Часть 1

Просыпаться с утра, когда не надо было никуда бежать, а впереди ждал относительно свободный денек (деловые переговоры по телефону за дела не считались, они особо сил не тратили, и часто они могли перейти в пьянку в реальности, что было только плюсом) — вещь охрененная, но еще охрененней, когда ты делаешь это в компании симпатичной дамы, и лучше всего, когда формы у этой дамы сочные. Сиси, как говорится, это лучшее, что было создано в человеке, и с этим утверждением глупо было спорить. Содзе и не спорил; он предпочитал делить постель с самыми симпатичными дамами из Новой Йошивары, но у него были свои заскоки: например, он терпеть не мог, когда с девкой не о чем было побазарить, потому между глупой красоткой и начитанной серой мышкой он выбрал бы вторую, с которой пусть провел время в постели не так весело, но зато потом бы поговорил по душам. В целом, его вкусы Новая Йошивара знала отменно, потому проблем с подбором девушек у него не возникало. Часто он приходил именно в сам блядушник, чтобы не тратить время девушки на дорогу, и хозяйка обычно этому только радовалась. Не радовалась только, когда он назвал это место своим именем, отчего ему приходилось закатывать глаза, исправляться, платить ей немного больше, чтобы не зудела. Это у них с хозяюшкой были такие заигрывания. С ней в постели они были лишь пару раз, и это было не развлечение за деньги, а что-то вроде диалога по душам — то есть, халявно, но без всяких дополнительных услуг, и сиськи ему помять не дали. Но это так, к слову; сегодня он проснулся ближе к десяти в постели с одной из работниц, красящей волосы в персиковый цвет. Девица была на редкость умной и болтливой, и Содзе нравилось слушать ее речи и жалобы, пока его нос утыкался ей куда-то между булок. В общем, время они провели задорно и весело. Когда она поднялась, Содзе недовольно застонал и прикрыл глаза, потому что следом она распахнула шторы. Силуэт ее на фоне уже взошедшего солнца выглядел красиво, а когда она обернулась, ее волосы заиграли золотом. Впрочем, оплаченное время уже кончилось, потому Содзе мог только смотреть, но не трогать. Он чувствовал себя слегка обиженно. Можно было бы доплатить, конечно, но сейчас сюда влетит хозяйка и начнет сосать из него деньги, словно вампир. — Ой, Гэн-сан, ты так сладко спишь! — он позволял ей звать себя по имени, потому что она всегда приятно тянула это «сан» на конце. Девочка знала свою работу. Это Содзе уважал больше всего. — Тут матушка приходила, говорит, там у дверей какой-то хрен стоит, тебя дожидается! — Надеюсь это не еблуша с ирокезом, видеть не хочу. Если сюда реально заявился один из близнецов, головы ему не сносить. Впрочем, это вопрос индивидуальный. Может, он пришел с банкой пива и поболтать о всяком, бывало такое, что хотелось потрепаться от души, тогда будет жить; если с какими-то срочными тупыми вестями, то будет искать свою жопу в другом районе Токио, ведь Содзе испытает на нем новенькое добытое оружие. «Курегумо»… Сам факт, что он получил в руки такой меч, делал утро еще лучше! Прошла всего пара дней, а он все еще не мог нарадоваться. Настоящая реликвия войны!.. Но с такой опасной игрушкой в постель не прыгнешь, потому он оставил ее хозяйке. Та была женщиной надежной и продавать меч не стала бы, зная, что Содзе крайне злопамятен. Потому он решил, что хватит валяться в постели, и так уже проспал дольше обычного. Он поднялся, быстро сгонял в душ, натянул на себя одежду — сегодня из верха на нем была только белая толстовка, без остальной части костюма — а потом сунул между грудей девочке пару крупных купюр, отчего она наградила его смачным поцелуем в губы, так