлекала внимание. Была звездой. Подлинной, яркой... Куда там Сириусу. Но... почему-то она не бесила Северуса.       А привлекала, как огонь глупого мотылька. Только глупцом Снейп себя не считал. Поэтому держался подальше, позволяя себе лишь тихонько наблюдать.       Не думал он, что ещё когда-либо влюбится. И тем более, что это будет замужняя и самая рьяная последовательница Лорда. Противоположность Лили.       Её светлый лик порой тревожил Северуса во снах, они общались, лежали на травке, улыбались... А потом просыпался, и на него накатывала удушливая реальность, где они с Лили на противоположных берегах. Потому что в мире, который хотел построить Лорд, Лили найдётся лишь место на коленях... Будто растоптанному и поруганному цветку.       В этой реальности, полной рейдов, чужой боли и страха, его магнитом влекло к Белле. К тому, как она двигалась и говорила... Она была прекрасна, как сама смерть. Она дарила Снейпу забвение о том, кто он и что творит, смотрел и повторял за ней, чувствуя, как распаляется внутри тлеющий огонёк безумия.       Да, Северус совершенно точно сошёл с рельсов мнимого благоразумия. Он влюбился в психопатку. Хотел её так, что сны с Лили стали посещать всё реже и реже.       Пока не дошёл до точки невозврата: принял зелье, улучил момент, подобрался к объекту своего тёмного сумасшедшего обожания и выложил всё. Что он горит от страсти и готов на всё.       Беллатриса, узнав его, сначала долго смеялась, а потом... Спустила его с лестницы, перед этим назвав трусливым отребьем, что даже самого себя боится. Как он может быть достоин роли её любовника?!       Это было больно. Но боль была отрезвляющей. Наваждение — вот что двигало им в чувствах к Белле. Не более. Погнавшись за мороком, упустил истинные чувства. Наверное, у Беллы с Лили была только одна общая черта... Лили сказала бы ему то же самое: Северус трус.       Но услышать это лично не успел. Лорд отправился за ней... Снейп был сокрушён. Проиграл по всем фронтам... А после обратился к Дамблдору, и... больше не принимал зелье.