JOI Жемчужина Стамбула Глава 18

Эда медленно открыла глаза и увидела спящее лицо Серкана. Она растерянно заморгала, пытаясь вспомнить, когда он вернулся домой. Его глаза были закрыты, а дыхание ровным, так что она воспользовалась возможностью спокойно изучить его лицо. Он был так красив, что у нее защемило сердце. Его пухлые губы были слегка приоткрыты, а щетина вблизи казалась еще краснее. В уголках его глаз появились крошечные морщинки беспокойства, и он слегка нахмурился, создавая небольшую морщинку между бровями. Она подняла руку, чтобы убрать ее, но на заднем плане зазвонил телефон, и она быстро опустила руку и закрыла глаза, притворяясь спящей. Серкан пошевелился и протер глаза рукой, лежавшей на ее талии. Он потянулся к телефону и ответил приглушенным голосом. "Слушаю, Лейла". "Господин Серкан", - сказала молодая женщина. "Надеюсь, я не помешала, но я хотела напомнить Вам о приеме, который состоится сегодня вечером в отеле господина Кемаля. Мы подтвердили Ваше присутствие еще на прошлой неделе. Он начинается в 8 вечера". Эда почувствовала, как он вздохнул под ее рукой. "Да, я знаю. Сколько сейчас времени?" - спросил он устало. "18.30, сэр". "Хорошо, Лейла" - сказал он. Он завершил разговор и уронил свой телефон между их телами. Он накинул на них одеяло повыше и снова закрыл глаза. "Он что, серьезно собирается снова спать?" - с возмущением подумала Эда. Она надеялась, что он встанет сразу после своего звонка, чтобы она могла притвориться, что этого не было, и избежать неловкого разговора, но не похоже, что он собирается облегчить ей жизнь ... или себе. Она открыла глаза, медленно высвободила ногу из-под его ноги и убрала руку с его груди. Он открыл глаза. "Ты встала", - просто заметил он. Подавив ребяческое желание сбросить его с дивана, Эда откинула одеяло и села. "Ты можешь подняться? Я хочу встать", - попросила она, стараясь не повышать голос. К ее удивлению, он не оказал никакого сопротивления. Он медленно поднялся и опустил ноги на толстый ковер. Эда вскочила на ноги и поправила топ. "Это действительно начинает раздражать", - сказала она ему, уперев руки в бока. "Какую часть фразы "Никакого физического контакта" ты не понимаешь?" Он бросил на нее равнодушный взгляд и, не говоря ни слова, лег обратно на диван, натянув одеяло до пояса. "Я с тобой разговариваю". "Не сейчас, Эда", - сонно пробормотал он. "Что значит - не сейчас?" - возмущенно воскликнула она. Он никак не отреагировал. "Серкан, не игнорируй меня". Она дотронулась рукой до его обнаженного предплечья и заметила, что оно необычайно горячее на ощупь. Она прикоснулась к своей коже для сравнения и ахнула от разницы. "Серкан? Ты очень горячий. Тебе плохо?" - спросила она неожиданно низким голосом. Он сглотнул, поморщившись, прежде чем ответить. "Горло немного болит, но я в порядке". Она склонилась над ним и приложила ладонь к его лбу и щекам. Его определенно лихорадило. Что же ей делать? Вызвать врача? Она встала и побежала в ванную. Она открывала шкафы один за другим в поисках аптечки и нашла ее в нижнем ящике. Найдя электронный термометр она вернулась в гостиную и опустилась на колени на плюшевый ковер. Она включила прибор и измерила ему температуру... прибор трижды пискнул и просигналил красной предупреждающей вспышкой. 