сказать, обоюдные чаевые. Спустившись вниз, Содзе кивнул хозяйке и протянул руку. С клинком она передала ему ту же новость о госте, но добавила: — Это не твои парни. А вот это было уже любопытно. Содзе подозрительно на нее глянул. — Надеюсь, это не ссаные «Камунаби». Если ты меня сдала, я обижусь. Иногда его обида заканчивалась кровопролитием. — Молчел, — это она так говорила «молодой человек», — выглядел скорее похожим на бандита твоего уровня. Нужно мне тебя кому-то сливать, ты даже не скрываешься. Грош цена такому крысятничеству. — Ну че ты меня обижаешь, коза, я не бандит, а торговец! Хозяйка смерила его взглядом, словно только что услышала огромнейшую в мире чушь, и Содзе одарил ее солнечной улыбкой. Ну ладно, может, немножечко бандит. Он вздохнул, а потом натянул сапоги, и на выходе постучал носком о пол. Если что, он драпанет. Не было ничего постыдного в побеге, наоборот — тактика!.. Или как там сейчас это называлось, чтобы друзья над тобой не гиенили, что ты как последняя ссыкушка слинял. Затем Содзе резко дернул шторы на выходе и закрыл глаза рукой от яркого солнца. Впрочем, кислое выражение лица у него не изменилось, потому что он увидел, кто его ждал, и зрелище пусть и не было самым ужасным, но все же его озадачило. Когда Юра сказал, что решил доверить единственный свободный от пожизненного контракта клинок человеку со стороны — пусть и человеку довольно известному, имевшему с ними контакты — Кугури посчитал, что у босса опять смешное настроение, и он просто решил пошутить. С Юры бы сталось. Некоторые его серьезные заявления в своем роде являлись ироничными предположениями или теориями о дальнейшем, и в быту (потому что на заданиях Юра давал строгие инструкции, за что все были ему благодарны) он порой не мог понять, опять ли тот решил пошутить или нет. Так было и с Содзе. Сначала Кугури посчитал, что Юра просто сказал первое, что пришло ему в голову, мол, первый меч надо тестировать не на своем человеке, а на стороннем, кого не жалко будет пустить в расход, но, как оказалось, ни хрена он не шутил. «Курегумо» отошел Содзе, который на встрече чуть не обоссался от восторга. Впрочем, Кугури судить его не мог. Он бы и сам стоял с открытым ртом, если бы ему позволили не просто подержать реликвию войны (он так и стоял, когда ему дали меч, что предполагаемо должен был отойти ему), но и позволили бы заключить с ним контракт. С Содзе они были знакомы, так что его восторг был Кугури ясен — фанатик Рокухиры Кунисигэ получил в руки его оружие, то, что Содзе не начал прямо тут же чуть ли не обнюхивать клинок было разве что простым этикетом; страшно было вообразить, что он планировал делать после. Впрочем, в одном у Содзе было неоспоримое преимущество — мозги у него были на месте. И он знал, как обращаться с клинком. В смысле, не как фехтовальщик, стиля у него толком не было (уличный стиль — херня, а не школа, что бы вам кто не говорил), а в том смысле, что он задротил знания о магических мечах так, что сразу же знал все базовые способности и способы их комбинаций. Первый прогон прошел на глазах у Кугури, и тогда Содзе расхерачил одно из заброшенных зданий за считанные секунды, и это при том, что меч он держал всего-то минут пять. Чей это был талант — самого Содзе, или же Рокухиры Кунисигэ, что создал такое оружие — было сказать сложно. В отличие от идиота Хирухико, который не планировал готовиться к наследованию клинка, Кугури к своему долгу отнесся старательно. Он брал с собой меч (потому что Содзе сказал, что необходимо было проникнуться клинком на полную, то есть, спать и есть с ним, и пусть это звучало глупо, в этом был смысл) везде, но только в чехле. Кто