Под колёсами

      — Напомни-ка мне, почему я вообще на это согласилась?       За тонированными окнами Мустанга блестели уличные фонари, ночные огни города, ксеоновые фары других автомобилей. Здесь было уйму людей, пришедших поглазеть на то, как печально известный сутенёр утирает нос местному гоночному авторитету. Фантом прекрасно помнит, как тот байкер, розововолосый друг Киры, намекнул на его неумелость за рулём, и почему-то тому сразу захотелось доказать обратное. Не байкеру. Кире. Именно поэтому она прямо сейчас сидела рядом с ним и глазела на девушку в коротких джинсовых шортах с флагом Америки на заднице, вышедшую на середину дороги, чтобы дать сигнал старта. Красотка, не поспоришь. Только у Фантома вкус был немного иной.       — Потому что мне невозможно отказать, — он посмеялся и поставил бутылку какого-то модного фруктового пива в подстаканник. Интересно, что он пил какой-то дешёвый хлам, когда вся эта дутая элита не видит. Ну, текила и виски тоже могут надоесть, как оказалось.       Девушка закатила глаза, но никак не ответила. Моторы обеих машин зарычали, когда вдруг гоночные флаги напротив опустились резким взмахом, и колёса чуть не сняли асфальт прямо на месте. Галлардо соперника, конечно, был крут, но действительно хорошо стартовал не он. Мустанг бросил ему в лобовое облако пыли при первом же повороте.       Кира непроизвольно вжалась в пассажирское кресло. То, как огни стали мерцать за окном со скоростью света, казалось сумасшествием. Ей почему-то казалось, что Галлардо... Ну... Будет элитнее этого Мустанга, ладно. Фантом так не считал, но почему-то догадывался о мнении своей спутницы.       — Эта итальяшка – ничто по сравнению с моим американским танком. Ты слышишь, как он разговаривает, м? — Фантом пьяно улыбнулся, и двигатель громко замурчал в знак подтверждения, проводя импульсы по телу Киры. Она издала мычащий звук, показывая, что впитала его слова и даже согласилась, возможно. Даже если на самом деле всё ещё сомневалась.       И всё же тот факт, что Форд остаётся впереди Ламбы на целый квартал, говорит сам за себя.       Через время голова водителя начала крениться. Благодаря своей гиперосязаемости в данный момент, Кира заметила это быстро и пихнула его в плечо, отчего тот быстро пришёл в чувство.       — Тебя не корежит от десятка шотов, но вырубает от фруктового пива? Тебе тринадцать лет или что-то в этом роде? — она завозмущалась и схватилась за бутылку этого варева, чтобы как следует осмотреть состав. Алкогольное, конечно, но процент маленький. Ничего особенного написано не было. Что-то всё равно было не так...       — Наверно... Не выспался. Что, беспокоишься?       — Интересно, почему же я беспокоюсь? Может быть, потому что мы в одной машине? Да нет, совсем не из-за этого.       Фантом рассмеялся на её сарказм, уже привыкший. Пусть дерзит – что угодно лучше тех, кто подлизывается, пытаясь что-то отхватить от него. Подлизы хуже предателей, хотя по факту ими и являются.       Содержимое вспенилось после небольшой тряски. Она приподняла стекло над головой и поняла, в чём дело, когда посмотрела на дно бутылки и увидела плавающую таблетку. Тут-то она и испугалась.       — ...Где ты взял это пиво?       Он бросил на неё боковой взгляд, пока не отвечая. Забыл, что-ли?       Ауч. Вспомнил.       — Та... Как её звали... Ну, что старт давала... М-м-м. Очень хотела меня обслужить. Что там?       — Наркотик там, Фантом, — она поставила пиво обратно. По крайней мере, он выглотал не всё... — Либо тормози, либо едь быстрее.       Его разум пришёл в состояние оверчувств от услышанного. Вот же сука. А ведь говорили не брать ничего от незнакомых дядек и тётек, да?       