Часть 13

Фадиме закрывает за собой дверь, замок тихо щелкает, и она прижимается к ней спиной. Моргает медленно, кажется, до сих пор не может сделать полноценного вдоха. Она в ступоре и растерянности, потому что поражена тем, что сейчас произошло. Рука слегка дрожит, когда она пальцами прикасается к губам, словно до сих пор ощущая на них легкое касание чужих губ. Это и поцелуем нельзя назвать, скорее, интимной лаской — чем-то таким тонким, что волнует гораздо сильнее, чем самый страстный поцелуй. Фадиме трет пальцами губы и облизывает их, чувствуя едва уловимый привкус муската. Она вдыхает аромат, оставшийся на пальцах — они все еще хранят парфюм Исо, поэтому она быстро трет ладони о бедра, будто желая стереть воспоминание о том, как упиралась в его сильную, теплую грудь, пытаясь отстраниться. Она трясет головой и отходит от двери, начиная медленно раздеваться. Усталость смешалась с легким хмелем, а странная ситуация окончательно сбила с толку. Перед глазами — его взгляд. Голубые, как чистое небо, глаза, которые в полумраке коридора казались пугающе глубокими и твердыми. Раньше такого не было. Раньше Исо Фуртуна ничего подобного себе не позволял — только шутки и флирт, которые Фадиме давно привыкла считать частью их легкого рабочего общения. Но сегодня Исо был другим. Он впервые так ярко дал почувствовать свою мужскую силу, свой напор. Фадиме передергивает плечами от странного ощущения внутри. Она столько лет не подпускала к себе никого после Дживона, что всё в ней автоматически протестует, твердя, что это неправильно. Чужие прикосновения, глубокие взгляды — она от этого отвыкла, она это не принимала, хотя сейчас, как свободный человек, имеет на это полное право, пусть эта мысль и не укладывается в голове. Фадиме кидает одежду в кресло — сил раскладывать её по полкам просто нет. Выключает свет и ложится на большую кровать. Прохладные простыни приятно холодят кожу, она переворачивается на живот, подкладывает руки под подушку и вздыхает. Зачем Исо так сделал? Намеренно приблизился, касался не только щеки, но и талию сжимал крепко... А губы… Она непроизвольно снова облизывается, стараясь отогнать эти образы. Вечер был прекрасным, если бы не это завершение, вводящее в ступор. Под тяжестью этих мыслей Фадиме сама не замечает, как засыпает. Когда она открывает глаза, то понимает, что наконец-то выспалась. Впервые за долгое время в голове легко, а тело не ощущается разбитым. Взглянув на часы, она в удивлении поднимает брови — десять утра. — Ничего себе, — выдыхает Фадиме, снова падая на подушки. Видимо, после вчерашнего потрясения организм решил взять свое. Она хмурится, глядя в потолок и накручивая темную прядь на палец. Ей снились какие-то образы: хриплый шепот и голубые глаза. Пора признать: между ней и Исо произошел интимный момент, который выбил её из равновесия. И его объяснение — «Поверь мне, как мужчине…» — звучало странно, хоть и убедительно. Понравилось ли ей это внимание? Сложно ответить. Она привыкла быть только с мужем, и то, что кто-то другой смотрел на неё так... Это пугало и льстило одновременно. Она очень надеется, что Фуртуна просто хотел её поддержать, показать, что она всё еще красива и желанна. «Спасибо, Исо, показал», — думает она, надеясь, что это не создаст неловкости в их работе. Она кусает губу и не может сдержать глупую улыбку. Ведь скрывать от самой себя нет смысла — это было чертовски приятно. Приятно слышать, что ты сексуальна, от такого мужчины. После того как Дживон променял её на «вариант посвежее», слова красавца-блондина Исо стали лучшим лекарством. Хотя, будь на его месте кто-то чужой, он бы точно получил по яйцам. Фадиме выходит из отеля в двенадцать часов. Солнце Дубая приятно греет плечи, открытые белой футболкой. На ней легкие бежевые штаны и шлепки — настроение под стать погоде. В планах — прогулка по садам, которые вчера советовал Исо. От него уже пришло сообщение, что он уехал по делам. Фадиме ответила, что тоже идет гулять, и попросила позвонить, когда он