знал, чувствовал ли контрактник, что Кугури делал с его оружием. Он тренировался до седьмого пота, и когда он снова занялся этим с утра пораньше, Тото наконец не выдержала и рявкнула на него: — Иди уже к своему дружку, подрочите на мечи вместе! Задолбал! И Кугури подумал — какая славная идея! Тото тогда застонала. — Кошмар. Меня окружают идиоты. Я пожалуюсь Юре. — Да, да, я это уже слышал… Найти Содзе было несложно; его парни знали, кто такой Кугури, и с радостью сообщили ему, что тот пошел в район Новой Йошивары, чтобы развлечься с девочками. Ходил он всегда в одно и то же место, и у хозяйки он уточнил, что Содзе и правда тут — точнее убедился, что она начала ему угрожать, что означало, что информацию о клиенте она выдавать не собиралась. Догадка оказалась верной, и на утро (относительное утро) Содзе наконец появился на пороге. Он выглядел слегка взъерошенным после сна, зевал, но приходу Кугури будто и не удивился. Тот же обвел товарища взглядом, цокнув языком, мол, ну что за вид, но особо придираться не стал. В отличие от неуча Хирухико, который отказывался внимать голосу разума, Содзе хотя бы соглашался, что хорошо было бы обучиться нормальному стилю — просто ему было лень. Они взглянули друг на друга. Содзе без костюма выглядел не так солидно, хотя он и галстука-то никогда не носил. О чем вообще речь? — Че надобно? — Я пришел к выводу, — перешел сразу к делу Кугури, и Содзе тут же закатил глаза, — что с тобой мне удастся понять клинок лучше всего. — Оп-па. Это че-то новенькое. Я думал, ты мне опять будешь читать про владение клинком и прочее пафосное ля-ля. — Ты с уважением относишься к мечу. Это уже хорошо, — вдвоем они двинулись прочь из Новой Йошивары. Попутно Содзе одаривал встреченных на пути девиц жадной улыбкой, от которой у другой любой девушки, его не знавшей, по коже пошли бы мурашки. — Когда-нибудь ты поймешь, что для лучшего владения клинком тебе понадобится знание стиля, и тогда я буду тут как тут. — Ой, Кугури-сэнсэй, но я не хочу учиться день и ночь! У меня столько дел, столько дел! Порой Содзе мог раздражать ничуть не меньше Хирухико; у них было нечто общее в том, что они были двумя доебистыми идиотами, которые слушали в основном только себя, но Содзе был охреневшей псиной по профессии — ему полагалось выплясывать перед клиентами, чтобы те не слишком выпендривались, но и не злились, в общем, игра на нервах была его особым умением и даже шармом. Это Хирухико просто был тупым, еще не вышедшим из стадии подростка. К счастью, в отличие от того же Хирухико, Содзе знал, когда его мнение нахрен никому не сдалось, потому он уважал чужие границы и быстро замолкал, если ситуация того требовала. У ворот внутрь, где сейчас никого не было — работало местечко вечерами и ночами — они взглянули друг на друга, и Содзе упер руку в бок. — И как это бы собираешься постигать? — Ты уже получил меч, — Кугури пожал плечами. — И у тебя неплохо получается им управлять. Я бы хотел посмотреть на твою рутину. — Рутину?.. Да так и скажи, что просто хочешь со мной потусить. Взгляд Кугури мгновенно потемнел. — Нет. — Да все ок, не ссы, я знаю, что я такой охрененный, — Содзе поманил его рукой за собой, явно намереваясь куда-то идти. По пути он с важным видом заявил: — Тебе повезло. У меня тут пару дней назад на базе случился ссаный пожар, так что туда я пока идти не хочу, но вот по моим особым местам мы пошляемся. — Пожар? Что-то случилось? — Пожар, мать его, случился. Че за тупой вопрос? — они обменялись взглядами, и Содзе устало пояснил, будто это был уже не первый вопрос: — Девка из клана Кенаги попыталась слинять и спалил половину оборудования. Еще и людей моих