39,2° ... Эда села на пятки, не зная, что делать дальше. Его лицо покраснело, над бровями выступили крошечные капли пота. Она положила обе руки ему на лицо, пытаясь снизить температуру. Она никогда не видела, чтобы Серкан выглядел таким уязвимым. Она даже не думала, что он может заболеть. "Серкан, Серкан!" - мягко позвала она. Он лениво открыл глаза и посмотрел на нее. "Почему бы тебе не пойти спать в свою комнату? Тебе будет удобнее в своей постели". Он провел языком по пересохшим губам и покачал головой. "Я должен пойти на прием в назначенный час". "Ты не можешь никуда идти в таком состоянии. У тебя лихорадка, ты даже не можешь держать глаза открытыми в течение пяти секунд", - возразила она. Она откинула маленькое одеяло и встала. "Вставай. Давай проведу тебя в спальню. Ты можешь идти?" Он выпрямился и несколько секунд сидел на диване, оперевшись на руки. Затем поднялся на ноги и сделал несколько шагов к своей комнате, придерживаясь за перила. Эда последовала за ним, положив руку ему на спину. Он тяжело опустился на кровать, не потрудившись забраться под простыни. "Не спи пока", - сказала Эда, закрывая шторы и включая ночник. "Ты сможешь постоять, достаточно долго, чтобы принять душ?" - спросила она, уже подозревая ответ. Он медленно покачал головой из стороны в сторону, и ей захотелось обнять его. "Где твоя одежда?" - спросила она, и он, слегка кашлянув, указал на черную дверь рядом с окном. Это была огромная гардеробная, в которой стояли идеально организованные ряды дизайнерских рубашек, костюмов и обуви. Там было зеркало в полный рост и одно кресло рядом с двумя большими комодами. Она открыла ящики первого и обнаружила аккуратно разложенную коллекцию роскошных часов, запонок и галстуков. В двух верхних ящиках второго комода лежало его нижнее белье, и Эда поспешно закрыла их. В третьем ящике она наконец нашла то, что искала. Она достала темно-синюю футболку и хлопчатобумажные спортивные штаны и, вернувшись в комнату, обнаружила, что Серкан с трудом пытается оставаться в вертикальном положении. "Вот, переоденься в это", - сказала она, кладя одежду рядом с ним, на кровать. "Я сейчас вернусь". Эда пошла на кухню и наполнила прозрачную стеклянную миску холодной водой. Она открыла морозильник в поисках льда, но ничего не нашла. Ее взгляд устремился в сторону комнаты, и она увидела мини-бар. Она побежала искать там лёд и вздохнула с облегчением, когда обнаружила целое ведерко, наполненное дюжиной кубиков льда. Серкан пытался расстегнуть рубашку, когда она вернулась в комнату. Она поставила миску на тумбочку и мягко убрала его руки. Она расстегнула пуговицы одну за другой и сбросила лацканы с его плеч и рук, уронив рубашку на пол. Он ждал, что она поможет ему надеть футболку, но она покачала головой. "Пока нет". Она откинула простыни и помогла ему лечь. "Голова болит", - пожаловался он, положив руку на висок. "Я видела у тебя в шкафу лекарство, сейчас принесу. Хочешь, я вызову врача? Или кого-то другого?" - спросила она, и тут же подумала о Селин. Что, если он попросит позвонить его девушке?! Он покачал головой и с закрытыми глазами скользнул еще глубже под простыню. Облегчение нахлынуло на нее, и она пошла за стаканом воды, остановившись в ванной, чтобы взять обезболивающее и маленькое полотенце. Она присела на край кровати и протянула ему таблетку. Серкан приподнялся, чтобы взять ее и отхлебнуть воды. "Ты голоден? Ты обедал?" - спросила Эда, ставя стакан на ночной столик и макая полотенце в миску с ледяной водой. "Не голоден", - ответил он и поморщился, когда полотенце коснулось его горящей кожи. "Холодно, я знаю, извини, но нам нужно вернуть температуру твоего тела в норму", - извиняющимся тоном сказала она, вытирая мокрым полотенцем его лицо, шею, руки и, наконец, обнаженную грудь. Серкан все время смотрел на нее усталыми глазами. Она намочила полотенце в ледяной воде и дважды повторила эти действия, прежде чем взять его за руку и потянуть вверх. "Чтобы обтереть спину", - объяснила она, и он с усилием сел. "Обопрись на меня", - сказала она ему, и он обмяк, прижавшись