После нескольких секунд обдумывающего молчания Кира потянулась к бардачку из любопытной привычки, он потянулся к какой-то выделяющейся на фоне других приборов кнопке. Она нащупала его кастет... Разве он не оставил его у себя дома? Её руки хитро подхватили его и покрутили в воздухе в манере, принадлежащей только Фантому, но владелец предмета всего этого не заметил из-за размытого зрения и концентрации на совершенно другом. Машина дернулась, чуть не выбив из рук Киры кастет. Закись азота. Победитель был уже очевиден, как бы Галлардо в трёх кварталах сзади не старался плестись. Финиш одолелся колёсами Мустанга в конечном итоге, но машина под руками своего сумасшедшего водителя даже не подумала остановиться. В глазах Киры читался вопрос, но когда показалась знакомая улица по дороге к его апартаментам, все эти вопросы отпали сами. Любой разумный человек бы так сделал, даже не совсем в разумном состоянии – руки Фантома тряслись, собственно, как и зрачки, а дыхание было тяжёлым и прерывистым. В попытке не отключиться он заставлял себя очень быстро дышать, словно уже был на опыте. К горлу подходила подавляемая тошнота.       Кире пришлось буквально тащить его до лифта. В общем и целом наркоман мог спокойно передвигаться на своих двух, но в её черепной коробке билось неукротимое и необъяснимое чувство беспокойства за какого-то аморала. Для него всё было более чем нормально – кто откажется от тесной хватки самой красивой девушки на своём теле? Интересно, подозревает ли он о том, что в эту хватку вложено немного больше чувств, чем он на самом деле получил.       Лифт двигался до пентхауса на самом верхнем этаже, доставляя дурных пассажиров. Пьянь могла бы и за поручень взяться, но всё равно предпочёл тёплое тело под рукой. Он хрипел и рычал, каждый раз испытывая щипки сбоку, мешающие отключиться прямо перед дверью. Вход поддался под его ключом-картой.       Ближе к спальне он схватился за дверной косяк, почему-то теперь пытаясь отбросить женскую руку и помощь. Сознание начало постепенно возвращаться, когда он понял, насколько жалко выглядит и как позорно было вот так проходить по холлу высотки.       — В чём дело, придурок? — Кира недовольно упёрлась руками в бока, решив, что в нём проснулась брезгительность. Не совсем это так, но в головах она не лазила – только в кошельках, и то было раньше.       — Отъеби-и-ись... Чего пристала ко мне?! — Фантом уже начал скатываться по дверному косяку на пол, но снова закрепил хватку и резко вдохнул, выравниваясь. Словно током ударило...       Кастет.       Где, блять, мой кастет?!       Мысль вернула его в чувства окончательно, и он забегал по своей спальне, выискивая любимую игрушку на рабочем столе. Рабочий стол – единственное место в этих апартаментах, где был хаос, и именно поэтому он первым делом полез туда и схватился за голову, когда ничего не нашёл. Кира стояла сзади, и потерянный предмет свисал с её указательного пальца, пока она крутила его в воздухе, другой рукой всё также подпираясь о своё бедро. Лунный свет с панорамного окна и ночной город освещали её кокетливую, дерзкую позу. Краткий хохоток заставил его мотнуть головой в сторону и краем глаза заметить свою блестяшку в руке у грязной, шаловливой воришки. Видимо, воровать у мужчин – привычка, которая умрёт только вместе с ней.       — Это ищешь, зайка? — она сказала и резко дернула кастет в сторону, когда Фантом ринулся за ним и чуть не упал.       — Отда-а-ай... С-цука..!       Но Кира лишь легонько толкнула его в грудь, отчего он попятился и упал задницей на мягкий матрас. Дезориентировавшись, Фантом начал тереть лицо, ибо в глазах всё пространство стало мыльным как его уничтоженные детские пленки.       — Неправильно, — Кира сделала шаг к нему и коснулась его гладкой щеки, большой палец надавил на нижнюю губу, и жертва упёрлась руками в матрас сзади себя, чтобы не повалиться. Непонятно, наркотики это или странно приятное очарование. — Как нужно попросить правильно, м-м?       Нет, это очарование. Именно это сказал новый огонь, скопившийся где-то глубоко внизу его живота и грозящийся вспыхнуть от любого "чрезмерного" хода со стороны этой непредсказуемой девицы. Да, она значительно выросла с того дня.       Кастет качался прямо над его лицом, и он словно в трансе за ним наблюдал, но даже не пытался схватить.       — О, иди нахер... Блин, — он судорожно выдохнул, веки затрепетали, — пожалуйста... Положи его на место.       Это были слова, вырванные из его связок почти против воли, но для Киры было более чем достаточно. Она кокетливо прикусила холодный металл зубами:       — А потом что?       — Потом... Потом... — мужчина прикрыл глаза и приоткрыл рот под давлением её большого пальца. Экстази в том пиве сделало его слабым, но непривычно податливым. Она не была уверена, что может им воспользоваться в таком состоянии, но её совесть умерла ещё тогда, когда она обманула самого первого из пятидесяти двух мужчин. Да и в трезвом состоянии Фантом точно о таком грёзил, что там скрывать? — Пото-о-ом... Делай что... Хочешь. Дава-а-ай!       Его рука схватила её запястье той руки, что так бысстыдно трогала его лицо и рот, часы звякнули от резкого движения. Он переместил худощавую ладонь на свою грудь, на пуговицы рубашки, безмолвно умоляя о чем-то. О чем-то очевидном. И Кира поняла намёк ещё до того, как он появился.       Пуговицы разъединялись на его торсе одна за другой, открывая всё больше татуировок для извращенного хищного взгляда напротив них. Пусть и расстёгнутая, рубашка осталась на его плечах, а матрас мягко скрипнул под его спиной из-за грубого падения нелегкого тела. Следующий скрип был уже от ее задницы на его бёдрах. Фантом промычал, что на самом деле было еле сдерживаемым стоном, и закрыл глаза. Когда открыл, его расширенные зрачки пульсировали в такт биения его собственного сердца. Дрожащие пальцы пытались поймать руки его женщины, но попытки тщетны. Она беспощадно дразнила, а он не умел просить и уж тем более умолять.       — Да, похоже на экстази. — она ухмыльнулась и провела ногтем от его галочки между ключиц до самого пупка, заставляя дрожать как новорожденного щенка, а не большого злого питбуля.       — Заткнись... Замолчи, завали ебло, пожалуйста...       — Ты быстро выучил новое слово, да? Что ещё умеет этот рот?       Кира вообще не помнит, когда научилась так выражаться. Тесное общение с сутенёром, похоже, даёт о себе знать пополнениями в лексиконе. Впервые после флирта она не чувствовала, что кого-то обманывает.       Фантом помотал головой, чуть не отключившись. Кажется, он стал постепенно обретать здравый смысл, но от каждого её прикосновения он снова терялся. Дрожащие руки врезались в эти ляжки по обе стороны от его тела, пальцы дико впились в плоть несмотря на слабость в каждой клетке. Кира согнулась, прижимаясь грудью к груди и мягко пробуя его отравленный рот, получая в ответ больше чем просто согласие. Хотя парень выглядел поистине яростно, словно это были реальные удары током, а не вспышки экстаза. Одна её ладонь проследила кожу до самой V-линии, опять-таки дразня и не давая ничего больше, пока податливое тело под ней выгибалось и пыталось вывернуться.       — Ты... Сука.       — Спасибо. Ты тоже.       На этот раз он дернулся первый, сквозь дымку дурмана охотясь на губы Киры как псина на мясо, только мясом здесь была не она. Даже в таком состоянии он отчаянно боролся за доминирование.       