убила. Пипец, вот от кого я такой прыти не ожидал. Она себе руку отгрызла, представляешь? Но ладно бы это, она дала своей дочери сбежать, а сама померла. — Они разве не бессмертные, Кенаги? Теперь настал черед Содзе смотреть на Кугури, как на идиота. — Это херня, дружище. Бессмертие, в смысле. Она просто перестала регенерировать и все. Так и сдохла. Если бы не меч, я бы сейчас только на веселых порошочках и пивасе сидел, иначе как вогнать себя в рабочее настроение? — Ну ты и лошара. Содзе, неожиданно, не стал драматизировать и возражать, как он исходил говном на такие заявления обычно. — Да не говори, так обосраться — это надо уметь. Ну ладно, зато какая красота! — он стянул с пояса «Курегумо» и повертел его в руке. Кугури закивал. Выглядел меч великолепно, этого у шедевров Рокухиры Кунисигэ было не отнять. — Ссаный шедевр! За такое можно даже душу продать! Даже магию! Способности — это все херня, вот когда тебе в руки попадается такой меч… Ты только не говори Юре, что я как малолетняя фанатка тут ссусь от восторга, а то как-то странно будет. — Я думаю, он в курсе. — Даже знать не хочу, че он обо мне думает. Впрочем, похер, — Содзе вернул меч на пояс и серьезно взглянул на Кугури. — Ладно, сейчас я начну тебя посвящать тебя в тонкости постижения магического меча. Я к этой херне всю жизнь готовился, так что мотай на ус и навостри ушки, повторять не буду. Понял? Кугури кивнул. Наконец-то расшаркивания закончились, и они перешли к делу. Он понятия не имел, как именно Содзе планировал постигать меч лучше, но почему бы не попробовать его неортодоксальные методы. Всегда стоило учиться чему-то новому, а не как Хирухико, который думал, что это легко, мол, получил в руки оружие бога — и гуляй свободно. — Сперва — надо подкрепиться. … пожалуй, методы Содзе были слишком уж неортодоксальными для Кугури. Он все же ждал от этого умника хоть чего-то близкого к своему пониманию пути меча. Что-то вроде медитации, или, может, длительной тренировки. Но вместо этого они сидели в мелкой едальне, где им подали заказ Содзе. Какая-то сладость. Сначала Кугури хотел отказаться, мол, какие еще сладости на завтрак (то есть, на завтрак для Содзе, для Кугури это был уже обед), но тот, выслушав его жалобу, просто закатил глаза и легкомысленно отмахнулся. — Не шаришь. Сначала надо найти баланс в себе, все такое. Гармонию, ебать ее в сраку. — Сладостями? — Сладкое — это охеренно, — заметил Содзе, беря в руки палочку данго. Он указал ею на Кугури. — Текстура тягучая, но потом запиваешь чаем и сразу чувствуешь приятное послевкусие от микса горечи и сладости. Плюс сахар нужен для мозгов. Полезно себя радовать. Если ты с угрюмой мордой пойдешь постигать меч, то у тебя херня получится, а не постижение. А так сразу настроение повысится. Это называется позитивная мотивация. — Это не так называется. — А мне насрать! Я тут хозяин. Спорить с Содзе больше напоминало головную боль, и Кугури просто закатил глаза, сдавшись. Он пронаблюдал за тем, как Содзе ел — сначала один шарик данго, потом порцию чая, затем второй шарик… Скопировал; в одном Содзе точно не соврал, сочетание сладости и горького зеленого чая и правда таким образом балансировалось. В его словах был смысл, но есть сладкое по утрам было не лучшей рекомендацией, хотя Кугури знал, что на активную тренировку на пустой желудок идти было бессмысленно. Он продолжил наблюдение. Хотелось записать все отдельно, но Кугури хорошо знал Содзе, и выслушивать его глупые насмешки ему не хотелось. После завтрака они вдвоем покинули кафешку, и Содзе потянулся; Кугури понятия не имел, было ли это частью его традиций, или он просто плохо спал ночью, потому