Часть 5 "Начало некой дружбы"

Да, на удивление самих героев и их коллег, Моника и Северус действительно стали кем-то вроде друзьями. Хотя Снейп откровенно отвергал этот факт всем, в том числе и себе. Он постоянно говорил себе, что это не надолго. Ему было просто интересно, что будет дальше... Что ещё она умудриться сотворить, как тот самый разговор... Как ещё сумеет выбить его из колеи, как пробьёт его защиту, выставленную за долгие годы? Но всё же, Моника была первым человеком, кто хоть как-то терпел его характер. Северус всё никак не мог понять, что ей от него надо. Выгода или что-то на подобии того? Он не мог поверить в желание девушки “просто дружить”. Однако, кое-какое осознание происходящего постепенно прояснялось в этой немало сложной ситуации… Обычно они общались только наедине и иногда перекидывались парочкой слов в учительской да в главном зале, или вместе сидели в кабинете зельяварения, делая каждый своё дело. Так было и в тот, довольно интересный раз… Они вместе находились в кабинете профессора Снейпа. Он готовил зелье для проявки фотографий, как потом объяснил, для министра магии, которое требовало довольно много времени и сильной концентрации. А Моника спокойно копошилась в бумажках, проверяла домашние задания своих учеников шестого и седьмого курса, стараясь не мешать мужчине. — Долго вам ещё? — спросила она тихонько, аккуратно, также стараясь сильно не отвлекать. — Двадцать две минуты, — ответил он, осторожно добавляя в зелье раздробленный ингредиент. — Хорошо. Если надо будет помочь, не отвлекайтесь, а лучше обратитесь ко мне, — посоветовала ему девушка. — Не думаю, что мне понадобится ваша помощь, — довольно грубо сказал Снейп. — Как посчитаете нужным, — уверенно ответила Моника. Конечно, она запомнила, что Северус презирает слабость, но всё же считала всегда нужным предложить помощи. Верно, что девушка уже привыкла к его острым колкостям, замечаниям, привыкла к его характеру. В комнате повисла тишина, которую нарушало только бульканье зелья в котле и скрёб пера по пергаменту. Вдруг в дверь постучали. — Войдите! — крикнул в ту сторону Снейп. В кабинет опасливо вошла мадам Стебель. И заметив девушку в комнате, облегчённо улыбнулась. Как уже успела понять Моника, Стебель немного побаивается профессора Снейпа. Хоть и не удивительно, его характер был действительно сложен, он частенько грубил не только ей, а всем. Но девушку всё более менее устраивало. — Что-то хотели? — окликнул он профессора травологии, когда она наконец то вошла в кабинет, — Опять нужно удобрение? Мадам Стебель молча кивнула. Северус окинул взглядом свой котёл, взглянул на Стебель, а после на Монику. Посмотрев на последнюю, они слегка улыбнулись друг другу: Моника – победно, а Северус – лишь слегка ухмыльнулся, как бы выдавая ей эту победу. — Моника, вы скоро закончите свою работу? — спросил девушку Снейп, не отрываясь от своего зелья. Это была как небольшая игра, но вот играла в неё только Моника, а Северус лишь аккомпанировал ей… — Уже почти всё сделала, но могу отвлечься. А что? — кокетливо продолжила она. -- Можете помочь мне? Мадам Стебель удивлённо осмотрела их двоих. Моника даже подумала, что скорее всего, она первая во всём Хогвартсе, кто видит похожую картину. “Северус, который вежливо к кому-либо, так ещё и просит подмоги.” — Конечно помогу, профессор Снейп. Только не отвлекайтесь от своего зелья, — сейчас она поставила цель стараться обращаться как можно добрее да вежливее. Хотелось доказать хоть кому-нибудь, что Снейп способен хотя бы вежливо общаться... Далее девушка обратилась к мадам Стебель: Какое вам там удобрение нужно было подать? Или приготовить? — Драконье удобрение… — начала она, однако Моника её перебила. — И всё? Знаете, у нас в России часто использую одно особое зелье, очень рекомендую. Хотите, приготовлю? — настойчиво