Бар

Непонимание и ощущение, будто почва уходит из-под ног, редко приводят людей к чему-то хорошему. Когда рушится не только жизнь, но и представление о самом себе, становится почти невозможно удержаться на правильной стороне дороги. В такие моменты путь часто уводит туда, где приходится сталкиваться не только со своими внутренними демонами, но и с теми, что имеют плоть и кровь. Блэйк этот путь привёл в один из баров — не в самом центре Лос-Анджелеса, где подобные заведения переливаются роскошью и дорогим светом, а куда-то в сторону, в более тёмный и неприметный район. Бар находился почти в подвале: вниз вели узкие ступени, на которые указывала неоновая вывеска, мерцающая мягким розовым светом. С улицы доносился шум города, но здесь, внизу, он глох, превращаясь в приглушённый гул. За барной стойкой она сидела опершись локтем о холодную поверхность, и почти бездумно наблюдала за барменом. Тот ловко крутил бутылки, делая простые коктейли, хотя большинство посетителей заказывали просто пиво. Всё это происходило как будто в замедленной съёмке или, возможно, дело было в том, что у Блэйк уже начинало двоиться в глазах от алкоголя. Как сюда доехала она не помнила. Просто ехала куда глаза глядят, пытаясь убежать от мыслей, которые гудели в голове, словно рой раздражённых насекомых. Их было слишком много, и ни одну невозможно было заглушить. А потом эта аллея, вывески, лестница вниз… и вот она уже здесь. Бутылка за бутылкой. Пиво становилось всё более горьким, будто сам организм пытался остановить её, но Блэйк не слушала. Алкоголь только размывал границы, но не приносил облегчения. Воздух в баре был тяжёлым, почти липким — ни окон, ни свежести. И когда дверь открылась, впуская внутрь прохладный ночной воздух Лос-Анджелеса, это ощущение оказалось почти приятным. Бармен на мгновение напрягся, протирая стакан, и Блэйк, уловив это движение, слегка повернула голову в сторону входа. Но не успела опомнится как её лицо почти столкнулось с чужим — слишком близко. Неприятная ухмылка, заросшая щетиной, запах дешёвого алкоголя. — Красотка, что сидишь здесь одна? Конечно. Только этого и не хватало. Какой-то мужик, решивший, что женщина в баре автоматически означает приглашение. Блэйк сначала молчала, надеясь, что он просто уйдёт. Но тот лишь придвинулся ближе, вторгаясь в её пространство настолько, что кожа невольно сжалась будто тело само отторгало его присутствие. — Отвали, — коротко, даже не глядя на него. — Ну что ты ломаешься? В бары ведь для знакомств ходят, — он усмехнулся, наклоняясь ещё ближе. — А такую, как ты, видно издалека… Бросил парень? Так я могу заменить. Харпер медленно повернула голову, взгляд стал холодным и прямым.       — Я же сказала. Отвали. По-хорошему. Страха не было. Возможно, потому что ей не раз приходилось сталкиваться с подобными типами, а может потому что алкоголь притупил инстинкты. Она отвернулась, надеясь, что он наконец поймёт. И, кажется, понял. Мужчина отступил, но только на секунду. Чужая рука скользнула нагло, грубо и хлопнула её по заднице. Дальше всё произошло мгновенно. Блэйк резко развернулась на стуле, кулак сам нашёл цель — удар пришёлся прямо в лицо. Мужчина отшатнулся, не ожидая такого ответа, а девушка уже была на ногах, стоя напротив него, напряжённая, собранная, с горящими глазами. — Я же сказала. Отвали. На мгновение рядом стало тише — лишь те, кто сидел ближе, обратили внимание. В остальной части бара жизнь продолжалась, будто такие сцены здесь происходили каждый вечер. Бармен чуть приподнял бровь, наблюдая, но не вмешиваясь. Похоже, здесь сначала дают людям возможность самим разобраться. В глазах мужчины вспыхнула ярость. Правило «женщин не бить» в этом месте, кажется, не действовало. Он занёс руку, собираясь ударить в ответ. Но Блэйк, несмотря на алкоголь, видела это движение и