освободится. Дубай радует своей невероятной атмосферой. Сады, ставшие оазисом среди стекла и бетона, возвращают ей душевный покой. Стоя на мостике у воды, Фадиме понимает: нужно жить дальше. Нельзя вечно закапывать себя в работе, пытаясь убежать от чувства неполноценности. Проголодавшись, она заходит в ресторанчик и набирает номер Акчи. Подруга берет трубку под шум детского смеха: — Да, милая, привет! — Привет, Акча, — улыбается Фадиме. — О, ты улыбаешься! Как дела? — Всё хорошо. Акча, Дубай невероятен. — Завидую тебе! — вздыхает подруга. — Как я хочу куда-нибудь свалить. — У вас уже большие дети, оставьте их бабушкам и уезжайте на пару дней. Я даже могу с ними посидеть. — Ты готова на такие жертвы? — смеется Акча. — Ради тебя — да. — Ладно, расскажи лучше, как поездка? И какого хрена ты вчера в первом часу ночи гуляла с Исо? Фадиме мнет салфетку, думая, что сказать. — Он пригласил меня в ресторан, сказал, что проблемы подождут в Стамбуле. Знаешь, вечер был отличный. Мы много болтали, пешком пошли до отеля, фотографировались… — Твою мать, вы что, переспали? — кричит Акча. — Что? Ты нормальная? Что за вопросы вообще? — Фадиме краснеет, ведя плечами. — Нет? Прости, ты так рассказывала… Или мне показалось? Фадиме прикрывает глаза и выдыхает: — Не было ничего. Просто… Ну, он меня типа поцеловал, но нет, это был не поцелуй. Просто прижал к двери и прикоснулся губами. Чёрт, Акча, это было как касание... он словно успокаивал и соблазнял одновременно. А еще он урчал. — Урчал? — эхом повторяет Акча. — Какого черта у вас там происходит? Ты и Исо Фуртуна… — Нет, стой! Просто я вчера прокололась и рассказала о Дживоне… что он нашел кого-то «лучше». — Бред какой, — раздраженно бросает подруга. — Вот и Исо так сказал. И так решил показать, что я… привлекательная. — Интересный способ, — тянет Акча. — Мне он определенно нравится. Я про Исо. И что, тебе понравилось? — Нет, что за глупости? — Фадиме отвечает слишком быстро. — Понимаю, тебе так легче думать. Но Фадиме, ты — свободная женщина. Даже если бы вы там засосались — это нормально. — Акча, он мой начальник! — А еще он чертовски красивый блондин. Почему нет? — Послушай меня, Акча. Мне не нужны мужчины, ясно? Нахрен их всех. У меня теперь есть я, и мне достаточно. — Но было же приятно, да? — тихо спрашивает подруга. — Я не для этого звоню! — Фадиме нервно облизывает губы. — Да, это польстило самолюбию, но ничего не значит. Сегодня я с ним поговорю. Мы просто коллеги. Я слишком долго отходила от предательства, чтобы снова во всё это лезть. — Знаю. Но твой Исо прав: ты прекрасна, и у тебя всё впереди. Фадиме быстро переводит тему на подарки детям и возвращение домой. Акча напоследок командует ей обязательно идти в бар вечером. Как только они прощаются, телефон мигает — сообщение от Исо: «Я в отеле, тебя еще нет. Скоро будешь?» Она печатает: «Забралась на другой конец города, буду часа через два, пойду по магазинам». «Купи себе что-нибудь сексуальное, чтобы надеть в бар», — прилетает в ответ. Фадиме поперхнулась и закашлялась. Он издевается? Хотя это же их обычные шутки, только вот после вчерашнего они читаются совсем иначе. «Пошёл ты, господин Фуртуна». В ответ приходит только ухмыляющийся смайлик. — Идиот, — фыркает Фадиме, но сердце предательски ускоряет ритм. Она точно с ним поговорит. Лишние проблемы с начальством ей ни к чему. Исо уехал из отеля в девять утра, хотя изначально планировал поспать подольше. Но сон не шел. Он проснулся ни свет ни заря и так и не смог снова провалиться в дрему, раз за разом прокручивая в голове тот момент у двери номера. Вчера он впервые позволил себе подойти к Фадиме так близко, прикоснуться к ней — и втайне надеялся, что это не в последний раз. Больше всего он боялся, что сегодня она проснется и решит выстроить между ними еще более глухую стену, четко обозначив, что Исо Фуртуна не имеет права к ней прикасаться, а тем более — целовать. Да, формально не имеет. Но хочет — до дрожи. Он понимал, что пора начинать подбираться к объекту