щекой к ее плечу. Эда протянула руку к его широкой спине и несколько минут нежно вытирала ее, пока не убедилась, что его кожа стала чуть менее горячей. Она потянулась за футболкой и натянула ее через его голову и просунула его руки. Она поправила ему подушки и помогла снова лечь. После взяла миску и полотенце и уже собиралась выйти из комнаты, когда он положил руку ей на запястье. "Прием.. Позвони Лейле", - сказал он хриплым голосом. "Я напишу ей с твоего телефона", - заверила она его, и он расслабился. Она выключила свет и закрыла дверь, чтобы дать ему поспать. Затем нашла его телефон на диване, где он его оставил, и пролистала список контактов, чтобы найти номер Лейлы. В телефоне были записаны три разные контакта с именем Лейла и она уже собиралась спросить у него полное имя его помощницы, когда вспомнила, что он разговаривал с ней совсем недавно. Она нашла ее имя в журнале звонков и быстро набрала сообщение. "Я болен. Не могу пойти на прием. Пожалуйста, извинись от моего имени". Она положила его телефон на кухонный стол и вымыла руки в раковине. После достала несколько ингредиентов и начала готовить куриный бульон для Серкана. Вскоре позвонила Лейла и Эда уставилась на телефон, раздумывая, стоит ли ей отвечать. Может быть она звонит, чтобы проверить, как там ее босс? Что, если она не ответит, та запаникует и приедет, чтобы лично проверить его? Эда быстро рассудила и решила принять вызов. "Господин Серкан?" - сказала молодая женщина. "Я сообщила помощнику господина Кемаля, что Вы недоступны". "Господин Серкан отдыхает. Я дам ему знать, что Вы звонили", - коротко ответила Эда. Лейла, казалось, опешила. Она поколебалась секунду, прежде чем продолжить. "Он в порядке? Мне позвонить доктору Дилек?" "Нет необходимости, спасибо. Он всего лишь простужен". "Эда?" - осторожно спросила Лейла. "Это Вы?" Глаза Эды расширились, и она ударила кулаком по стойке. Как же эта женщина узнала ее? Они встречались всего два раза или около того. Она начала было отрицать это, но Лейла заговорила первой. "Мне показалось, что я узнала Ваш голос, он очень характерный. Как бы то ни было, завтра днем господин Серкан должен открывать новый магазин в Анкаре. Как Вы думаете, он сможет?" Эда отказалась от попыток отрицать свою личность и вместо этого попыталась спасти свою репутацию. "Лейла, это не то, что Вы думаете. Я могу объяснить". "О, нет, пожалуйста. Вы не обязаны мне ничего объяснять. Просто пусть господин Серкан даст мне знать о завтрашнем дне, чтобы я могла организовать поездку директора от его имени". "Сомневаюсь, что у него получится. Он плохо себя чувствует, у него высокая температура". "О нет, я бы хотела, чтобы он чувствовал себя лучше. Пожалуйста, позвоните мне, если Вам что-нибудь понадобится". Эда поблагодарила ее и с болью закончила разговор. Она была уверена, что Лейла думает, будто она спит с Серканом и ей было неприятно, что ее считают еще одной его любовницей. Молодая женщина, казалось, не удивилась, что Эда ответила на звонок своего босса, так что это, должно быть, обычное явление... Она глубоко вздохнула и схватила термометр, на цыпочках обошла темную комнату и остановилась у кровати, коснувшись рукой его лба. Она измерила его температуру: 38,9°. Она была немного ниже, чем раньше, но все еще слишком высокой. Она пошла в свою комнату и сменила топ и джинсы на оливково-зеленые пижамные шорты и топ с короткими рукавами. В дверь позвонили и она проверила, кто это был в глазок. "Господин Мустафа?" - спросила она, открывая дверь. Он взглянул на ее одежду и опустил глаза, чтобы посмотреть себе под ноги. Черт побери, она забыла, что ей не положено открывать дверь в таком наряде. Она попыталась