была готова, рука скользнула по его запястью, сбивая траекторию, и почти сразу — удар под рёбра. Не самый сильный, но достаточный, чтобы выбить из него воздух. Тот согнулся и выругался. Попытался схватить её за плечо, но она дёрнулась назад. Стул за её спиной с грохотом упал на пол. — Чёрт… Воспользовавшись замешательством дёрнул Харпер на себя, пытаясь вернуть контроль, но та вывернулась, почти инстинктивно, его следующий удар прошёл по касательной, задев щёку и обжигая кожу — этого хватило, чтобы окончательно собрать её. Она не отступила, наоборот, шагнула ближе, сокращая дистанцию, и ударила снова, уже точнее, прямо в нос, чувствуя, как под кулаком что-то неприятно хрустит. Девушка возможно, и не была лучшим бойцом, но и её противник явно не тянул на что-то серьёзное. Всё происходило слишком быстро, на импульсе, на злости, и в какой-то момент весь мир для неё сузился до одного — его движений, до того, как не пропустить следующий удар. — На девушку вдвоём… это уже не драка. Голос прозвучал спокойно, но настолько чётко, что словно перерезал происходящее пополам. Блэйк повернула голову почти на автомате, реагируя на голос, и её взгляд упёрся в неожиданную картину. В нескольких метрах от неё массивный, внушительный мужчина держал второго — того самого, что пытался влезть в драку — заломив ему руку за спину. Тот вырывался, дёргался, но безуспешно — хватка была слишком сильной. И только сейчас Блэйк поняла — она даже не заметила, как появился второй. Но говорил это не он. Голос принадлежал тому, кто стоял чуть дальше, наблюдая со стороны, будто всё происходящее касалось его только настолько, насколько он сам решит вмешаться. Спокойный. Слишком спокойный для этого места, для этого шума, для драки, которая ещё секунду назад могла закончиться кровью. И именно это настораживало больше всего. Никакой суеты, никакого желания вмешаться напрямую — только взгляд, прямой и холодный, будто он уже всё оценил и принял решение. Бар стих не сразу, но заметно. Высокий, собранный, без лишних движений. Он не выглядел тем, кто будет повторять дважды и судя по тому, как быстро всё вокруг успокоилось, обычно ему это и не приходилось. Нападавший ещё несколько секунд стоял напротив, прежде чем начал медленно пятиться назад, давая понять, что нарываться на большие неприятности он не собирается. В его лице уже не было той агрессии — взгляд то и дело срывался в сторону того, кто говорил, и по нему было видно, что больше всего ему сейчас хотелось просто выйти из этой ситуации целым. Тот, кто держал второго, разжал хватку лишь один раз — и этого оказалось достаточно. Как только свобода вернулась, оба не стали даже оглядываться, просто рванули в сторону выхода так быстро, как только могли. Блэйк осталась стоять недалеко от барной стойки, там, где всё началось. Взгляд задержался на тех, кто только что вмешался, и пьяный мозг уже почти выдал что-то глупое вроде «я бы и сама справилась». Шум постепенно вернулся, разговоры снова зазвучали, но уже тише, осторожнее. Люди делали вид, что ничего не произошло, хотя присутствие этих двоих всё ещё ощущалось в воздухе. Он же, будто и не имел к происходящему никакого отношения, просто прошёл мимо, направляясь к двери для персонала возле барной стойки. Даже не взглянул на Блэйк, ни на секунду, словно девушки там и вовсе не было. Зато она успела рассмотреть его. Не полностью — лишь профиль, когда тот проходил мимо, но даже в тусклом свете бара этого оказалось достаточно, чтобы зацепиться взглядом. Черты лица, спокойствие, с которым двигался… А на спине кожаной куртке символ. Тот самый, что был на старой фотографии её матери. На секунду воздух словно стал плотнее. Совпадение или… Губы чуть дрогнули в почти усмешке. Слишком хорошо, чтобы быть правдой, прям вовремя, чтобы поверить в удачу. Но оба уже скрылись за