своих чувств, иначе просто сойдет с ума. Рискованно? Да. Слишком рано? Возможно. Но они взрослые люди, и ходить вокруг да около можно годами, что в планы Исо точно не входило. Он был готов ждать и поддерживать её, но больше не хотел ограничиваться ролью просто друга или босса. Ему хотелось показывать свои чувства открыто, чтобы Фадиме наконец осознала: рядом есть мужчина, готовый ради неё на всё. Весь день мысли о ней не давали покоя. Исо бродил по торговому центру, потом встретился с друзьями в ресторане. Они отлично посидели, посмеялись, вспоминая старые добрые времена. Один из приятелей скоро женится, второй тоже нашел свою половинку. Когда очередь дошла до вопроса о личном фронте Исо, он лишь коротко ответил: «Всё сложно». И это была чистая правда. Он с нетерпением ждал встречи с Фадиме, чтобы заглянуть в её глаза и понять — изменилось ли хоть что-то? Посмотрит ли она на него теперь иначе? В глубине души он подозревал, что Фадиме решит не заострять внимание на произошедшем. Она наверняка вцепится в их официальные отношения «начальник — подчиненный», не желая усложнять себе жизнь. Исо мог её понять — у неё сейчас тяжелый период. Но как же чертовски сильно хотелось отвлечь её от мрачных мыслей и доказать, что она — та самая женщина, к которой хочется бежать, за которую хочется держаться и никогда не отпускать. Слова о том, что она якобы не привлекательна или не сексуальна, вызывали у Исо приступ ярости вперемешку с желанием расхохотаться. Он, тридцатилетний успешный мужчина, всё утро не мог выкинуть из головы вкус её губ, к которым лишь на миг прикоснулся, её аромат и то, как её хрупкое тело дрожало в кольце его рук. Жаль, дрожало не от желания, а от шока. Но отсутствие пощечины и резких слов вселяло надежду — возможно, она не выставит иголки при встрече. Он ждал вечера с предвкушением и тревогой, ожидая увидеть собранную, деловую Фадиме, рассуждающую рационально. А так хотелось бы ту игривую и свободную девушку, какой она была вчера по дороге в отель — счастливую и смеющуюся. Сообщение от Фадиме о возвращении в отель пришло в шестом часу вечера. Исо уже созвонился с Каей, который подтвердил бронь в баре на восемь вечера. Отличное место: музыка, танцы, хорошая атмосфера. Оставалось только уговорить Фадиме, если она вдруг передумала. Исо бросил взгляд в зеркало, зачесал чуть влажные светлые волосы назад и, закусив губу, вышел из номера. В черной майке и шортах, босиком, он пересек коридор и постучал в соседнюю дверь. Когда дверь открылась, Исо не смог сдержать улыбки при виде взволнованной и немного растрепанной Фадиме. Она слабо улыбнулась в ответ и отступила, пропуская его внутрь. — Привет, — тихо сказал Исо, проходя в комнату. — Да, привет, — Фадиме закрыла дверь, пока он устраивался в кресле. — Прости, я только вернулась, еще не успела разобрать покупки. Исо внимательно наблюдал за ней. Она суетилась, стараясь не встречаться с ним взглядом, и быстро перекладывала пакеты, которыми была завалена кровать. — Как погуляла? — спокойно спросил он, постукивая пальцами по подлокотнику. — Отлично! — Фадиме наконец широко улыбнулась. — Я влюбилась в этот город, честно. Мне правда нужно было сменить обстановку. — Я рад, — Исо не сводил с неё свой взгляд. — А как твой день? — спросила она, стоя к нему спиной. Напряжение в воздухе можно было резать ножом. — Тоже неплохо. Магазины, друзья... Получил приглашение на свадьбу в конце августа. — Да? — Фадиме обернулась. — В рядах холостяков пополнение потерь? — Ага, сам не ожидал, — ответил Исо, ловя её взгляд. — Полетишь со мной? Вопрос вырвался сам собой, так естественно, что он даже не успел его обдумать. Фадиме замерла, её улыбка погасла, а брови нахмурились. — Разве это деловая поездка, где заместитель должен тебя сопровождать? — серьезно спросила она. — Думаю, ты найдешь, кого пригласить в пару. — Ну вот, я и нашел, — усмехался Исо. Фадиме поджала губы, закрыла шкаф и полностью повернулась к нему, сложив руки на груди. Она смотрела на него явно подбирая