Последний заезд

Мотоциклы — неотъемлемая часть моей жизни. Скорость — моя терапия. С самого первого дня после покупки спортивного байка этот малыш был со мной. Машины возят тело, а мотоциклы — лечат душу. Мою лечил Kawasaki Ninja 650. И сегодня мой последний сеанс терапии. Я выехал на пустую трассу, и город остался где-то позади, растворился в огнях, как воспоминание, которое не хочется держать слишком долго. Там осталась моя жизнь, моё прошлое, которое ещё совсем недавно было настоящим. Всё, что я ценил и обожал, всё, что ненавидел, что дарило мне радость, вызывало восторг и печаль. Я оставил там всё. И больше к этому не вернусь. На улице пасмурно. В воздухе уже пахнет сыростью, наверняка скоро начнётся дождь. Гонять в такую погоду опасно, но мне плевать. Мне никто ничего не скажет, никто не остановит. Никому нет дела до того, где я сейчас и что со мной. Я выжимаю газ, продолжаю набирать скорость. Ветер бьёт меня в грудь, в плечи, треплет футболку. Руки становятся холодными от напора стихии. Этот холод будто пытается меня успокоить, охладить, привести в чувства. Но внутри всё горит. Жгучая боль сжирает всё внутри, выжигает сердце, разрывая его на куски. А в голове как набатом звучат голоса тех, кого я считал самыми близкими. «Я больше не хочу этой свадьбы.» «Я тебе изменила.» «Он понимает меня, не то что ты.» «Ты совсем перестал уделять мне внимание.» Дорога вытянулась в одну линию — чёрную, блестящую, бесконечную. Я продолжаю давить на газ. Спидометр переваливает за двести километров в час. Моя самая любимая скорость. На этой скорости исчезает всё лишнее. Мысли — обрываются. Страх — не успевает сформироваться. Остаёшься только ты и движение вперёд. Мне не важно, куда я еду, главное, чтобы как можно дальше от города. На руки падают первые капли дождя. Высоко в небе слышен раскат грома. Он предупреждает меня, что дальше будет ещё опаснее, но я лишь отвечаю ему рёвом мотора. Я не боюсь умереть. Более того, если бы я не стремился к этому, сейчас бы меня не было на трассе, ночью, в дождь и без экипировки. Я в одних лишь джинсах и футболке. Защищает меня только шлем. И мне уже на всё наплевать. Я от всего устал. Моя жизнь — сплошная череда неудач. Проблемы со здоровьем, на работе полный завал, куча сверхурочных. Единичным, за что я держался, была моя невеста, самое дорогое, что у меня есть, но и она меня предала, а вместе с ней и мой лучший друг. Со мной остался лишь мой верный байк и скорость. Я абсолютно один, даже трасса пуста, словно только и ждала, когда я выеду прокатиться. Дождь усиливается, забрызгивает каплями визор шлема. Я стираю рукой влагу, но не сбавляю скорость. Асфальт блестит, как стекло — тонкий слой воды ловит свет фар и растягивает его в длинные, дрожащие полосы. Моя футболка промокла и прилипла к телу. Она такая холодная. После таких заездов можно с лёгкостью слечь с температурой. Я знаю, что то, что я делаю — плохая идея. Слишком мокро, слишком темно, слишком пусто вокруг. Меня никто не спасёт. Я ловлю себя на мысли, что достаточно одной ошибки. Одного неверного угла. Одной лужи чуть глубже, чем кажется. И это станет моим концом. Бесславным и совсем не таким, как я ожидал. Но меня это не останавливает. Больнее, чем сейчас, быть уже не может. Я ужасно устал. Я ненавижу свою жизнь, ненавижу сам факт моего существования. Я слишком долго ждал помощи, спасения. Своими поступками я так громко кричал о том, что мне нужна помощь, но люди глухи, а я устал кричать и охрип. Тогда я и полюбил скорость. Адреналин стал моим лекарством. Лишь будучи на волоске от смерти, гоняя на опасных скоростях я чувствую себя по-настоящему живым. Я знаю, чего это может мне стоить, но это меня не пугает. Наоборот, скорость дарит мне ощущение свободы. В груди что-то сжимается и одновременно раскрывается, как будто я стою на краю и наконец решился посмотреть вниз. Парадоксально, но именно эта опасность дарит мне спокойствие. Я доверяю трассе свои тело и душу. Дорога не прощает ошибок, и я прекрасно это знаю. Она безжалостна к тем, кто не соблюдает правила. Безжалостна ко мне, как и вся моя жизнь. Я молод, но за свои годы прожил слишком много. Боль и предательство не покидали меня с детства. Я слишком рано узнал, насколько жесток мир. За одним испытанием следует другое, судьба будто проверяет, сколько ещё ты можешь выдержать. И я держался. Держался, насколько хватало силы. Я годами учился справляться с болью и трудностями, переживать предательства и двигаться дальше, я нашёл свою терапию в заездах по городу и за ним. Я полюбил риск, но никогда не забывал об осторожности, мне было ради кого жить, было, ради кого ценить свою жизнь. Но больше ничего не осталось. Та последняя ниточка, что меня держала, оборвалась и я полетел в пропасть. Хочется кричать. Разгромить всё вокруг. Но я привык молчать. Привык быть сильным, ведь таким меня воспитала жизнь. По щекам бегут слёзы. За что? Почему так? Почему судьба так жестока и не благосклонна ко мне? Разве я сделал что-то плохое в этой жизни? Я со всеми старался поступать по совести, никогда не делал людям зла. Я любил свою девушку, ценил своих друзей, уважал родителей. Я всегда старался помочь тем, кто в этом нуждался. И вот, к чему всё это меня привело. Сегодня я узнал, что сразу два моих самых близких человека меня предали, и это стало последней каплей. Я мчусь по дороге. Холодный ветер терзает моё тело. Дождь продолжает лить всё с той же силой. Асфальт блестит в свете фар. Есть в такой погоде своя особенная красота. Она завораживает и манит, предлагает закончить всё красиво. В моём доме чисто, будто я только ушёл и совсем скоро должен вернуться. Ни намёка на что-то плохое. Интересно, будут ли по мне скорбеть? Что подумают люди, когда узнают о том, что я разбился на мотоцикле? Что подумают те, кто ранил меня сильнее всего? Пожалеют ли они об этом? В голову приходит безумная идея отпустить ситуацию. Отпустить во всех смыслах. — Я прощаю тебя, любимая, — шепчу я в пустоту. Взгляд становится мутным. Из-за слёз мир вокруг размывается, теряет свою чёткость. Я сильнее сжимаю байк ногами, закрываю глаза и отпускаю руки. Безумная выходка, я знаю. И я осознанно иду на этот шаг. А когда наконец открываю глаза — уже слишком поздно. Раскат грома, рёв мотора, удар, а за ними лишь пустота.