Часть 1

      Боль.       Разрывающая и жгучая, посылающая огненные волны от таза вдоль позвоночника. Ослепляющая и оглушающая. Такая, которую будешь вспоминать даже спустя десятки лет.       Но…       Даже будь перед ней другой выбор, она всё равно выбрала бы эту боль. Чудо, рождённое в этих муках, стоило всего.       Дыхание перехватило. Но она заставила себя вспомнить как дышать.       Вдох… Выдох.       — Вы отлично справляетесь!       Её пальцы до судорог крепко сжали мозолистую ладонь мужа. До багровых синяков и покалывающего онемения. Но он не возражал, а лишь сильнее стиснул её пальцы в ответ. Их золотые обручальные кольца, согретые теплом обеих рук, столкнулись с неслышным звоном. Даже здесь, в родильной палате, он исполнял данные на свадьбе клятвы — быть рядом и поддерживать несмотря ни на что.       — Я с тобой, Лили.       Даже работник Мунго, попытавшийся остановить его у дверей палаты словами: «Это не мужское дело — присутствовать на родах. Почему бы вам не подождать тут, а наши целители со всем справятся?» — не стал преградой. Хоть едва и не получил проклятие прямо в лицо за свои неосторожно сказанные слова. Его счастье, что рядом находился Сириус, который успел поймать руку Джеймса с занесенной для атаки палочкой. Именно Блэк из опасения, что их могут выгнать из больницы, остановил друга.       Сейчас же Джеймс сидел рядом и помогал справляться с болью настолько, насколько было в его силах. В ушах звучал его поддерживающий шёпот: нервный и прерывистый.       Лили улыбнулась бы, если бы могла. Всегда казавшийся уверенным и храбрым, Джеймс Поттер сейчас был похож на испуганного мальчика, каким не был даже под недовольным взглядом Минервы Макгонагалл и осуждающим Альбуса Дамблдора.       Вдох… Выдох.       Она чувствовала, как быстро билось сердце, как сокращались мышцы, как пульсировала кровь, а ноги сводило от напряжения. Время текло то ужасно медленно, то болезненно быстро.       И вот, наконец-то, раздался самый желанный звук в мире.       Первый крик её ребенка.       Её сына.       Шёпот Джеймса прекратился. Лили открыла глаза и сквозь пелену слёз увидела, как целительница удерживает на руках маленькое окровавленное тело.       Сердце болело — видимо расширялось, чтобы вместить в себя всю ту любовь, которая кипела в ней.       В молчании они наблюдали, как целительницы заклинанием убирают кровь и пеленают новорожденного. Его тихие хныки были единственным, что нарушало тишину палаты. Одна из целительниц осторожно приблизилась, удерживая маленький сверток. Её губы изогнулись в ласковой улыбке, а руки с осторожностью опустили младенца на грудь Лили.       — Поздравляю! У вас здоровый мальчик.       Лили присмотрелась к маленькому личику и с усилием подняла правую руку. Ее дрожащие пальцы, едва касаясь, провели по головке и хрупкой спинке. Ощутили мягкость коротких тёмных волос и нежность розовой кожи.       Маленькие пальчики, сжатые в кулачки, осторожно накрыли пальцы Джеймса. Сильные и шершавые от частых игр в квиддич поверх крошечных и шелковистых — они выглядели совершенно несовместимо друг с другом.       — Он такой маленький и хрупкий, — Джеймс с благоговением смотрел на младенца, страшась прикоснуться и этим причинить боль. Он не боялся, когда летал на огромной скорости, преследуя квоффл, когда заходил в пике, уклоняясь от бладжера. Не боялся, когда выходил на дуэль со студентом старше себя на уроках защиты от Темных искусств. Не боялся, когда встречался в бою с Пожирателями Смерти. Не боялся даже тогда, когда отказал самому Тёмному Лорду Волдеморту в предложении присоединиться к нему. Ничего из этого не пугало Джеймса так, как вид уязвимого новорожденного сына на груди самой любимой женщины в его жизни.       