слова. — Исо, насчет вчерашнего... — он молча ждал приговора. — Я не думаю, что это правильно. Мы работаем вместе, давно знакомы... Если ты подумал, или я как-то дала повод... Она опустила голову. Ей было сложно это говорить. С одной стороны — здравый смысл твердил, что интрижка с боссом погубит их дружбу и работу. С другой — она не могла отрицать, что её не оттолкнуло его внимание. Напротив, это было приятно. Исо тихо рассмеялся и покачал головой. — Поверь, Фадиме, ты ничего «такого» не делала. Я сделал это, потому что сам захотел. Хотел прикоснуться, хотел, чтобы ты поняла, насколько ты красива. Я не стал сдерживаться и не жалею об этом. Твои сомнения в себе меня злят, поверь, тебе они ни к чему. — Сп-спасибо, — она быстро облизнула губы. — Но, Исо... У нас другие отношения. Такая близость слишком интимна... — Тебе было неприятно? Прямой вопрос заставил её сглотнуть. Она смотрела на него и видела уже не просто босса или коллегу, а сильного, привлекательного мужчину. Перед глазами стоял его вчерашний горячий взгляд, а в ушах всё еще звучал хриплый шепот. — Нет, мне не было неприятно, — тихо ответила Фадиме. — Но я не хочу портить то, что между нами есть. Это напряжение... оно лишнее. — Да неужели? — Исо провел языком по внутренней стороне щеки. — А как должности влияют на чувства, Фадиме? Если ты хочешь забыть о случившемся — хорошо, пусть будет так. Извини, если смутил, но я повторю: ты слишком шикарна, чтобы в себе сомневаться. А я не слепой и не мертвый, чтобы на тебя не реагировать. Фадиме почувствовала, как дыхание становится тяжелым. Его прямой, обжигающий взгляд проходился жаром по коже. Она злилась на себя за то, что снова ведется на его провокации. — Ты продолжаешь это делать, — хрипло сказала она. — Продолжаешь эту тему, хотя я просила. Зачем? Исо медленно встал и подошел к ней почти вплотную. — Я говорю то, что думаю. Если тебе легче отгородиться — ладно. Я тоже не хочу ничего портить, просто не считаю, что симпатия может что-то разрушить, — он фыркнул, видя её изумление. — Но я не перейду грань, пока ты сама не захочешь. — Пока я...? — выдохнула Фадиме. — Исо, меня всё устраивает в нашей работе! Она снова выставила иголки, закрываясь от него. Страх подпустить кого-то близко, страх новой ошибки — Исо видел это в её глазах. — Видимо, не должны, — улыбнулся он. — Раз тебе это так неприятно. — Мне не неприятно, я просто не считаю это нужным. Я не смогу с тобой работать, если мы... если мы что-то изменим. Исо смотрел в её глаза, чувствуя, как внутри всё горит от её отказа. — Принимаю. Пусть и не понимаю. Ладно, тема закрыта. — Исо, я не хотела тебя обидеть... — Хватит, Фадиме, я взрослый мальчик. А это тебе. Он достал из кармана фиолетовый бархатный футляр. Глаза Фадиме расширились, когда Исо открыл его: внутри на тонкой цепочке из белого золота сверкал крошечный бриллиант в виде капли. — Исо, зачем... — Премия самому лучшему заместителю, — усмехнулся он. — Не смешно. И не нужно. — Я уже купил, — он откинул футляр на кровать и мягко взял её за руку. — У тебя очень изящные руки, они созданы для украшений. Фадиме застыла, пока он надевал браслет на её левое запястье. Она могла бы отказаться, но Исо делал это так тепло и искренне, что обижать его не хотелось. Напротив, по телу разлилось приятное тепло. Он переплел их пальцы и слегка сжал. Фадиме вздрогнула и невольно посмотрела на его губы, впервые заметив маленькую родинку под нижней губой. — Очень красиво, — прошептал Исо, любуясь тем, как золото блестит на её коже. — Именно так я и представлял. — Зачем ты это делаешь? — глухо спросила она. — Потому что хочу. И потому что ты этого достойна. Ему хотелось притянуть её к себе и поцеловать — на этот раз по-настоящему. Но он разжал пальцы и отступил на шаг. — Надеюсь, ты купила что-нибудь сексуальное для бара, как я просил. Нам выезжать через полтора часа. Фадиме неосознанно накрыла браслет ладонью. — Я хотела отказаться, но ты же не отстанешь. — Естественно, — фыркнул он, пряча руки в карманы. — Выходим в семь сорок. — Как скажете, господин директор, — попыталась улыбнуться она. — Вот так бы всегда, — Исо подошел к двери и обернулся. — И да, Фадиме... не начинай относиться ко мне хуже только потому, что я увидел в тебе не просто коллегу, а потрясающую женщину. Разве я стал от этого плохим? Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь, оставив Фадиме наедине с её мыслями и сиянием бриллианта на запястье. Фадиме не может выкинуть из головы слова Исо, пока собирается. Она быстро принимает душ, сушит волосы и укладывает свое каре так, чтобы лицо было максимально открытым. Сегодня ей хочется быть другой. Она достает из чемодана шелковое платье изумрудного цвета на тонких бретелях — оно деликатно облегает её миниатюрную фигуру, подчеркивая хрупкость плеч. Она наносит макияж ярче обычного: выделяет глаза и подчеркивает пухлые губы. Из украшений — только тот самый золотой браслет. Фадиме ловит себя на том, что постоянно крутит тонкую цепочку на запястье, гладя пальцем маленький бриллиант. Слова Исо о том, что не нужно закрываться от симпатии, сбивают с толку. Почти девять лет она принадлежала одному человеку, а теперь за пару дней Исо Фуртуна заставляет её сердце биться в разы быстрее. Когда Исо стучит в дверь, Фадиме делает глубокий вдох. Он стоит на пороге, весь в черном: шелковая рубашка расстегнута на три пуговицы, светлые волосы зачесаны назад. Его голубые глаза вспыхивают, когда он видит её. — Смотрю, ты все же надела платье, — он не скрывает восхищения. — Ослепительна. — Замолчи, — Фадиме фыркает. — Просто решила сменить образ. — Жаль, что на работу ты так не ходишь, — вздыхает он. — Хотя нет, это к лучшему. Я бы не смог думать ни о чем, кроме тебя. Бар в Дубае встречает их огнями и качественным саундом. Там их уже ждет Кая со своей девушкой — стройной и яркой Зеррин. Исо галантно делает комплимент Зеррин, за что получает иронично поднятую бровь от Фадиме. — Не ревнуй, это просто вежливость, — шепчет он ей на ухо. — Очень надо, — фыркает она, пригубив шампанское. Вечер течет плавно. Фадиме чувствует себя немного не в своей тарелке, но шампанское помогает расслабиться. Когда Исо отходит переговорить с Каей, к Фадиме подсаживается один из гостей — симпатичный парень по имени Керем. Он открыто флиртует, предлагая показать ей ночной город. — Я здесь с начальником, — пытается отшутиться Фадиме. — Начальник — не муж, — улыбается Керем, оценивающе глядя на её губы. — Может, потанцуем? — Навряд ли, — раздается холодный голос сверху. Исо стоит рядом, буквально нависая над столиком. — Видишь ли, — он кладет руки на спинки их стульев, наклоняясь к Керему, — Фадиме уже обещала все танцы мне. Я очень ревнивый босс. Фадиме едва сдерживает смех, когда Исо уводит её на танцпол. Его руки ложатся на её талию, притягивая ближе. — И что это было? Спасательная операция? — улыбается она. — А разве тебе не нужна была помощь? — Исо смотрит на неё в упор. — Я не хочу делиться твоим вниманием ни с кем. — Он был довольно милым мужчиной, — дразнит она. — Эгоистично, но я к твоим услугам, — отрезает он, ведя носом по её виску. — От тебя потрясающе пахнет сегодня. После танца Фадиме уходит в дамскую комнату. В зеркале она видит девушку с лихорадочным блеском в глазах — она больше не может считать его просто начальником. Вернувшись, она пытается отвлечься, танцуя с Зеррин, ловя ритм и наконец-то отпуская себя. Но Исо снова оказывается рядом, его ладони сжимают её талию сквозь тонкий шелк. — Решила все же оторваться? — шепчет он, слегка прикусывая мочку её уха. Фадиме вздрагивает, её обдает жаром. Она просто продолжает танцевать, чувствуя его присутствие каждой клеточкой тела. Спустя время Фадиме выходит на улицу, чтобы ответить на звонок Акчи. Ночной Дубай встречает её огнями небоскребов. Звонок срывается, и она собирается вернуться, как вдруг дорогу ей преграждает Керем, который, видимо, вышел следом. — Твой начальник явно перегибает палку, — говорит он, выпуская дым. — Не похоже, что у вас только