немного спрятаться за дверью. "Прошу прощения за беспокойство, госпожа Эда. Шофер ждет господина Серкана. Его ждут на приеме сегодня вечером". "О нет, он не поедет. Он немного болен". Телохранитель нахмурился. "Ничего серьезного, он отдыхает", - добавила она. "Хорошо, пожалуйста, позвоните мне, если Вам что-нибудь понадобится. Я буду внизу". "О, вообще-то", - сказала она. "Я тоже не пойду на работу сегодня вечером. Пожалуйста, не ждите и идите домой пораньше". Ей показалось, что она заметила быструю улыбку на его лице, прежде чем он кивнул, все еще глядя в пол. "Хорошо, госпожа Эда". Она закрыла дверь и стала искать свой телефон, чтобы набрать номер Фифи. "Привет?" - пришел ответ. "Привет, Фифи, это я. Ты уже на работе?" "Нет, милая. Сейчас только 20.00. В чем дело?" "Мне нужна услуга. Ты можешь обслужить мои столы сегодня вечером? Или попросить кого-нибудь сделать это? Я действительно не могу этого сделать". "Почему? Что случилось?" - спросила брюнетка, и по звуку Эда догадалась, что она жует свою вечную жвачку. "Это семейное происшествие", - она туманно объяснила. Они не были достаточно близки, чтобы Фифи знала, что у нее не осталось семьи. Кроме того, Серкан был ее мужем, так что формально он был ее семьей. Это не было ложью. "Ладно, я сделаю это", - согласилась другая женщина. "Но это значит, что ты идешь на вечеринку, госпожа Эда. Никаких возражений". "Все, что захочешь. Спасибо, Фифи. Ты самая лучшая!" - с благодарностью сказала Эда и повесила трубку. Теперь, убедившись, что ей не придется оставлять Серкана одного больного, она вернулась на кухню и приготовила жареные овощи и жареного лосося к бульону. Она приготовила поднос для Серкана и пошла в его комнату. Она положила его на прикроватную тумбочку и включила ночник. "Серкан", - тихо позвала она. Он пошевелился, и она положила руку ему на плечо, чтобы встряхнуть. "Серкан, проснись, тебе надо поесть". Он открыл глаза и поднял руку, чтобы защитить их от агрессивного света. "Как ты себя чувствуешь? Все еще болит голова?" Он кивнул. "Будет еще хуже, если ты ничего не съешь, так что давай", - подбодрила она его. "Я ничего не могу проглотить. У меня болит горло", - пожаловался он, как ребенок. "Я знаю, но по крайней мере съешь хоть суп. Пожалуйста". Она помогла ему подняться и поправила подушки за спиной. Она села на край кровати с подносом на коленях и протянула ему миску. "Вот, я убедилась, что не слишком горячо", - сказала она ему. Он взял суп и начал пить. Он пил медленно, отдыхая между глотками, но, по крайней мере, не отказывался, к великому облегчению Эды. "Это восхитительно", - сказал он едва слышным и совершенно неузнаваемым голосом. Она широко улыбнулась и салфеткой вытерла его рот. "А теперь немного овощей?" - спросила она, но он категорически покачал головой. "Хорошо, ложись спать. Я разбужу тебя через два часа для следующего приёма таблетки". С этими словами она обошла кровать, собрала одежду, которую он выбросил раньше, и пошла в ванную, чтобы положить ее в корзину для белья. Она подошла к кровати и накрыла его. "Эда..." "Да?" "Спасибо ..." - сказал он ей, полузакрыв глаза. "Пожалуйста. Ты ранее делал для меня то же самое. Я просто возвращаю долг". Вскоре он уже крепко спал. Она выключила свет и отнесла поднос на кухню. Она налила себе тарелку супа и села есть на кухне, прокручивая свою ленту в Твиттере. Она отвлеченно смотрела телевизор с очень низкой громкостью. За это время телефон Серкана звонил несколько раз, но она не обращала на него внимания. Когда наконец пришло время принимать лекарство, она вошла в его комнату и включила ночник. От бульона и лихорадки он весь вспотел, поэтому она поискала свежее