Целительница, что всё это время стояла рядом, вежливо спросила:       — Уже придумали имя?       Лили и Джеймс посмотрели друг на друга. Лили мягко улыбнулась и тихо произнесла:       — Да, Гарри. Гарри Джеймс Поттер.       — Красивое имя. Тогда я вас оставлю.       Она подошла к двери, намереваясь уйти, чтобы не мешать чужому счастью, как дверь распахнулась. Женщина не успела остановиться и влетела прямо в сильную мужскую грудь в кожаной куртке.       — Родился?!       Сириус взволнованно смотрел в сторону Лили и Джеймса, не обращая внимания на целительницу. Он обогнул её и быстрым осторожным шагом приблизился к кровати.       — Да, я теперь отец, бродяга, — со слезами на глазах выпалил Джеймс. Счастье переполняло его настолько сильно, что не помещалось внутри тела и выливалось наружу в виде слез. Оно было настолько всеобъемлющим, что Джеймс был уверен: сейчас он сможет создать самый сильный Патронус в своей жизни.       Сириус опустился рядом с кроватью и с интересом заглянул в пеленку.       — Похож на маленькую мандрагору.       — Мы тоже в восторге, — кивнул Джеймс. Его глаза не отрывались от лица сына, а на губах сверкала обожающая улыбка. — Познакомься, Сириус, это Гарри. Гарри, это твой крестный отец — Сириус Блэк.       Сириус осторожно поднял руку и коснулся пушистых темных волос.       — Здравствуй, Гарри, мы очень долго ждали встречи с тобой.       Лили с приятной усталостью откинулась на подушку и, пока мужчины обсуждали игрушки и детские гоночные метлы, посмотрела на Гарри. Светлые расфокусированные глазки смотрели на нее сквозь легкий прищур. Она улыбнулась при мысли о том, каким же цветом будут его глаза, когда полностью сформируются. Зелеными как у нее? Или карими как у Джеймса? А может совсем другими, такими же как у его бабушек и дедушек?       Джеймс отвлекся от разговора, быстрым движением палочки создал стеклянный стакан и наполнил его водой. Передал Лили и вернулся к тихому спору с Сириусом о том, что покупать гоночную метлу прямо сейчас слишком рано.       Лили улыбнулась и осторожно подняла стакан к губам. Несколько глотков воды избавили от неприятного ощущения сухости во рту и жжения от сорванного во время родов горла. Она передала стакан обратно Джеймсу, а сама прижалась чуть влажными губами ко лбу Гарри.       Ее первый поцелуй как матери нес больше, чем она могла выразить словами.       Обещаю любить и заботиться о тебе до последнего своего вздоха.       Быть рядом, когда сделаешь первый шаг.       Поймать и не дать упасть, когда впервые споткнешься.       Мягко журить за провинности и ласково хвалить за правильные поступки.       Вытирать слезы, когда будешь плакать из-за пораненной коленки или поцарапанных ладоней.       Успокаивать в минуты неудач и радоваться вместе с тобой в час победы.       Обнимать, когда приснятся кошмары, и научить давать отпор страху.       Быть рядом, когда случится первый стихийный магический выброс.       Рассказать о магии, Хогвартсе, факультетах и чудесах, что ждут тебя в одиннадцать лет.       Провести сквозь арочный проход в «Дырявом котле» и показать Косой переулок.       Стоять за твоей спиной и поддерживать, когда будешь выбирать волшебную палочку в лавке Олливандера.       И, наконец, проводить в Хогвартс.       Привести на вокзал.       Помочь преодолеть барьер, чтобы попасть на платформу № 9¾.       Туда, где Хогвартс-экспресс доставит тебя в самую лучшую магическую школу.       Где ты найдешь лучших друзей — таких же верных, как у твоего отца. Которые пройдут с тобой рука об руку всю жизнь.       И станут твоей второй семьей.       Спи, мой мир, мама всегда будет рядом с тобой.