дверью для персонала, и вместе с этим моментом всё снова будто схлопнулось. Бар окончательно вернулся к своей обычной жизни. Блэйк вернулась к своему месту — но уже не для того, чтобы продолжить вечер. — Кто это? Обратилась к бармену, не отрывая взгляда от двери. Тот явно всё знал, но сначала сделал вид, будто не услышал. Девушка не ушла, даже после молчаливого намёка. Бармен тяжело вздохнул, не поднимая глаз. — Будь просто благодарна, что тебе повезло. И всё. Намёк был понятен. Ей здесь больше не место, и уж точно не место её расспросам. Бармен ясно дал понять — дальше она ничего не узнает. Блэйк не стала задерживаться и в скором покинула бар. Снаружи было легче дышать. Ночь уже вступила в свои права, солнце давно ушло, оставив после себя только тёплый асфальт, который всё ещё отдавал накопленное за день тепло. Воздух не был прохладным, но после душного бара он казался почти свежим. Глубокий вдох не помог. Мысли всё ещё путались, но теперь среди них цепко держалась одна — у неё появилась зацепка. Блэйк обвела взглядом улицу. Ночная жизнь не прекращалась: где-то стояли люди на перекуре, кто-то разговаривал, кто-то просто тянул время. На секунду даже мелькнуло желание закурить, хотя она никогда не была курильщицей — разве что пару раз в подростковом возрасте. Она просто пыталась отвлечься и именно тогда взгляд зацепился за машину. Спорткар стоял неподалёку, слишком аккуратный, слишком собранный, чтобы быть заводским. Кастом. Это было видно сразу. Над ним работали — и не один раз. Такие машины не просто ездят, они притягивают внимание. Даже если ты не разбираешься в машинах, а Блэйк разбиралась. Дверь бара открылась. Сначала появился тот самый парень. Следом — громила, он сразу направился к машине и занял пассажирское место, будто всё было решено заранее. За руль сел первый — тот, на котором Блэйк задержала взгляд чуть дольше, чем стоило. И это даже не вызывало вопросов. Фары вспыхнули, двигатель отозвался глубоким, ровным рыком. Звук прокатился по нервам, на секунду вычищая лишние мысли, оставляя только чистое ощущение — знакомое, почти родное. Машина тронулась. Проезжая мимо, водитель бросил короткий взгляд — не на нее, а больше на Мустанг. Не задержался, просто отметил и уехал. Блэйк осталась стоять ещё на мгновение, словно давая себе последний шанс передумать. Если сейчас отпустит — второго шанса не будет. Мысль была простой и до глупого очевидной. И именно поэтому она уже доставала ключи. Это была плохая идея. Очень плохая. Щелчок замка прозвучал слишком громко в её голове. Дверь, движение, руль под ладонями — всё происходило быстрее, чем она успевала это осмыслить. Она даже не дала себе времени подумать, правильно ли делает. Двигатель взревел, резко, почти с вызовом, и знакомый звук прошёлся по нервам, вытесняя остатки мыслей. Мустанг сорвался с места, оставляя за собой обрывки разговоров и чужие взгляды, которые тут же растворились в ночи. Город потёк навстречу. Свет, вывески, редкие машины — всё сливалось в одно, пока впереди не показались они. Она догнала их на следующем перекрёстке. Астон шёл ровно, спокойно, будто и не пытался скрыться, словно всё происходящее его нисколько не волновало. Это раздражало и притягивало одновременно. Блэйк чуть сбавила, поравнявшись с ним, и, повернув голову, поймала силуэт водителя через открытое окно. На секунду ничего не произошло, а потом её заметили. Он всё-таки посмотрел на неё — не резко, без удивления, просто перевёл взгляд. Задержался на секунду дольше, чем нужно. И тихо хмыкнул, уголок губ едва заметно дёрнулся, будто происходящее его не удивило, а скорее слегка позабавило. Впереди загорелся зелёный. Пауза оборвалась. Парень не посмотрел на неё снова. Нога резко вжала газ. Двигатель рванул громче, глубже, агрессивно, и Астон сорвался с места первым. Старт был дан.