работа. Давай сбежим отсюда? Я покажу тебе настоящий ночной Дубай. — Это не твое дело, Керем, — Фадиме старается быть вежливой, но видит, как за спиной парня появляется разъяренный Исо. — Ночные прогулки, значит? — голос Исо звучит жестко. Он встает рядом с Фадиме. — Я сам покажу ей всё, что она захочет увидеть в этом городе. — Пусть она сама решит, — огрызается Керем. — Или ты уже считаешь её своей собственностью? Исо сжимает кулаки, а Фадиме не выдерживает: — Хватит! Прекратите этот цирк! Керем, извини, мне не нужны прогулки. Когда парень уходит, Фадиме разворачивается к Исо: — Какого хрена, Исо?! Ты перегибаешь! Я не маленькая девочка, чтобы ты заступался за меня таким образом. Что с тобой происходит? — Что со мной? — он горько усмехается. — То есть ты правда хотела пойти с ним? — Да даже если бы и так — это не твое дело! Ты ведешь себя невыносимо... Всё, я уезжаю в отель! Исо не дает ей договорить. Он рывком притягивает её к себе, обхватывая ладонью шею, и впивается в её губы властным, требовательным поцелуем. Фадиме замирает от шока, но когда его язык настойчиво скользит внутрь, её сопротивление рушится. Она обмякает в его руках, пальцы судорожно цепляются за черную ткань его рубашки. Исо стонет в её губы, углубляя поцелуй. Он слишком долго держал себя в узде, и теперь, чувствуя, как она начинает отвечать, он понимает — пути назад больше нет. — Исо, стой… — выдохнула Фадиме, пытаясь обрести опору. — Поехали отсюда, — прошептал Исо ей в самые губы, продолжая крепко прижимать её к себе. — Хочешь — вернемся в отель, хочешь — пойдем гулять. Я покажу тебе этот город, Фадиме. Всё, что захочешь. Она смотрела в его голубые глаза, в которых отражались огни ночного Дубая. Взгляд Исо затягивал, лишая воли. Он осторожно коснулся её щеки, затем снова накрыл её губы своими, и Фадиме почувствовала, что окончательно пьянеет — не от шампанского, а от его близости. Эта сила, эта уверенность в каждом жесте и слове подкупали, делали её беззащитной. Она начала отвечать на поцелуй, забыв о собственных запретах. Сейчас ей было просто хорошо. — Фадиме, — выдохнул он, глядя ей в глаза. — Ты слышишь меня? — Ты понимаешь… — прошептала она, и её голос дрогнул, — что я почти девять лет ни с кем не целовалась, кроме мужа? Зачем всё это, Исо? У него сжалось сердце от её растерянного взгляда. Он так долго ждал этого момента, мечтал ощутить вкус её губ. — Потому что я хотел этого, Фадиме, — хрипло ответил он. — Очень сильно хотел. Исо легко коснулся её губ на прощание, взял за руку, переплетая их пальцы, и потянул за собой к дороге. Он быстро набрал сообщение Кае, что они ушли. Фадиме шла следом, чувствуя его крепкую хватку, глядя на его широкие плечи и светлый затылок. Ей было приятно, и это пугало. Она твердила себе, что свободна и может делать что хочет, но голос прошлого всё еще шептал о сомнениях. В такси Фадиме расслабилась, положив голову ему на плечо. Приняла то, что ей спокойно рядом с ним. Когда она подняла голову, Исо снова поцеловал её — на этот раз жадно, не раздумывая. Возбуждение накатывало волнами, и хотя Исо старался сдерживаться, Фадиме чувствовала, как сильно его тянет к ней. — Мы в такси… — Исо резко разорвал поцелуй, закрывая глаза, чтобы прийти в себя. — Это не я начала, — прошептала она, пряча лицо у него на груди. — Прости. Исо хрипло рассмеялся. Чёрт, за что ей просить прощения? Он грезил об этом моменте. — Приедем и поговорим, хорошо? Она кивнула. Исо закусил губу, не в силах смотреть на её зацелованные губы. Ему казалось, что это всё — прекрасный сон. В отеле Исо заказал в номер шампанское. Он был настроен на серьезный разговор — сил скрывать чувства больше не осталось. Когда двери лифта закрылись, он притянул Фадиме к себе. — Зайдешь ко мне? — тихо спросил он. — Проведи это время со мной. — Ты предлагаешь мне провести с тобой ночь? — Фадиме чуть прищурилась. — Серьезно? «Я бы предложил тебе провести со мной жизнь», — пронеслось у него в голове, но он лишь улыбнулся: — Я ни на что не рассчитываю. Просто