спросила она. — Даже не знаю… — видимо, женщина всерьёз задумалась, а после неуверенно сказала: Можно попробовать… — Вот и славно! Северус, можно воспользоваться одним из ваших котлов? За время, которое Моника провела с мужчиной, Северус успел удостоверился в её зельеварских способностях. Но ей, конечно же, не говорил. Ему даже хотелось иногда помогать ей. Не из-за того, что она кажется жалкой, а потому, что видит в ней сильный потенциал… И также он ни разу не говорил, что они друзья или хотя бы что-то подобное, однако именно такое ощущение и создавалось за всё это время… Снейп кивнул. Моника взяла из кучи грязных котлов для отработок первый попавшийся котелок, очистила с помощью магии и так же залила воду, включила огонь. Времени на приготовление понадобилось совсем немного. Зелье она приготовила достаточно быстро, минут за двадцать. А мадам Стебель всё это время наблюдала то за Моникой, то за Северусом. Да и закончили они почти одновременно. Девушка набрала зелья в четыре колбочки и передала их женщине. — По одной капельке на каждый квадратный метр. Понадобится ещё, обращайтесь. Я почти всегда свободна, — гордо сказала она. — Благодарю вас, мисс Шелоун, — поблагодарила та и удалилась из кабинета. Моника тоже уже собиралась уходить к себе в кабинет по окончанию работёнки, но вдруг резко передумала и решилась всё-таки спросить кое-что у мужчины. — Профессор Снейп, — начала она свою мысль и Северус тут же обернулся на девушку, — Не хотите сходить со мной в Хогсмид на этих выходных? Я и сама бы справилась, но чувствую, что могу потеряться, -- словно отчаянно сказала Моника. -- Не лучший ваш предлог, -- честно ответил профессор Снейп. -- Знаю... Я всё же не настаиваю, но было бы славно, если б вы меня сопроводили. — Я попробую найти время, — неопределённо сказал он чуть подумав. Моника ласково улыбнулась в ответ и вышла. Она сразу же направилась в свои покои. Ей действительно хотелось туда пойти. Но одной -- совершенно не хотелось. И пусть “возможность потеряться” была не более чем предлогом, она позволила себе чуть надавить, понадеяться на Северуса, просто чтобы увидеть его реакцию. По сути, ей просто хотелось провести с ним побольше времени. Он вовсе не был таким, каким его рисовали ученики -- да и некоторые коллеги. В ней Снейп вызывал странное, почти парадоксальное чувство: одновременно настораживал и притягивал. Как кроличья нора - абсурдная, тревожная, но при этом манящая своей глубиной и тем, что скрыто за первым слоем. Общение с ним напоминало падение: в некоторые моменты страшно, но уже не остановиться. Сегодняшнее их импровизированное представление, сыгранное в одну роль и продолженное другой, тоже не шло из головы. Она была удивлена не меньше мадам Стебель. Что нашло на Снейпа? Почему он не пресёк это? Более того -- почему подыграл, “попросил помощи”? « … » На следующий день Моника лёгкой походкой подошла к Северусу после утреннего собрания, которое проходилось каждую субботу. Настроение сегодня у неё было шикарное, а потому и была надежда на то, что он согласиться на поход с девушкой в Хогсмид. — Ну что? — осторожно поинтересовалась она у Снейпа. -- Что насчёт выходных? Северус позволил себе короткую паузу, прежде чем ответить. Он достаточно хорошо изучил собственную натуру, чтобы понимать: то, что он ощущал рядом с Моникой, начинало выходить за пределы допустимого. Привычный внутренний механизм предупреждения сработал мнгновенно. Почему его тянет к ней? Вопрос не из новых. Он возникал в тишине подземелья, когда никто не видел его лица, и вновь получал один и тот же жёсткий ответ -- потому что он никогда не учился на своих ошибках. Лили. Одно имя обжигало болью, которую не притупили даже годы. Он не боялся повторения той истории -- он знал, что оно неизбежно, если позволит себе хотя бы на мгновение ослабить