Глава 4

***

      Ночь накрыла Коноху с головой. Неджи лежал на своем футоне, раскинув руки и ноги в позе звезды. Он всё никак не мог уснуть — мысли коварно вкручивались винтами в мозг. Эта девчонка забила всю голову Неджи думами о себе. Ему не было свойственно это. Ни ярость. Ни страх. Он — Хьюга. Однако она… пробудила в нём то, что он скрывал годами — ненависть к большинству представителей главной ветки своего клана.       — Хикари… — процедил сквозь зубы Неджи, сжимая футон пальцами рук. Слеза покатилась по левой щеке, которую он так и не заметил.       Её имя вязкой массой крутилось вокруг языка. Мерзко. Противно. Какая-то девчонка смогла вывести его из равновесия. Это раздражало. Неджи повернулся на бок, слегка прикусив губу. Нет. Это не имеет значения. У Неджи намечалась очередная тренировка техник с Хинатой, а потому мыслям о девчонке места в его голове не было.       Спустя какое-то время солнце окончательно встало. Оно безжалостно палило, но, несмотря на это, во внутреннем дворе клана Хьюга было довольно прохладно. Ветер легкими дуновениями обволакивал, вызывая мурашки.       Неджи стоял, небрежно заложив руки за спину. Его взгляд — спокойный, почти отстраненный, был прикован к кузине. Хината же, приняв классическую стойку «Мягкого кулака», слегка согнула колени, сосредоточенно выдохнув. Она активировала Бьякуган. Около глаз выступили белёсые вены.       — Начинай, Хината-сама, — голос Неджи прозвучал сухо и ровно.       Она же ждать не стала. Сорвавшись с места, Хината в ту же секунду оказалась перед ним. Серия быстрых ударов ладонями рассекла воздух — она метила в танкетсу на плечах и груди Неджи. Он, в свою очередь, даже не двинулся с места. Его движения были текучими и экономными: легкий поворот бедра, едва заметное смещение корпуса — и ладони Хинаты проходили в миллиметрах от его одежды. Он словно танцевал в порыве боя, предугадывая траекторию ещё до того, как она завершала выпад.       — Слишком прямолинейно, — холодно прокомментировал Неджи.       Он не атаковал сразу. Лишь сделал шаг вперёд, вынуждая её отступить. Его движения стали быстрее — но не резче. Холоднее. Как будто он больше не тренировался, а проверял предел. Он резко выставил ладонь, блокируя запястье Хинаты, и мягким, но точным толчком отправил её назад. Она приземлилась бесшумно, тут же сгруппировавшись.       Хината сменила тактику. Она не пошла в лобовую атаку, а начала кружить вокруг него, создавая обманные движения. На долю секунды Хината замерла. Что-то было не так. Он двигался слишком точно. Без пауз. Без привычной сдержанности. В какой-то момент Хината сделала ложный выпад в сторону его колена. Когда Неджи перенес вес, она развернулась, нанося удар снизу вверх по направлению к его подбородку. На этот раз глаза Неджи сузились.       Атмосфера изменилась, когда он пропустил тот самый рискованный выпад Хинаты. На мгновение её движение наложилось на другое. Резкий шаг. Срыв чакры. Чужие эмоции, врезающиеся в сознание. Хикари. На его щеке осталась тонкая царапина от её пальцев, которые лишь чудом не заблокировали его танкетсу.       — Ты называешь это тренировкой, Хината-сама? — голос Неджи звучал ровно. Слишком ровно. Хината едва успела принять стойку, как Неджи рванул вперёд. Это уже не был учебный бой. Его движения стали резкими, почти судорожными. — Восемь триграмм: Вакуумная Ладонь! — выкрикнул он, не дожидаясь сближения. Неджи сделал ещё один шаг. Слишком близко для учебного боя.       Ударная волна чакры сбила Хинату с ног, отбросив её к деревянной стене павильона. Она еле успела сгруппироваться, как Неджи уже был над ней. Он не дал ей шанса встать. Его ладони, окутанные синим сиянием, обрушились на неё. Каждый удар был слишком точным — опасно точным для тренировки. Он не давал ей пространства. Не давал передохнуть. Каждый удар был точнее предыдущего — и тяжелее, чем требовалось.       Хината блокировала удары, с трудом сдерживая его напор. Её руки горели от боли. Дыхание сбилось. Неджи не смотрел на неё, как на кузину, — его Бьякуган, проступивший особенно ярко, казался бездонной пропастью ярости.       — Зачем ты вообще продолжаешь? — Он нанес мощный удар в плечо, от которого Хината вскрикнула.       — Это не ты… — выдохнула Хината, с трудом удерживая блок.       