Неизученная патология

В скучных серьёзных книжках, называемых медицинскими справочниками, находится огромный список всяческих заболеваний, синдромов и патологий. Простым смертным, конечно, познать абсолютно всё написанное там практически нереально—это забота специально обученых тому людей. Но та патология, о которой пойдёт речь, не числится ни в одном справочнике. Она практически не изучена. Неизвестно, отчего она может возникнуть и как от неё избавиться. Она может вписываться в жизнь человека как влитая, практически не влияя на рутину, а может доставлять боль. Пусть та боль и не сравнима с болью от сожжения заживо, но всё равно от неё мало приятного. Всё в груди точно сжимается, как будто тянет. Боль эта вовсе не физическая, как может показаться на первый взгляд—она душевная. Многим пациентам знакомо то самое чувство, когда в груди всё тянет, ноет и режет, а тело пробирает мелкая дрожь. И всë это нарастает в моменте до такой степени, что хочется кричать, плакать, рвать и метать. Вполне могла обратиться с этими симптомами в поликлинику Анастасия Константиновна Кисегач, если бы у той когда-нибудь сдали нервы, и она всё-таки обратилась за помощью. Сначала состоялся бы такой диалог с врачом: -На что жалуетесь? ‎-Перепады настроения. Апатия. Периодические болевые ощущения в области сердца. Иногда бывает тремор. -То есть у вас возникают некие приступы боли в области сердца и тремора, верно? -Да. -Хорошо.. Как вы можете описать боль в сердце? -Не в сердце... Где-то в том районе. Такая, знаете, тянущая будто бы... Доктор бы что-то быстро записал на листке бумаги. -Как давно приступы начались? -Лет 20 назад, со студенчества. -Милочка, чего ж вы тянули до последнего? -Думала, само пройдёт. Врач бы громко цокнул языком, сделал очередную пометку и сказал, не отрывая взгляда от бумаги: -Индюк тоже думал, да в суп попал.— доктор наконец поднял взгляд на больную —Связаны ли приступы с чем-то? Или, может, с кем-то? Всё бы умолкло на мгновение. Женщина бы потупила взгляд. -Кто он? -Муж. Врач бы усмехнулся и буркнул нечто вроде:"муж объелся груш." Доктор не дурак, понял бы сразу, в чём дело—такие случаи ему попадались бы наверняка не в первый раз. Можно было бы поставить диагноз, не глядя, но всё же он решил бы расспросить более подробно—то ли ради приличия, то ли для того, чтобы убедиться окончательно. -Что ж там за муж-то такой у вас? -Сволочь редкостная, а не муж! Он хам, самодур и эгоист! — Анастасия вскипела бы. -Так, давайте не будем рубить с плеча! Вы мне лучше поподробнее расскажите. Женщина опешила. А что, собственно, сказать-то про него? -В каком смысле "поподробнее"? -Как познакомились, как пришли к тому, что имеете сейчас, как он к вам относится. -Послушайте, причём здесь мой муж? -Ну как же, это всё взаимосвязано! Так и не поняв бы, как это связано, Кисегач бы подумала:"надо, значит, надо" и стала рассказывать, расплываясь в улыбке... -Познакомились мы в... 1985 году, по-моему.. Мы учились на одном курсе медицинского. Он был байкером, вёл разгульный образ жизни и плевал на всякие нормы, а я была старостой, отличницей.. Он меня долго добивался, а я ему всё время отказывала. Потом я всё-таки согласилась быть с ним... Анастасия бы замолкла. Улыбка бы также медленно испарилась с её лица, как и возникла. -А что потом было? -Изменил. Я на него сильно обиделась и оборвала с ним всякие связи. После института вышло так, что нас отправили работать в одну больницу. Дальше как-то всё закрутилось, и у меня появился муж и родился сын, и у него появилась жена и родилась дочка. Потом мы оба развелись... И как-то так получилось, что мы во время корпоратива напились и после.. переспали. А потом снова и снова. Я ему говорила, что это в последний раз, но.. не получалось и всё тут! Врач слегка кивал бы головой, слушая тираду Кисегач. Она уже вскоре успела бы рассказать и про первую попытку съехаться, результатом которой оказалась измена, и про его страх переходить на какой-то более сложный этап отношений, и про их крайне необычную роспись, и про то, что сыном занимается она фактически одна, и про его ревность к Виктору—про всë. -В целом, картина мне ясна. Скажите ещё, пожалуйста: у вас есть желание совершить что-то безрассудное или необъяснимое ради этого вашего мужа? Что-то, не поддающееся логике? А у Кисегач одним лишь желанием не обходилось—она всегда переходила к действиям. Сколько раз уже Анастасия вела сама с собой такой диалог: -Почему простила его, когда он тебе изменил с девочкой на два курса старше? -Я не знаю. -Почему каждый раз после выпивки ты хотела оказаться с ним? -Я не хотела. -Ты хотела этого. Иначе вы бы не просыпались каждый раз в одной постели. Почему ты хотела этого? -Не знаю. -Почему ты хотела с ним жить? -Я не знаю. -Почему ты простила его, когда он, напившись, уехал к другой? -Я. Не. Знаю. -Почему ты была с ним несмотря на то, что он не хотел звать тебя замуж? -Не знаю. -Почему оставила ребёнка от него? Почему аборт не сделала? -Я не знаю. -Ты понимаешь, почему ты поехала за ним в Петербург, бросив всë? -Нет, я не понимаю. -Настя, хватит врать самой себе. Ты понимаешь, почему ты это сделала. Быть может, Кисегач где-то в самых далëких недрах подсознания и правда понимала причину всего этого, да вот только это признавать упорно не хотела. Анастасия бы тихо усмехнулась и ответила тому врачу: -То, что я всё ещё с ним и не могу его бросить, уже логике не поддаëтся. Доктор, сделав финальные заметки на листочке, подписал бы снизу страшный диагноз:"любовный синдром". -Всё предельно ясно:это любовь. -Что, простите? -Любовный синдром, если выражаться врачебным языком. -Подскажите, пожалуйста, это как-то лечится? -Это заболевание мало изучено. Предположительно лечится только на ранних стадиях, ваш случай уже слишком запущен. Но учëные могут только предполагать -Доктор, а что же мне делать? -Примириться с этим диагнозом и жить дальше. Да, сложно, но с этим возможно жить. Вы сами же—явный тому пример. -Ладно, спасибо огромное, доктор... И Кисегач ушла бы... Вот только умолчала она об одной важной детали:она не совсем была уверена в том, что он испытывает то же, что и она. Вернее, не уверена в этом от слова совсем. А всё-таки зря она сомневалась.. ведь если бы её супруг, Андрей Евгеньевич Быков, решил посетить врача—при всей своей ненависти к этому делу—дабы выяснить причину таких же, как и у жены, симптомов, беспокоивших его также более 20 лет, то в его историю болезни внесли тот же самый диагноз:любовный синдром..