не хочу тебя отпускать. Хочу поговорить. Она сглотнула под его серьезным взглядом, но вошла вслед за ним. В номере она зажгла неяркий светильник и повернулась к нему: — О чем ты хотел поговорить? Стук в дверь прервал его. Исо забрал шампанское, поставил на столик и ушел в ванную, чтобы умыться и собраться с мыслями. Фадиме осталась одна. Она подошла к окну, глядя на ночной город. Дубай изменил всё всего за три дня. И Исо изменился в её глазах тоже. Он вернулся, взял бокал и встал за её спиной. Напряжение между ними стало почти осязаемым. Исо рассматривал её каре, тонкую шею, изящные плечи. — Всегда любил этот город, — тихо сказал он. — Думал, найду здесь счастье, но ошибся. Я встретил его там, откуда уехал. — Почему ты уверен? — спросила Фадиме. — Чувствую. — Я тоже когда-то была уверена, — глухо отозвалась она. — И так сильно ошиблась. — Он не был всей твоей жизнью, Фадиме. — Ты ошибаешься, я думала именно так. Поэтому и ты можешь ошибаться. Она развернулась к нему, забрала бокал из его рук и поставила на пол. Положив ладони на его грудь, обтянутую черным шелком, она прошептала: — Поцелуй меня снова. — Фадиме, я хотел поговорить… — А ты уверен, что я хочу это слышать? Мне приятно было тебя целовать. Я хочу еще. — Это плохая идея, — хрипло ответил Исо, сжимая кулаки. — Мое терпение на исходе. — Меня никто не видел без одежды, кроме мужа, все эти годы. Но сейчас… я хочу сделать эту ошибку. — Это не будет ошибкой. Фадиме поцеловала его сама, обнимая за шею. Она хотела раствориться в его силе. Исо не выдержал — с глухим рычанием он углубил поцелуй, подхватил её под бедра, заставляя обвить ногами его талию, и опустил на кровать. Его пальцы нетерпеливо расстегивали её платье, покрывая поцелуями шею и ключицы. Фадиме стонала, когда его губы касались её кожи, оставляя огненные следы. Весь мир плыл перед глазами от этой ласки. Исо стянул с неё одежду, откровенно любуясь её телом. — Невероятная, — хрипел он. — Ты будто ненастоящая, Фадиме. Самая красивая. Он целовал её бедра, лодыжки, поднимаясь выше. Его ласки были мучительными и прекрасными одновременно. Фадиме зарывалась пальцами в его светлые волосы, двигаясь навстречу его рукам и губам. Она чувствовала себя свободной, отбрасывая все сомнения. Когда Исо вошел в неё — плавно, не спеша — она выгнулась, впиваясь ногтями в его спину. — Всё хорошо, милая, — шептал он ей на ухо, прижимаясь щекой к её щеке. — Господи, как хорошо… Он двигался размеренно, целуя её в губы, с каждым разом ускоряя темп. Фадиме срывалась на короткие стоны, требуя большего. Исо переплел их пальцы, вжимая её руки в матрас над головой. Он видел её раскрасневшуюся, растрепанную, нуждающуюся только в нём. И это сводило его с ума. — Поцелуй меня, — просила она, глядя ему прямо в глаза. — Нетерпеливая моя, — рычал он ей в губы. Разрядка накрыла их одновременно. Фадиме вскрикнула, до боли сжимая его пальцы, пока Исо запоминал каждое мгновение этого триумфа. Он уткнулся носом в её шею, тяжело дыша. Фадиме под ним расслабилась, лениво моргая. Исо нежно целовал её припухшие губы, не желая отрываться. Он получил ту, о которой мечтал. Но в глубине души его сжимала тревога: он понимал, что пока завоевал только её тело, и завтрашний разговор всё еще неизбежен. Фадиме просыпается первой. Она медленно моргает, пытаясь сфокусировать взгляд на незнакомом потолке. Голова слегка гудит от вчерашнего шампанского, а в горле першит — отзвуки ночных стонов всё еще эхом отдаются в памяти. Она тихо вздыхает и поворачивает голову. Исо спит рядом, лицом к ней, закинув одну руку ей поперек спины. Его светлые растрепанные волосы рассыпались по подушке, губы, всё еще припухшие от их долгих поцелуев, чуть приоткрыты. На мгновение Фадиме замирает, любуясь им. Он действительно похож на прекрасного принца, но реальность бьет под дых: это её босс, её старый друг, и они в Дубае. Понимание содеянного накатывает ледяной волной. Она знала, что утром пожалеет. Поддалась минутной слабости, желанию снова почувствовать