Гордость не считается

— А, это ты, — кивнула Зейна. — Брат предупреждал, что придёшь. — Для той, кто встречает гостя, ты слишком напряжена, — прищурился Арт. — У меня нет причин доверять тебе, — вскинула бровь девушка. — Да и ты пришёл к моему брату, а не ко мне. — Кто знает… Арт сел в её любимое кресло и наклонил голову. Ему доставляло невероятное удовольствие наблюдать за её вспыльчивостью. — Эй. Иди отсюда! — Ты ужасно грубая, знаешь? — Арт ухмыльнулся. Зейна сжала кулаки, чтобы не ударить его каким-нибудь заклинанием или ближайшим тяжёлым предметом. — А с чего мне быть доброй? Ты подозрительный и бесишь. — Сейчас расплачусь, ты такого плохого обо мне мнения, — театрально вздохнул парень. — А что же тогда произошло на вчерашнем балу, Зейна? Не очень-то напоминает ненависть. Или я тебя настолько раздражаю, что ты захотела… — Молчи! — Поцеловать меня? — самоуверенно глядя ей прямо в карие глаза, закончил фразу Арт. — Я придушу тебя, — прошипела Зейна. Она схватила со стола статуэтку и быстрым шагом подошла к собеседнику. Подняла руку, но он даже не дёрнулся. Арт наклонил голову и уточнил: — Это такая прелюдия ко второму поцелую? Ты странная, Зейна. Сама хоть знаешь, что чувствуешь ко мне? Перед глазами у девушки поплыло, а в мыслях вспыхнули картинки вчерашнего вечера. Ей захотелось ударить саму себя по голове. *** — Зейна? Почему это ты выбрала провести время в моей компании? — усмехнулся Арт. — Неужели остальные не выдержали? Да-а, это уметь надо. — Ты такой же, — сложила руки на груди девушка. — Если бы это было не так, уже танцевал бы с какой-нибудь милой девушкой. Но нет, потому что ты не в состоянии быть адекватным. — Просто чтобы ты знала, Зейна: у меня целая армия поклонниц, — невозмутимо возражает Арт. — И ты им очень не нравишься. Мы слишком много времени проводим вместе. — Я не настолько предсказуемая, чтобы влюбиться в тебя, — хмыкнула Зейна. — Они могут не волноваться: ты меня бесишь до желания прикончить. — Тогда почему ты вообще здесь стоишь? К слову, ты действительно предсказуемая: стоишь в той же позе, что и обычно, волосы уложила так же, как на прошлогоднем балу, даже фасон платья похожий. — Не думала, что кто-то будет помнить мой образ. Так запомнилась тебе? — прищурилась Зейна. — Просто вспомнил, что где-то такую тебя уже видел. Ах да, точно, всегда. Ты не меняешься. — То есть, я предсказуемая? — злобно сверкнула глазами девушка. — Ещё как. Так что иди отсюда, если ошиблась. Так и быть, не скажу твоему брату, что у тебя свидание на соседнем балконе. Я люблю покой, а ты его то и дело уничтожаешь. — Предсказуемая, значит… Зейна подошла к Арту впритык. Он попытался увеличить расстояние, но оказался прижат к перилам балкона. Падать с такой высоты ему не особо хотелось, поэтому парню оставалось лишь уставиться на девушку округлившимися от удивления глазами. Зейна довольно ухмыльнулась. — Предсказуемая, правда, Арт? — хитро уточнила она. — Ты выпила, что ли? Столкнуть собираешься? Зейна встала на носочки и коснулась его губ. Изо рта Арта вырвался удивлённый вдох. Девушка не собиралась медлить: сразу поцеловала, положив руки ему на плечи. Губы Арта оказались ухоженными и приятными. Зейна с удовольствием касалась их своими, мысленно убеждая себя, что это просто способ дезориентировать противного друга брата. Она закрыла глаза и проникла языком в его рот. Арт смотрел на неё с огромными глазами и расширенными зрачками. Он не отвечал, но и не отталкивал, потому что не понимал, что происходит и что делать. Фактически, парень позволял Зейне делать всё, что вздумается, потому что такого хода точно не ожидал. Девушка сжала его плечи, требуя ответить, и Арт сдался. Прижал её к себе, коснувшись спины, и углубил поцелуй. Их губы и языки сплетались в жарком танце, Зейна обмякла в руках парня и отдалась моменту, зная, что потом точно будет жалеть и страдать. — И что это было? — спросил Арт, когда они отстранились друг от друга. — Тренируешься на мне? Мстишь за что-то? Зейна пришла в себя и отскочила от него. В ужасе коснулась пальцами своих губ и подняла взгляд на парня. Он ждал ответа. Девушка рванула прочь с балкона, а когда Арт попытался догнать, толкнула так, что он едва не грохнулся с балкона прямо на землю с высоты седьмого этажа. Парень остался стоять, опираясь на перила и пытаясь понять, что только что произошло. Зейна никогда не любила его, в этом Арт был уверен, но что тогда толкнуло её совершить настолько безрассудный поступок? *** — Мы оба знаем, что это было ошибкой. Будь джентльменом и забудь о случившемся. Этот инцидент всё равно ничего не значит, — Зейна