Часть 1

Снег в Токио — не как у нас: редкие хлопья, которые мерцают в неоновом свете и тают на ладони, будто обещания. Мы сидим в крохотном изакая на втором этаже, Oleg держит в руках тёплый бокал саке, Камилла крутит соломинку в коктейле с клюквой и каким-то подозрительным виски. За окном реклама рождественских скидок, внутри — наш маленький праздник, где никто не знает, кто мы на самом деле. Я говорю глупости, чтобы скрыть, что боюсь — она смеётся, неожиданно громко, и этот смех создаёт между нами пространство теплее любого пледа. Олег шутит про Санта-Клауса как туриста, который заблудился между небоскрёбами и кофейнями. Камилла кивает, глаза у неё мягкие, но за ними — складка сомнения, которой я боюсь коснуться. Небольшая поэма, которую я говорю вполголоса, потому что так легче: Неон вместо свечи, снег вместо вины, Ты держишь мой бокал, я — твою тишину. Подарки без бирки, слова без причин — Мы отмечаем Рождество, чтобы помнить, что можем забыть. Она хмыкает и кладёт ладонь на мою руку — как проверку, не ушёл ли я совсем. Мы оба знаем, что у нас нет плана: у Олега открыт счёт проблем, у Камиллы — список правил, которые она умеет нарушать только в праздники. Мы выпиваем ещё по глотку. Слова становятся короче, честнее. Где-то между "я не хочу врать" и "не хочу терять" рождается тихая сделка — не спасать друг друга, а быть рядом, пока не надо выбирать. За окном колокольчики торгового центра звенят в трёх тактах, которые не совпадают. Мы платим, выходим на холод, и город шепчет: всё ещё возможно. Камилла тянет меня за рукав, смеётся, как будто нашла крошечную разгадку. Я отвечаю шёпотом, который не обещает, но согревает. И мы уходим в разные стороны или вместе — кто знает. Не сегодня, под снегом и неоном, окончаний пока нет.