Часть 1

Стояла майская ночь, навевая приятные сны теплым ветерком. Тягучий, сладостный аромат цветов дурманил головы прохожих. Голубое небо незаметно потемнело, приняв серовато-синий оттенок сумерек, но земля, поросшая молодой травой, отдавала свое тепло, превращая ночь в настоящее пекло. В переулок выплыл чей-то силуэт. Со спины его можно было спутать его с мусорным мешком, но подойдя ближе вы бы удостоверились, что сгорбленная фигура – ничто иное как человек. Меховая шуба, сверху прикрытая теплым беретом с фиолетовым цветочком, медленно двигалась меж двух панельных домов. Весьма странный выбор одежды для столь душной ночи. Берет приподнялся выше на лоб, а под ним показались глаза-щелочки, которые жмурились, словно от солнца, которого и в помине не было. Старушка наконец добралась до опустевшего двора. Пара дряхлых берез одиноко уставилась на гостью, неухоженная, на удивление жухлая трава ещё больше пригнулась к земле. На лавочках у подъезда и на обветшалой детской площадке давно облетела вся краска. Сухие губы пробормотали что-то, а морщинистые руки, до этого скрытые в карманах шубы, потянулись к отделению за пазухой. Шершавые желтоватые пальцы сжимали в руках белый конверт, из уст бабушки снова послышался неразличимый скрипучий шепот. Березки качнулись, словно прислушиваясь, а старушка глядела своими серыми, выцветшими глазами в сумеречное небо, застыв на пару минут. Потом она поежилась и, очнувшись от транса, вытащила из кармана какой-то другой предмет. Спустя мгновение в ладонях бабушки зажегся огонь. Она смотрела на зажигалку с безразличием, как и на все вокруг, но на секунду огонёк отразился в её зрачках, и взгляд стал таять. Озорной ветер порывом затушил огонь и оставил после себя лишь тонкую струйку дыма. Глаза старушки снова потускнели, она уставилась туда, где исчезали последние дымовые крупицы, и очередной порыв ветерка выбил из-под берета седую прядь волос. Губы бабушки изогнулись в слабой полуулыбке и уже слышней произнесли: –Все играешься… Только вот мне не мешай. Быстрым движением она вновь зажгла огонь, уже несмотря на него, и тяжко вздохнула, наполняя знойный воздух холодным тяжелым дыханием, отдавая часть своей души, которой пришлось испытать много горя. Бабушка держала в руках конверт и зажигалку, медленно приближая совершенно несовместимые вещи. Огонь зацепился за край бумаги и принялся жадно её пожирать. Горящий конверт упал на асфальт, продолжая свои страдания. Старушка, сильней завернувшись в шубу, продолжала равнодушно смотреть на бумагу, съедаемую огнем. Только её бесцветные глаза покрылись ледяной корочкой, и она снова поежилась. Бабушка словно отдала всё свое тепло через этот огонь,чтобы уничтожить содержимое конверта. Природа завороженно замерла, наблюдая за этими действиями. Наконец старушка прохрипела: –Теперь меж нами нет мостов. Она развернулась, ещё медленней чем прежде зашагав обратно, оставив на пустынном дворе горстку пепла и любопытную майскую ночь, наблюдавшую за ней…