себя живой и желанной после стольких лет в браке, который превратился в пепел. И что теперь? Как смотреть ему в глаза в офисе в Стамбуле? Она не готова к новым отношениям, не хочет снова доверять и открываться. Ей кажется, что внутри неё выжженная пустыня. Она осторожно двигается к краю кровати, надеясь ускользнуть незамеченной, но рука Исо на её лопатке мгновенно напрягается. Он открывает свои голубые глаза и смотрит на неё — трезво и печально. — И почему я не удивлен? — тихо произносит он. — Ты о чем? — Ты ведь хотела сбежать, пока я сплю, верно? Они молчат. Исо, в отличие от неё, не хотел засыпать ночью. Он знал, что утро принесет этот холодный душ из её рациональности. Ему невыносимо терять её снова после того, как он наконец почувствовал её вкус. — Исо, отпусти меня, — хрипло говорит Фадиме. — Мне нужно в душ. Она чувствует липкость на коже, напоминание об их близости. Исо стискивает зубы, не убирая руки. — А если я не хочу? Если я хочу провести этот день с тобой? Завтракать, гулять, снова целовать тебя… — Перестань, Исмаил… — Ночью я был просто «Исо»… а сейчас ты снова выставила эти стены. — Хватит! Фадиме резко сбрасывает его руку и садится на кровати, отворачиваясь. Она лихорадочно ищет глазами свое платье. — Давай начистоту, Исо, — она не оборачивается, и он видит лишь её хрупкий профиль и каре, закрывающее лицо. — Мы оба понимали, что это просто секс. Мы поддались атмосфере Дубая, я не захотела сопротивляться, и да, мне было хорошо. Но это ни к чему не ведет. Мы работаем вместе, и этот эпизод уже всё испортил. Исо садится, прикрываясь простыней. Его бесит её умение быть холодной и расчетливой. Это качество сделало её отличным специалистом, но сейчас оно ранит его сильнее ножа. — Давай начистоту, Фадиме. Меня не «захватила атмосфера». И я меньше всего хочу, чтобы женщина, которая мне нравится много лет, сейчас говорила, что жалеет о ночи со мной. Фадиме вскакивает, натягивает белье и платье, стараясь не смотреть на него. — Тебе не кажется, что твои шутки заходят слишком далеко? — Ты издеваешься?! — Исо почти смеется от боли. — Неужели ты настолько ослепла, что не видела, как я к тебе отношусь? Я молчал, пока ты была замужем, уважал твою семью. Но сейчас ты свободна. И меня тянет к тебе с такой силой, что я не могу больше притворяться. — Я ни в чем не виновата, Исо! — она разворачивается, скрестив руки на груди. — Мы ничего не обещали друг другу. Я прямо говорила: мне не нужны отношения. Я жалею о том, что произошло, потому что это только усложняет мою жизнь. Она и так сейчас дерьмовая! — Чем я могу её усложнить? Я просто хочу быть рядом. Заботиться о тебе, оберегать… — Пожалуйста, замолчи! Фадиме зажмуривается, сдавливая переносицу. Она не готова. Предательство мужа еще слишком свежо, рана кровоточит. И она боится, что Исо не будет счастлив с ней — с женщиной, которая сломлена и, возможно, никогда не сможет дать ему ту семью, о которой мечтают такие мужчины, как Фуртуна. — Фадиме, послушай… — его голос смягчается. — Прости, что не сдержался. Но я не могу больше врать и прикрываться флиртом. Дай нам шанс. — Я не могу это обсуждать. Просто не могу, — глухо отвечает она. — Ты прости, если я дала надежду. Я думала, ты понимаешь: это был просто секс. — Я понял, — невесело усмехается Исо. — Только мне нужно от тебя гораздо больше. — Если ты не против, — она старается говорить твердо, — я сегодня же улечу в Стамбул. — Хочешь сбежать? — он сжимает в кулаке простыню. — Хочу домой. Не дави на меня, пожалуйста. Исо смотрит в её глаза — там смесь боли, злости и растерянности. Ему хочется обнять её, но он понимает, что сейчас это только оттолкнет её еще сильнее. — Ты можешь лететь, — тихо говорит он. — Я не могу заставить тебя остаться. — Ты и не заставлял, — Фадиме смотрит на него в последний раз, понимая, что их отношения никогда не будут прежними. — Просто дай мне время разобраться в себе. Исо коротко кивает и отворачивается к окну, не глядя, как она выходит из номера, закрывая за собой дверь.