Короткий рассказ

Свет падал мягко и тускло, словно сквозь пыльное стекло, и едва касался столов, заваленных бумагами. Поначалу акцизный чиновник не имел ясного понятия, с чем ему предстоит столкнуться. Однако вскоре стало очевидно: поток налоговых отчётов и товаров, поступающих на проверку, не только возрастал, но и требовал немедленного разбора. Игорь, которому в эти дни понадобилось огромное количество товаров для проведения налоговой инспекции, стоял у окна, нервно перебирая списки. Он не ожидал, что дело примет столь серьёзный оборот. Каждый новый документ будто усложнял задачу, а каждая партия товара требовала отдельного учёта и проверки. В процессе сбора налогов и распределения товаров, поступающих различным владельцам капиталов, акцизный чиновник всё чаще ловил себя на мысли, что порядок здесь — лишь иллюзия. Бумаги накапливались, записи путались, а сроки поджимали. Перед самым отъездом Игорь хотел задать чиновнику несколько вопросов, но тот, погружённый в расчёты и ведомости, лишь устало кивнул, словно уже знал, о чём пойдёт речь. И всё же Игорь не отступил. Он приблизился, ступая осторожно, будто сам воздух в комнате был пропитан строгим порядком и требовал почтения. — Сударь, — начал он негромко, — позвольте осведомиться… как быть с теми товарами, что не внесены в прежние описи? Их число… превышает всякое разумение. Акцизный чиновник медленно поднял взгляд. В его глазах отразился тусклый свет лампы, и на мгновение показалось, будто он видит не Игоря, а нечто более тягостное — всю эту нескончаемую череду ведомостей, долгов и обязательств. — Превышает, говоришь… — произнёс он тихо, с оттенком усталой усмешки. — Здесь многое превышает разумение. Но порядок, милостивый государь, не в том, чтобы понять всё, а в том, чтобы всё записать. Он отложил перо, выпрямился и, тяжело вздохнув, продолжил: — Всякий товар, будь он явленный или сокрытый, должен быть внесён в книгу. А коли не внесён — стало быть, либо он ускользнул от казённого ока, либо кто-то тому поспособствовал. Игорь невольно сжал бумаги в руках. — Вы полагаете… здесь есть злоупотребления? Чиновник не ответил сразу. Он подошёл к столу, провёл пальцами по стопке документов, словно перебирая не листы, а чьи-то судьбы. — Я полагаю, — наконец сказал он, — что там, где слишком много товара и слишком мало ясности, всегда найдётся место для тени. За окном скрипнули колёса отъезжающей повозки. Время поджимало. — Стало быть… — Игорь замялся, — мне надлежит пересчитать всё заново? Чиновник кивнул. — Не просто пересчитать. Проверить, сопоставить, взыскать. И помни: каждая ошибка здесь имеет цену. И цену ту платят не только серебром. С этими словами он вернулся к своим записям, давая понять, что разговор окончен. Игорь ещё мгновение стоял неподвижно, затем медленно направился к двери. За его спиной шелестели страницы, будто шёпот множества голосов — неразобранных, неучтённых, забытых. И в этом шёпоте ему уже чудилось нечто большее, чем просто работа.