Глава 6.Мама.

      Маленькая девочка со светлыми, почти белыми волосами, весело смеётся катаясь на самодельных деревянных качелях, подвешенных на толстую ветку огромного дуба. Её длинные волосы развивались на ветру. Казалось, это ангел спустился с небес.       Это было начало последнего месяца весны. Радостно щебечут птицы. На земле быстро прорастает трава, из почек на ветвях деревьев прорываются молодые листики, каких-то несколько дней и лес не узнать - шумит листвой. .       — Мамочка, давай ещё чуть-чуть покатаемся, — просила она молодую женщину. Её волосы окрасились в светло-голубой, тем самым показывая, что она очень расстроена.       — Милая, скоро стемнеет, я же говорила тебе, что в лесу ночью опасно, — объясняла женщина своему непоседливему чаду, тепло улыбаясь.       — Ну, мамочка, ещё чуть-чуть, — настаивала девочка, смотря на мать щенячьими глазками.       Она никогда не могла отказываться ей, когда та смотрела на неё такими глазами и малышка это знала.       — Ладно, но только не долго, – сдалась молодая мать. Девочка хлопнула в ладошки, а её волосы вновь стали белыми. Покачав головой, Александра — так звали женщину — вновь принялась раскачивать свою дочь.       После заключения своего мужа тюрьму, она решила отдалиться от шумного Лондона и купила дом в маленькой маггловской деревушке — Сноусхил. У магглов он славится своей простой и своими живописными полями лаванды. Так же там есть небольшой лесок, но туда никто не ходит, так считают, что там водятся призраки и полтергейсты. И это правда, но вот говорить об этом Александра не собиралась, её и так считают сумасшедшей из-за того, что она купила дом рядом с этим лесом.       Когда девочка наконец на каталась, она спрыгнула с качели и схватив маму за рука направилась к выходу из леса. Они живут тут уже год и за это время девочка запомнила лес и знает его, как свои пять пальцев.       — Мама, мама, а ты приготовишь блинчики? — спрашивала девочка, когда они уже вернулись домой       — Приготовлю, — кивнула Александра и улыбнулась, когда дочь обняла её.       — Мамочка, а где папа? — вдруг спросила малышка. Этот вопрос ненадолго ввёл Александру в ступор. Она не знала, как рассказать малышка о том, что её папа для всех преступник.       — Он меня не любит и ушел, да? — её глаза стали наполняться слезами.       — Ох, милая, — вздохнула женщина и обняла девочку. — Папа очень тебя любит, просто одни плохие люди подставили его и он не может быть рядом с нами.       — А когда он придет? — всхлипнула девочка уже успокаиваясь.       — Скоро, Касси, — заверила её Александра. — Мама нашла пару доказательств, что папа не виновен и в скором времени папа будет с нами. Ты ведь мне веришь?       Получив кивок со стороны дочери, она улыбнулась.       — Ой, мам! Смотри, там мышка! — крикнула маленькая Кассиопея, показывая пальчиком в угол комнаты.       — Что? Где? — женщина подскочила с места и направила палочку туда, куда показала дочь, но там никого не было. — Тебе, наверное, показалось, беги играть.       Пожав плечами, девочка убежала в свою комнату.       Ночью девочка открыла глаза из-за странного запаха. Поднявшись с кровати, она вышла в коридор и ужаснулась.       Огонь. Повсюду огонь.       — Мама! Мамочка, ты где? — кричала она, но ответа не было.       Девочка увидела тень в кухне и подумав, что это её мама побежала туда.       Забежав на кухню, в глаза девочки ударил зелёный свет.       — Мама! — закричала она, увидев как тело её мамы падёт на пол. — Мама, вставай! Мамочка, нужно уходить!       Безжизненные глаза женщины были устранены в потолок. Кассиопея плакала и кричала, говоря маме, что нужно уходить. Они думала, что мама шутит и вот-вот вновь посмотрит на неё своим добрым и нежным взглядом, но этого не произошло.       — Мама, — тихо сказала Кассиопея, склоняясь над телом женщины. Крыса пробежала возле девочки, но она этого не заметила.       — Кассиопея, Кассиопея, — тихий мелодичный голос звал её, он был таким манящим, таким нежным. Он был как у мамы, но её мама сейчас рядом в ней. Точнее то, что от неё осталось..       Маленькая Кассиопея знала, что такое смерть и раньше она относилась к ней, как к какой-то сказке, но теперь она боится её.       Она забрала у неё маму.       Обернувшись Кассиопея ожидала увидеть огонь, но вместо этого там были черные, ужасающие тени. Что мерзкое приходило в движении вокруг неё, оживало, тянулось к ней и усмехалось. Костлявые руки тянулись к ней, казалось бы они пытаются достать до неё, но каждый раз что-то мешало им.        Девочка с ужасом смотрела на них, а после истошно закричала.       Последняе, что она увидела — это рука накрывающая ее лицо       Девушка дёрнулась и открыла глаза. Ещё секунд пять она была потеряна во времени и пространстве. Сердце бешено билось, а по спине стекал холодный пот. Наконец, она снова зашевелилась. Значит ещё жива. До неё стало медленно доходить, что всё произошедшее с ней только что — сон, просто кошмарный сон.       — Давно меня кошмары не мучили, — не весело усмехнулась Кассиопея, идя в сторону ванной комнаты.       Подойдя к зеркалу, Кассиопея опять усмехнулась. Холодный пот стекает по лицу, волосы спутанны, губы дрожат, а взгляд наполнен страхом вперемешку с презрением.       — Мама, — прошептала Кассиопея сжимая края раковины. Медленно она стала опускаться на пол.       Ей было больно вспоминать самое ужасное воспоминание в жизни. Хотелось заглушить эту невыносимую боль, которая таится на сердце. Заглушить эту боль невозможно, только терпеть. Хотелось, чтобы мама обняла, поцеловала, но это всего лишь мечты. Кассиопея привыкла к одиночеству, надеяться только на себя, не доверять никому, держать всё в себе. Кроме Регулуса она никому не нужна в этом мире.       Слезы душили, а боль в душе не утихла. Хочется, чтобы дядя был тут обнял, утешил, но его тут нет. Придется самой успокаиваться. Глубокий вдох, выдох.       Струйки холодной воды стекали по телу Кассиопеи. Душ после истерики, что может быть лучше. Она уже ненавидела себя за истерику, слабачка, не смогла сдержать эмоции.       «Ты кукла, никто не должен видеть твои чувства» — главное правило Кассиопеи, но даже у неё не всегда получается следовать этому правилу.        Душ хорошо освежил и на лице не было и следа истерики.        Сегодня первый поход в Хогсмид в этом году, а также встреча с Лордом и Леди Ствинсон, сейчас не до истерик.