что, очевидно, провел ее в компании прекрасных дам… Наверное, это тоже было частью подготовки, но Кугури не хотел тратить время на секс. Технически, он провел время ночью с Тото, когда они говорили о приближающейся миссии. Юра все еще что-то темнил, но близился аукцион, и, значило, они были готовы сделать первый шаг. Сложно было вообразить, какой хаос начнется… И что в нем будет делать Содзе. Когда он повторил движение, Содзе уставился на него, словно тот сделал что-то не так, но потом заявил: — Теперь нужно разогреть тело! — Тренировкой? — с надеждой поинтересовался Кугури, и Содзе скривился. — Да че ты все про свои тренировки заладил. Есть способ куда приятней! … конечно же эта речная крыса притащила его в купальни, как могло быть иначе? Почему Кугури вообще ожидал, что они сегодня как-то обойдут это место стороной? Содзе и вода это нечто неразделимое, он не может без этого жить. Но он решил не жаловаться; в конце концов, он сам навязался последить сегодня за Содзе, а тот явно не собирался изменять своим планам ради спонтанно привязавшегося товарища. Местечко, которое Содзе выбрал, выглядело не очень впечатляюще, скорее даже бедно, и на вопрос, почему его богатая задница не выберет себе купальню по статусу, Содзе взглянул на него, словно на величайшего идиота на свете, а потом постучал пальцем по шее, где из-под ворота было видно татуировку. Ах да. Кугури опустил взгляд вниз, на руку. Ему, наверное, тоже нельзя было бы в цивильное место, где даже такое не допускалось бы. Он вошел следом за Содзе, без особого интереса рассматривая окружение, а тот уже подошел к владелице места — сухой пожилой женщине. Судя по тому, как они обменивались взглядами, они друг друга хорошо знали, и это вызвало невольный смешок. Кугури ожидал чего угодно, но не то, что Содзе будет водить дружбу со старушкой. С другой стороны, Содзе был человеком столь многогранным, что даже это не выглядело как-то нелепо. Будто… как все стояло на своих местах. Кугури даже задумался, стоило ли ему завести себе такое странное знакомство, но быстро отбросил эту мысль. Не с его образом жизни. Это Содзе еще просто был преступником, который мог умудриться сохранять баланс между подпольем и обычными делами, у Кугури такой возможности не было. — Как жизнь молодая? — юморист хренов, подумалось Кугури, и он закатил глаза. — Смотрю, опять пусто? — С утра было побольше клиентов, — старушка задумалась и добавила. — Я убрала ментоловый шампунь. — Я охренеть как счастлив. — И фруктовое молоко. — Таэ-сан, теперь я обязан приходить сюда каждый день. Это такой способ меня разорить? Старушка — значит, ее звали Таэ — просто рассмеялась в ладонь, а затем пересеклась взглядами с Кугури. Тот нелепо поклонился, и в него вперилось аж два взгляда. Содзе, все еще опираясь на стойку, положил руку себе на бедро. — Это твой друг? — Ага. Приятель с работы. Говорит, значит, хочет познать, как я делаю штуки, — он залился гиеньим смехом, и Кугури от души наградил его пинком под зад, отчего тот взвизгнул. — Скотина! Ладно, пока мы тут не подрались, дай нам набор полотенец. А если он меня случайно утопит!.. Ты знаешь, кому звонить!.. Некоторым людям стоило вырезать языки, посетовал про себя Кугури, хватая Содзе под локоть и таща его внутрь. Этот идиот, Хирухико… Тото порой тоже слишком много трепалась, но она знала, когда замолчать, а еще она не болтала слишком уж много, когда этого не требовалось. Почему люди вокруг него не ценили тишину?.. Но что тут поделать? Если Кугури хотел освоить магический клинок как можно скорее, когда он его получит, то надо было учиться у единственного человека, что сейчас был в доступности. Какая