контроль. Подростковая влюблённость? Как же самонадеянно называть это столь легкомысленным словом. Та “влюблённость” оставила шрамы на самой структуре его личности. И всё же чувства никуда не ушли. Возможно, они никогда не уйдут. Моника. Она не была Лили. Это одновременно давало надежду и заставляло быть ещё более подозрительным. Её хотелось доверять. Он замечал это желание за собой -- липкое, опасное, глупое. И всё же, после долгой внутренней борьбы, Снейп принял решение не защищаться от неё. Попробовать. Не отрицать, но дистанцироваться. Дружба -- вот безопасная форма, позволяющая не сгореть заживо. Он был уверен, что не повторит прошлого. Не полюбит. Он был в этом почти убеждён. — Снейп? — вытянула его из мыслей девушка. — Можем встретиться примерно за часа два до ужина у передних воротах Хограртса, — тихо, что бы остальные в кабинете не услышали, ответил он. — Вы сегодня чересчур добры, профессор Снейп, — шутливо сказала она, при этом чуть хихикнув. — Я ещё могу передумать, — как бы угрожающе ответил он. — Хорошо, хорошо… — уже более весело сказала она, — Вы ведь отводите свой факультет? — С чего вы это взяли? Все факультеты ходят в Хогсмид на Хеллоуин и около весенней поры, — ответил Северус вновь так, как будто это было совершенно очевидно. Девушка в ответ понимающе кивнула. — А сам Хеллоуин? Вы его празднуете? -- спросила она. — Конечно. Вы так говорите, будто у вас его не празднуют. — Вы правы, — тоскливо ответила Моника, а Снейп поднял одну бровь, — То есть, только некоторые дети да подростки сами себе устраивают веселье в виде небольших вечеринок или просто прогулок в костюмах, да и об этой дате знают всё. Но верно, что большинство людей недолюбливают его. А оправдывают это тем, что этот праздник не наш, как и День Святого Валентина… Хотела только Моника сказать ещё что-то, однако в их разговор влез Златопуст Локонс. — Да, я слышал об этом. Интересное явление... Но, Моника, хотелось бы кое-что другое спросить у тебя, — начал он, пока профессор Снейп сверлил его раздражённым взглядом. Девушка сразу же заметила это. Честно, ей самой не очень понравился этот парень. Очень уж он был самолюбив и настойчив по мнению Моники. — Спрашивай, раз так хочешь, что даже перебиваешь меня, — сказала она своим привычным серьёзным голосом. Локонс, проигнорировав последнюю фразу, продолжил говорить. — Вы же читали мои книги? — спросил он, уже не пойми в какой раз. Было такое ощущение, что этот вопрос был задан уже всем коллегам, да и не только. — Нет, конечно, — ответила девушка не раздумывая, — Не люблю жанр “фэнтезийные приключения мемуаров”, в котором вы пишите свои произведения. Тем более, перевода нету. — Нету перевода? Зачем вам нужен перевод? Как я вижу, а точнее слышу, с английским у вас всё очень даже хорошо, — утвердил он скорее для себя. — Возможно и так, но читать в оригинале займёт у меня намного больше времени, чем на моём родном языке. Я, конечно, много времени потратила, и трачу до сих пор, на учение вашего языка, при этом стараясь не забыть русский. Но всё же я предпочту лучше заняться делами полезнее, чем читать ваши “сказочки”, мистер Златопуст— как можно грубее сказала Моника. Хотелось, чтобы Локонс поскорее отстал от неё. Но он то ли проигнорировал, то ли не понял намёк, озарено улыбнулся и так же сказал: — Это не сказки, а мои личные героические истории. Но хорошо, я запомню, — и наконец-то ушёл. Теперь Моника обернулась на Северуса. Он проводил гневным взглядом Локонса, а когда тот вышел за дверь, они оба в унисон облегчённо выдохнули. — Раздражает, — сказал Снейп и девушка понимающе кивнула в ответ. — Ну, получается, до вечера? — уточнила она, протягивая ладонь для рукопожатия. Северус тоже протянул, осторожно пожал её. Моника после этого молча встала с места и, как обычно делала, ни с кем не попрощавшись, вышла из кабинета.