опустила руку со статуэткой. В конце концов, она хотела договориться, а не избить его. Арт задержал взгляд на её губах. Не с желанием поцеловать, а в попытке спровоцировать. Зейна сжала в руке статуэтку. Она злилась на Арта, не уступающего так легко, на себя за то, что поцеловала. Но какая-то часть девушки хотела спровоцировать собеседника в ответ. — Ты преступница, совершившая кражу. Воровка. Таких нужно наказывать, Зейна. — Можно подумать, это был твой первый поцелуй. У тебя до меня было много девушек, но разве ты сейчас в отношениях? Для тебя все вокруг — всего лишь пешки или временные компаньоны. — Ты так уверена? — Арт наклонил голову. Сидя в кресле, он умудрялся смотреть на неё сверху вниз. Это раздражало Зейну. — Даже если я украла твой первый поцелуй, ты не сопротивлялся. Арт, ты не безвольное создание, тебе ничего не стоило оттолкнуть меня. Разве можно считать кражей то, что было подарено, но без слов? — Подарено? — вскинул бровь парень. — Я не занимаюсь благотворительностью. — Хочешь, чтобы я извинилась? — уточнила Зейна. — Но ты ведь тоже виноват. Повинуясь странному порыву, она провела языком по нижней губе. Внешне Арт остался невозмутимым, но внутри него что-то включилось. Это нечто требовало повторить случай на балконе. Сейчас же. Немедленно. Потому что, как бы стыдно ни было это признавать, ему понравилось. — Ты мог оттолкнуть меня, Арт, — повторила Зейна. — Ты ведь так ненавидишь меня, как мог позволить какой-то несносной девчонке украсть первый поцелуй, м? Парень усмехнулся. Ему нравилось, когда она скрывала уязвимость за агрессией. Не потому, что это было опасно, а потому, что осознание того, что он видит настоящую Зейну, сводило его с ума. — Ты так боишься, что я пожалуюсь твоему брату на неуправляемую тебя? Расскажу, с какой страстью ты набросилась на меня? Хах. Ладно. Забудем о произошедшем, — подозрительно легко согласился Арт, — это недоразумение не стоит того. К слову, целоваться ты не умеешь. Последние слова ранили Зейну, потому что она думала, что им обоим понравилось, если не учитывать вражду и абсурд ситуации. Парень поднялся с кресла и направился к двери, но её фразы остановили его. — Я не виновата, что это был мой первый поцелуй. Говорят, первый блин — всегда комом. Ты тоже не умеешь, Арт. Бедняжка. То, как легко с её языка слетала ложь, пугало саму Зейну. Она надеялась, что это поможет наконец выбросить самоуверенного парня из головы и сердца. Чувства к Арту раздражали её. — Бедняжка? По-моему, ты не распробовала. — Ха-ха. Ты так в себе уверен… Впрочем, как всегда. Уходи, Арт, пока мы оба не вернулись к сожалению. Парень развернулся и подошёл к ней. Девушка вздрогнула, но не от страха, а от волнения. Ей стоило бояться, злиться и бежать, но хотелось довериться, прижаться и остаться. — Ты можешь оттолкнуть меня, Зейна, — Арт провёл пальцем по её щеке. — Я даже советую тебе это сделать. Потому что если ты ответишь, это будет означать, что я стал тем самым, кто нашёл ключ от твоего сердца. — Не нашёл, — уверенно заявила Зейна. — Ты взломал замок. Бессовестный, наглый и самоуверенный. — Я, — согласно кивнул Арт. А затем коснулся её губ нежно и медленно, словно никуда не спешил. Одной рукой притянул ближе за поясницу, а другой — поглаживал её шею. Зейна подумала, что потеряет сознание от непривычной нежности Арта. — Не умею целоваться? — переспросил он, касаясь своим лбом её. — Умеешь, — на выдохе призналась Зейна. — Значит, я не хуже тебя, — ухмыльнулся парень. — Ты украл мой второй поцелуй. Бессовестный, — в шутку надула губы девушка. — Позволь заметить, это была кража без сопротивления, не считая гордости. Но я возьму ответственность, не бойся. Если ты вдруг не поняла, мы встречаемся, Зейна. — Учти, что ты поцеловал меня добровольно, Арт. Не смей обвинять, ты не сопротивлялся. — А должен был? Ты мне нравишься, хотя я злился на себя за это. Смирись, теперь не отвертишься… Милая. — Ты тоже. И нравишься, и не отвертишься. Милый. Усмешки на их губах несли нечто большее, чем подколы. В них скрылись воспоминания и мысли, что будут озвучены позже. Зейна поцеловала Арта снова, и он ответил, уже не скрывая истинных чувств. Таким образом они закрепили молчаливые обещания быть вместе и делать друг друга счастливыми. — Вынуждена признать, ты сводишь меня с ума, Арт, — по-доброму хмыкнула Зейна. — Ты меня уже свела, — шёпотом на ухо признался он. Осознания и признания пробирали до мурашек. Никто не жалел. — Спасибо, что захотела стереть мою самоуверенность своими губами, а не каким-нибудь заклинанием тогда на балконе. — Так и знала, что тебе понравилось.