Очередной удар Неджи пришелся в блок Хинаты, однако он не остановился. Вместо этого схватил её за запястье. Его пальцы впились в кожу так, что она почувствовала, как по венам пробежал электрический заряд подавляемой чакры. Он собирался провести серию восьми триграмм с такой силой, которая могла навсегда вывести её из строя. Хината увидела, как в его зрачках задрожал гнев.       — Неджи, остановись! — Она попыталась оттолкнуть его, но он лишь сильнее прижал её к стене.       Он занес ладонь для решающего удара в грудь, в самый важный танкетсу, способный лишить её контроля над чакрой на долгие часы. В её глазах не было страха. Только понимание. И это злило сильнее, чем сопротивление. Его лицо исказилось от внутреннего напряжения. В этот момент, всего за секунду до удара, в его голове что-то щёлкнуло.       Неджи резко остановил руку в миллиметре от тела кузины. Воздух между ними застыл. Дрожь пробежала по его пальцам. Он тяжело, хрипло дышал, глядя на Хинату, которая, несмотря на боль, взгляд не отвела. Неджи отпрянул, словно обжегся. Ярость ушла так же внезапно, как и пришла, оставив после себя лишь холодную пустоту и отчетливое осознание собственной потери контроля.       Он не проронил ни слова. Развернувшись на пятках, он стремительно покинул двор, оставив Хинату одну посреди тишины, нарушаемой лишь её сбивчивым дыханием и шорохом листьев. Он не посмотрел на неё. И именно это было хуже всего.       Неджи двигался в сторону центра Конохи, потому что оставаться там больше не мог. Он заметил пробегающих неподалёку детей, что, вероятно, играли в жмурки. Какая-то неизвестная ему птица издала режущий ухо звук. Всё так и кричало: «Забудь обо всём и расслабься!», однако Неджи эти возгласы искусно пропускал мимо ушей. У него была чёткая цель, к которой он уже шел не первый год — стать сильным шиноби и доказать, что «нечистая» кровь — не приговор. Зубы крепко сжались.       «Да. Но не все становятся… оружием», — вчерашнее воспоминание пронеслось в голове Неджи.       — Не хватало ещё думать о… — перед глазами Неджи вспыхнул образ. Улыбка. Запах жжённой чакры… Хикари.       Он попытался отогнать мысль. Не вышло. После вчерашнего вечера это казалось непосильной задачей. Картинка из вчерашнего вечера наложилась на реальность.       Стоило Неджи выйти из пещеры — он сразу двинулся в сторону кланового поместья. Желания идти домой не было, но и оставаться рядом с ней не хотелось. Его пальцы начали настукивать рваный ритм. Пускай они с Хикари и были довольно близки по крови, она слишком отличалась от него. Пока Неджи всегда держал себя и свои силы под контролем, она срывалась, терялась и мешалась под ногами. Шаг ускорился. Дыхание участилось. Он не мог понять, откуда в его голове взялись мысли о ней, и это нещадно выводило из себя. Неджи остановился. Повернул на полпути до дома и пошёл в сторону центра Конохи. Если он придёт домой в таком состоянии — ничем хорошим это не закончится.       Знакомый голос послышался где-то поодаль. Неджи резко остановился. Он шагнул в тень, прижимаясь к стене.       — Ты преследуешь меня, что ли… — почти беззвучно выдохнул Хьюга.       — И поэтому ты потом извинялся? — пролепетала Хикари. И он почти почувствовал, как на её лице всплыла ухмылка.       — Фу, — на этот раз проговорил кто-то посторонний. — Почему вас до сих пор не добили?       Ничего нового или удивительного Неджи не услышал, а потому уже собирался уходить, как его мысли прервали:       — Люди сейчас… сами не свои.       Хьюга нахмурился. Этот мужской голос показался ему знакомым, однако он не мог вспомнить, где его слышал. Но понял одно: это был её соклановец. От них всегда пахло… по-особому. Поскольку Неджи с представителями клана Шиншин общения не имел, даже предположить, с кем она ошивается, он не мог. А даже если и мог бы — это и вовсе не его дело, где и с кем она гуляет. Пальцы Неджи невольно сжались в кулаки. Слишком много её в его голове. Она явно с ним что-то сделала.       Неджи схватился рукой за голову. Чувство, словно ткнули иглой в мозг, пропитало его от головы и до пят. Воспоминания отдавались в голове гулом. Всё, что он успел понять за это время: она, может, и бесполезна, но опасна. По крайней мере, ему хотелось так думать.