трагедия, что им был Содзе. Впрочем, главное, что не Хирухико, потому что когда этот болван получит клинок, то Кугури добровольно удавится. Но стоило отдать должное, погреть косточки в горячей воде было приятно, особенно когда близилась осень. Он облокотился на стену с чуть поблекшей мозаикой, изображавшей гору Фудзи, прикрыл глаза: рядом плескалась вода. Содзе сидел совсем близко, Кугури чувствовал его движения под водой, разгоняющие волны, а когда все замолкло, он приоткрыл один глаз. Легко было рассмотреть его татуировки, казавшиеся на бледной коже слишком темными. Кугури смутно знал, с чего они были срисованы — но он не видел их целиком до этого, сейчас же… Становилось понятным, почему Юра выбрал Содзе из всех людей. Ну и еще потому что он болван, одержимый клинками. И ученый на полставки. Он сухо поинтересовался: — Юра давал тебе какие-то указания? — Юра может ими подтереться, — без обиняков заметил Содзе, широко зевнув. Он запрокинул голову назад, и Кугури пронаблюдал за тем, как заходил его кадык, когда он сглотнул. — Я сам себе хозяин. — Но меч-то тебе дал он. — И че? Кугури скептично нахмурился. — Ты бы хоть немного уважения проявил. — По-моему, мы сейчас занимаемся изучением моей рутины. И в мою рутину входит игнорирование крайне важных людей, которые слишком много о себе мнят. Учись, пока живу, — Содзе съехал вниз по стенке, и из воды осталась торчать лишь его голова. — Какой же кайф… Ну че ты на меня так смотришь, как на врага народа, мы договаривались о небесном камне, не другом. Но тогда зачем Юра дал Содзе клинок?.. Впрочем, у него были догадки; Кугури решил их не озвучивать, потому что это могло сорвать планы Юры, а он не собирался быть говнюком, вроде Хирухико, что постоянно ломал все подряд. Особенно тщательно продуманные идеи. Он просто вздохнул и провел ладонью по лицу вверх, откидывая назад волосы. В детстве такого шика, как горячая вода, он почти не видел. Может, Содзе тоже что-то компенсировал… С ним вообще не понять. Не человек — загадка, хоть по факту не то, что его эмоции трудно угадать. Он уже почти год с датенсеки развлекался, но результатов все еще не было. Добьется ли… Впрочем, Кугури было наплевать. — Как тренировки с мечом поживают? — Ты реально ни о чем больше не думаешь, только о том, как махать палкой? — Содзе взглянул на него, словно на юродивого. — Расслабь булки, у нас тут минутка отдыха. — Я не про оттачивание стиля, а просто про то, как оно ощущается, — огрызнулся Кугури, который, конечно, подразумевал сначала первое. — Ну-у-у… поживают… — Ты уже понял, как делать атаки сильнее? — Не, — Содзе коротко задумался. — Но у меня нет проблем с тем, чтобы заставить все работать. Думаю, это просто вопрос времени. Только не поучай меня, умоляю, я хочу сам разобраться. — Тут я тебя даже научить не смогу. — И слава богу! Пару часов они тут точно провели; в основном говорил Содзе, потому что ему нравилось трепаться, что просто так, что по профессии, и Кугури лениво слушал его, не особо внимательно, потому что, как и обычно, говорил Содзе в основном о всяких глупостях. Когда же они закончили с банными процедурами, Содзе отвлекся на стойку с напитками, пока Кугури остановился у владелицы. Сначала он думал помолчать, но потом даже ему стало скучно — Содзе занимался изучением вкусов фруктового молока слишком досконально, может, это были издержки профессии — и обернулся к пожилой женщине. Он кивнул в сторону Содзе. — И часто этот бездарь сюда приходит? — Я все слышу, — проворчал тот, и Таэ пожала плечами. — Мой регулярный клиент. Что-то не так? — Да не, интересно. Типа, он же… Ну, Вы в курсе? Что он за человек? — Кугури, заткни