белье и чистую футболку в его гардеробной и вернулась, чтобы разбудить его, протянув ему стакан воды. "Серкан, прими свою таблетку", - приказала она тихим голосом. Он послушно подчинился, и она помогла ему сменить мокрую футболку. "Ты можешь немного посидеть в кресле? Я сменю и твои простыни". Он кивнул, и она помогла ему подняться. Он пошел в ванную и почистил зубы, а когда вернулся, Эда умело заменила мокрые простыни свежими. "Еще что-нибудь нужно?" - спросила она, когда уложила его в постель и положила одну руку на подушку, для поддержки. "Сколько сейчас времени?" "Почти полночь", - ответила она, снова проверяя его температуру. Он был менее горячим, чем раньше, и Эда была благодарна. Если так будет продолжаться, то к завтрашнему дню лихорадка пройдет. "Тебе тоже надо поспать", - сказал Серкан. "Да, теперь я пойду. Позвони мне по телефону, если тебе что-нибудь понадобится. У твоей кровати есть бутылка воды, если ты захочешь пить, дум ... "- говорила она ему. "Останься со мной", - тихо попросил он, обрывая ее. Эда напряглась, ее разум автоматически вспомнил, что произошло в последний раз, когда они делили постель. "Не думаю, что это хорошая идея. Кроме того, тебе было бы удобнее, если бы вся кровать была в твоем распоряжении", - возразила она и ее аргументы звучали вполне разумно. Он слегка повернулся и пристально посмотрел на нее. "Ты сказала, что возвращаешь долг", - сказал он с тяжелыми веками, имея в виду ночь, когда на Мело напали, и она была слишком напугана, чтобы спать одна. Тогда он не отказал ей в просьбе. Эда посмотрела на его слабое состояние и сдалась. В любом случае он был слишком болен, чтобы что-то предпринять. "Хорошо, ложись спать. Я сейчас вернусь". Она не была уверена, что он ее слышал, или что он вообще не бредит. Она пошла в свою комнату и причесала волосы, почистила зубы. Она выключила свет в доме и вернулась в его спальню, положив его телефон на тумбочку рядом с кроватью. Она забралась под простыни и выключила свет, погрузив их в темноту. Она легла на спину в дальнем конце матраса, чтобы не потревожить его. Услышав его ровное дыхание она решила, что он уже спит. Больной Серкан был совсем другим человеком! Он был тихим и послушным и не пытался провоцировать или контролировать ее. Самое главное, он не пытался прикоснуться к ней. Едва она закончила размышлять, как слева от нее произошло резкое движение, и она почувствовала, как он выбросил лишнюю подушку и сократил пространство между ними. Он обнял ее левой рукой за талию и прижал к себе, затем поднял голову и положил ее на грудь Эды, его волосы коснулись ее подбородка, а его щека прижалась к ее груди. "Серкан!" "Только в этот раз...Пожалуйста", - сказал он приглушенным голосом и она поняла, что он не может быть полностью в сознании. Это был "Больной Серкан", потому что нормальный Серкан никогда не использовал это слово. Она с легким вздохом уступила его мольбе и, взяв рукой его взъерошенные волосы, погладила их медленными успокаивающими движениями. Она положила другую руку на горящую кожу его руки, обнимая его в ответ. Так они и оставались до тех пор, пока Серкан снова не заснул и его крепкая хватка немного не ослабла. Как бы ей ни нравилось то, каким мирным и послушным был "Больной Серкан", Эда подумала, что больше никогда не хочет видеть его таким. Она хотела, чтобы он восстановил свои силы и был здоров, даже если это означало, что он вернется к своему безжалостному и бесчувственному "Я", даже если это означало, что он вернется к хладнокровию и контролю. Она хотела, чтобы он дразнил ее, провоцировал и отчитывал, как обычно, чтобы свести ее с ума. Она хотела вернуть своего прежнего Серкана.

Конец 18 главы.