***

      Для Хикари утро началось не с пробивающихся лучей солнца сквозь щели в сёдзи, а с возгласа матери:       — Ты на задание опоздаешь, сколько можно спать? — прикрикнула Мирэй.       Девочка подорвалась с футона, почти подпрыгнув. Хикари начала в спешке расчесывать свои каштановые волосы и тут же заплела их в высокий хвост, оставив две пряди у щёк. Не теряя времени, она так же быстро оделась и, не пообедав, рванула в сторону «их места».       Хикари гналась по улицам Конохи, едва не сбивая прохожих. В голове всё ещё гудело после внутренней спешки, а живот неприятно урчал. Всё же она знала: это не будет достойным оправданием для Гая-сенсея. Если он уже на месте, её обязательно будет ждать наказание в виде пятисот кругов на руках вокруг деревни.       Однако на «их месте» её ждала сцена, от которой Хикари невольно затормозила, активировав Рэйсайган.       Неджи уже был там. Он стоял к ней спиной, идеально прямой, словно натянутая струна. Но его аура… Хикари зажмурилась на секунду. Вместо привычного глубокого синего цвета, от Хьюги во все стороны разлетались тёмно-красные всполохи, когда как в самом центре, над сердцем, пульсировало тяжелое фиолетовое пятно.       Он на взводе. Что с ним опять не так?       — Ты опоздала на четыре минуты, Хикари, — голос Неджи прозвучал сухо, как треск льда. Он даже не обернулся.       — И тебе доброе утро, — выдохнула она, стараясь выровнять дыхание. — Где Ли и Гай-сенсей?       — Гай-сенсей уже у Хокаге. Ли тренируется на склоне. Нам пришел срочный запрос на сопровождение. — Неджи наконец повернулся. Его глаза, обычно холодные и пустые, сейчас казались Хикари едва ли не обжигающими. — Ранг «В». Охрана каравана торговца оружием. И я советую тебе собрать свои мысли в кучу. Если ты будешь и дальше витать в облаках — станешь обузой.       Хикари почувствовала, как внутри неё поднимается волна негодования, почти ощутимо колючая.       — Обузой? Неджи, я вижу твою ауру. Ты сам сейчас похож на грозовую тучу. Может, это тебе стоит выдохнуть, прежде чем мы выдвинемся?       Неджи прищурился. В его ауре на мгновение вспыхнул мерцающий жёлтый — интерес наряду с недоверием.       — Ты слишком много видишь того, что тебя не касается, — почти выплюнул Неджи. — Сфокусируйся на миссии, — холодно добавил он, и тут же задорный голубой огонек в глазах Хикари потух.       Через два часа команда была уже далеко за пределами Конохи. Путь лежал через «Лес Шепотов» — место, которое славилось своими плотными туманами. Торговец, грузный мужчина с вечно бегающими глазами, нервно сжимал поводья своей повозки.       — Здесь… здесь они обычно нападают, — пробормотал он, оглядываясь на серые заросли.       — Успокойтесь, — коротко бросил Неджи, активируя Бьякуган. — Мы здесь не для того, чтобы слушать ваши страхи.       Хикари вновь активировала Рэйсайган, используя технику «Канжёши». Мир вокруг преобразился. Деревья были серыми и безжизненными, но туман… туман был пропитан чужим, искусственным синим цветом чакры.       — Ли, Неджи, это не просто туман, — негромко сказала она, пристраиваясь справа от повозки. — Кто-то очень хочет, чтобы мы начали паниковать.       — Я вижу их. — Неджи проигнорировал её предостережение, хотя Хикари заметила, как его собственная аура стала еще более плотной и чёрно-синей. — Трое слева, двое на деревьях. Они не двигаются.       — Они ждут, — добавил Ли, который до этого момента подозрительно молчал. — Гай-сенсей говорил, что в этом лесу нападают только тогда, когда жертва начинает кричать.       Внезапно из тумана донеслись звуки. Шепот. Тысячи голосов, каждый из которых повторял их имена. «Неджи… ты никогда не сбежишь от своей судьбы…» «Хикари… ты всего лишь марионетка своего клана…» Торговец вскрикнул и выронил поводья.       — Они здесь! Они повсюду!       — Тише! — Неджи резко обернулся к торговцу, и Хикари увидела, как его рука непроизвольно дернулась, словно он хотел ударить мужчину, чтобы тот замолчал. Аура Хьюги тут же вспыхнула алым.       Хикари поняла: если она сейчас не вмешается, команда развалится под этим давлением. Она подскочила к Неджи и, не заботясь о том, как это выглядит со стороны, схватила его за предплечье.       — Передача эмоций, — прошептала она.       Она не пыталась сделать его счастливым. Она знала, что он этого не примет. Вместо этого она «вложила» в него то, что чувствовала сама по отношению к лесу — чистый, кристальный холод и сосредоточенность. Неджи вздрогнул. Его Бьякуган на мгновение деактивировался и включился снова. Аура вокруг его плеч, где касались пальцы Хикари, внезапно очистилась, приобретая светло-синий оттенок.       — Что ты… — начал он, но Хикари уже отпустила его руку и развернулась к лесу.       — Они прямо перед нами! — крикнула она. С помощью Кандзё Вайкёку Хикари поймала эмоцию одного из наемников в тумане — его предвкушение легкой добычи — и вывернула её наизнанку, превратив в парализующий ужас. В кустах послышался глухой удар — кто-то из нападавших просто свалился с ветки, не в силах пошевелить даже пальцем.       — Ли, на двенадцать часов! — скомандовал Неджи.       Его голос вернул прежнюю стальную уверенность, но Хикари видела: глубоко в его ауре, там, где была «игла» её вмешательства, на секунду проступило крошечное, почти незаметное белое пятно. Ли сорвался с места, превращаясь в зеленую молнию. Начался бой, который для обычных шиноби стал бы кошмаром, но для этой команды превратился в четкую, почти хирургическую операцию.       Пока Ли и Неджи зачищали лес, Хикари стояла у повозки, тяжело дыша. Использование Рэйсайгана в таком густом «эмоциональном супе» давало о себе знать — в висках начинало пульсировать. Когда всё закончилось и наемники были связаны, Неджи подошел к ней. Он молчал долго, глядя на то, как она вытирает пот со лба. Хикари взглянула на него и замерла. Его аура больше не была чёрной или красной. Она была глубокого синего цвета, но по краям едва заметно мерцал мягкий жёлтый. Он изучал её. Снова.       — Не делай так больше без предупреждения, — наконец произнес он. — Это… дезориентирует.       — Тебе помогло, разве нет? — хмыкнула Хикари.       Неджи ничего не ответил. Неджи просто отвернулся и пошел проверять путы на пленных. Ему было все равно на неё. Но теперь он начал ценить её помощь. И для Неджи Хьюга это было гораздо опаснее.