свои хлеборезку. — У меня есть визитка уборщика тел, — сообщила Таэ, и Кугури подумал, что, наверное, эти двое и правда хорошо ладят, если Содзе доверил ей такое, а сама старушка не сдала его властям. — Так что я в курсе. — И не волнует? В этот раз задумчивость у Таэ была явно притворной. — Сказала бы, что да, но в наше неспокойное время ценишь и простую вежливость. И постоянных клиентов, — добавила она, и Кугури отшатнулся в сторону, когда Содзе пихнул его в спину. Он поставил на стойку две бутылки молока, одну, вестимо, для своего неожиданного сопровождающего, и это было единственным, что остановило Кугури от того, чтобы начать на него орать. — О, это новый вкус! — Вот и оценим. Было нечто невероятно потешное в том, чтобы наблюдать за Содзе Гэнити, кошмаром «Камунаби», оружейным бароном и просто крайне неприятной личностью, оставившей после себя множество трупов, пьющим самое обычное молоко, а потом сортирующего мусор; но Кугури не стал спорить и даже насмехаться. Странные люди находили внутренний покой в самых обычных вещах. Говорили, мечники Рокухиры Кунисигэ тоже были слегка себе на уме. Может, потому Юра его и выбрал? Что он подходил по всем параметрам. Он тоже поставил бутылку в коробку, на прощание поклонился госпоже Таэ, а когда вышел на порог, Содзе уже нетерпеливо наматывал круги вокруг крыльца. Ему хотелось чего-то еще? Их взгляды пересеклись, и Кугури склонил голову набок. — И что дальше? — Знаешь, — проигнорировал его Содзе, вдруг резко останавливаясь. — Один раз я попытался зарядить чайник с помощью меча. На второй день. — Это не поэтому ли у вас пожар случился? — Заткнись! Не поэтому! — он откашлялся и завел руки за спину. — В общем… Я хочу сказать, что магические мечи — это охренеть какая тонкая наука. Мы тут с тобой, конечно, поразвлекались, но даже этого не будет достаточно, чтобы познать клинок глубже, хотя, чувствую, я становлюсь немного ближе к нему, просто находясь рядом, — лицо у Содзе сделалось жутко задумчивым, и Кугури прислушался, потому что сейчас эта бестолочь наконец-то не шутила. Вдвоем они взглянули на висевший на поясе клинок. — Возможно, я все же возьму у тебя пару личных уроков, но сначала я разберусь со всеми нюансами, вроде комбинирования способностей и откатов. Все же глупо будет драться таким охрененным мечом своим уличным кунг-фу. Хоть кто-то!.. Хоть одна сраная душа согласилась, что тренировки необходимы! Когда лицо у Кугури загорелось энтузиазмом, Содзе тут же помрачнел. — Ты особо-то не напрягай булки, я еще морально не решился быть твоей сучкой. — Мне достаточно и мысли. Когда Кугури спустился к Содзе с крыльца и пихнул его локтем, тот взвизгнул; уставился на него ошалевшим взглядом, когда Кугури ловким движением стянул у него с пояса «Курегумо» и поднял над собой, вглядываясь в ножны и белоснежную цубу. Красивый клинок. Он редко говорил такое, но чувствовал, что Содзе он подходил. Что-то в этой вечно бурлящей опасной энергии внутри, в сочетании цветов… Рокухира ковал меч для другого человека, но новый владелец подходил ему идеально. Скоро так станет и с ним. Ну, Кугури надеялся, во всяком случае. — Идем дальше, — потребовал он, не отводя взгляда от меча, но потом все же опустил руку и отдал катану Содзе. Тот забрал ее резко, явно недовольный, что на его сокровище позарились. — Хочу посмотреть, что ты делаешь еще. Может, есть какой-то секрет в идеальной синхронизации… Никак не пойму, почему ты, болван эдакий, так хорошо работаешь с мечом. Содзе это явно польстило, несмотря на оскорбление, и он, довольно ухмыляясь, двинулся вперед. Кугури направился за ним, словно тень. — Вспомнил я тут одно местечко…