Когда тонкие холодные пальцы нашли то, что нужно, из его губ всё-таки вырвался дрожащий звук удовольствия и раздражения одновременно. Она даже не сразу поняла, что ей поцарапали ногу, потому что вторая его рука залезла под её толстовку и... Кажется, он в окоченении. Аж в чувства вернулся.       — ...Ты используешь толстовку как платье? Правда? — он выдохнул и подцепил трусики, пытаясь их порвать одним только пальцем, но ткань сильнее в данный момент. Наверно, за этот мув Кира бы его прикончила.       — Шорты мне натерли и остались в машине. Можешь сбегать за ними, если что-то не устраивает, — она хихикнула и намеренно царапнула его татуированную грудь, одновременно дотягиваясь до оставленного на свободной стороне кровати кастета. Одним нажатием острые концы выбрались наружу, и девушка выпрямилась верхом, чтобы пометить его как следует. В нетерпении Фантом уже сотрясал её бёдра руками, но никак не мог добиться внимания. На фоне вылетали всякие оскорбления в её сторону, пока она рассматривала игрушку, а не игрушку. Направив кастет на его блестящий от пота торс, она оставила четыре неплохих царапины до самого края брюк, но он даже не кричал и не сопротивлялся, хотя шипел сквозь зубы. Не в его характере позволять это кому-либо, но достаточно во многих случаях она была исключением.       — ...Долго будешь над слабаком издеваться, а? — Фантом впервые выпалил без передышек между слов. Похоже, боль хорошо отрезвляет.       — А пусть слабак хорошо попросит.       — Да пошла ты... — он пихнул её в бедро, но до смешного слабо. Иллюзия сопротивления. Похоже, вывести его куда надо не выйдет, как обычно.       Минуты не прошло, как на полу оказался кастет, обмотанный чёрными стрингами. Кровать мягко скрипела под общим весом, Кира "перекатывалась" верхом, и вздохи отталкивались от стен и стеклянной панорамы, словно весь город мог их видеть, если б только дотянулся до такой-то высоты. А ведь если так подумать, выше них сейчас были только луна и, возможно, самолёты, и сам Фантом мог бы сейчас достать до луны, если его наездница поведёт его правильно. Пока что она нигде не ошиблась и вряд-ли это сделает.       Он бездумно хватал простыни и выдыхал, на лице появлялись намёки на красноту, но это было из-за пощёчины. Пощёчина, предназначенная для того, чтобы отрезвить. Когда Кира согнулась, покрывая его шею поцелуями и между тем оставляя метки, его дрожащие руки залезли под эту толстовку и начали шарить по нежной коже спины и поясницы. И всё же не такими слабыми были эти руки, если рассчитать силу объятий. Каждое движение и каждый неровный толчок отдавались спазмами на юге, его тату краснели от избытка всего вокруг, и его конец пришёл неожиданно. Под веками затмило белой пеленой, и Кира тоже выгнулась, откидывая голову назад.       — Ха-а... — Фантом громко выдохнул, его ноги согнулись в коленях от неожиданного прилива, и он закрыл глаза, когда спускался с вершины. Вместе с удовольствием ушло и сознание. Похоже, терпел до последнего.       Кира рассмеялась и упала рядом, найдя потолок сейчас слишком интересным. Этот идиот правда выключился из-за оргазма, хотя в каком-то смысле это даже комплимент.       — Какой ты всё-таки слабак... — она сказала между тяжёлыми выдохами и потянулась за его Мальборо и зажигалкой на прикроватном столике. Фантом приучил её к этому, чему Кира не шибко благодарна, ибо единственный плюс – ему достанется меньше.       Дым струился в потолок, и её ладонь свободной руки шлёпнулась на низ его живота, пока она думала, где взять деньги на ещё пару таких таблеток. Ладно, шутка.       Наверно, она бы его убила, если б он травил себя этим.       Как правило, наркоторговцы свой товар не пробуют. И ну-ка угадайте, чем торгуют в его казино...       М-да. Позже надо будет пошутить про Супрадин в пиве.