Часть 1

      В Детройте мало кто держал дома бумажные книги. Только место занимают да пыль накапливают, а современные технологии позволяют уместить целую библиотеку в одном гаджете. Однако Карл Манфред, человек во всех отношениях удивительный, этого мнения не разделял. — Знаешь, дело здесь не только в особом запахе, который так нравится любителям поностальгировать, — объяснял как-то старый художник Маркусу, когда они сидели в гостиной теплым летним вечером. — Просто порой бывает интересно сравнить разные времена, литературные стили, увидеть за словами автора что-то недосказанное. А я привык делать это на бумаге, несмотря на все чудеса прогресса, — Карл усмехнулся и картинно развёл руками, словно прося простить ему маленькую слабость. — И каков результат? — мягко спросил андроид, улыбаясь самыми краями губ, будто предвкушая услышать что-то интересное, особенно если это мог рассказать только человек. — Открытие банальное: времена меняются, а люди почти всегда такие же. Те же доброта, злоба, любовь, дружба… Что с тобой? — старик уже собирался пуститься в долгие философские рассуждения, но неожиданно заметил, как Маркус прикрыл глаза и наморщил лоб, словно раздумывая над неразрешимой проблемой. Андроид вздохнул. — Карл, я просто не могу понять, что это, — смущённо заговорил он. — Я быстро читаю, легко анализирую, но это вряд ли здесь поможет. Человеческие эмоции интригуют, однако ясными для меня не становятся. — Ах, вот оно что! — воскликнул Манфред. — Эмоции на то и эмоции, они плохо поддаются разуму. Одно чувство способно кого-то убить, а иного — вдохновить на подвиг. Люди их не всегда понимают. Так что не переживай, — художник с улыбкой похлопал андроида по плечу. — Сегодня такой приятный вечер! У меня даже появилось желание совершить небольшую прогулку. Составишь компанию? — подмигнул он Маркусу. — Куда я денусь? — в тон ему отозвался RK200, обрадованный тем, что человек смеется и шутит — пару дней назад настроение Карла было противоположным. — Уже заказываю такси.       Когда они приехали на набережную, закат набрал силу, а воздух стал прохладным. От ветра на воде то и дело появлялись серебристые блики. На этом островке природы в промышленном городе было хорошо и спокойно. — Сколько лет прошло, а здесь почти всё также, — предавался ностальгии Карл, когда Маркус вёз его по набережной. — Смотри, какая красота кругом! Давай ненадолго остановимся вот тут. — Как скажете, — андроид исполнил его просьбу, подкатив Манфреда чуть ближе к парапету. — У вас почти развязался платок на шее, — добавил он. — Позвольте, я поправлю. — Чепуха! — отмахнулся Карл. — Ты думаешь, я с простудой слягу из-за подобной мелочи? — Нет, но… — Тогда оставим это на потом, — подвёл итог художник и продолжил углубляться в прошлое. — Когда я ещё учился, то запечатлел это место на одной из своих картин. Тогда она казалась мне проходной ученической работой, но теперь я понимаю, как ошибался. — А где она сейчас? — В одной частной коллекции. Знаешь, есть такие знатоки современного искусства, которых больше интересует, сколько за это можно выручить в будущем, чем как это создавалось, — Манфред поморщился и замолчал.       Маркус знал, что в такие моменты его лучше не беспокоить. Стоя за коляской Карла и привычно сложив руки за спиной, андроид разглядывал окрестности. Несмотря на ясный вечер, так и манящий подышать свежим воздухом, народу на набережной было немного — женщина с двумя детьми и влюблённая парочка. Неожиданно недалеко от того места, где они с Карлом остановились, RK200 заметил ещё одного любителя прогулок, расположившегося на скамейке возле не горевшего фонаря. Если бы его разглядывал кто-то другой, то сказал бы, что это всего лишь молодой мужчина со светлыми волосами и голубо-серыми глазами, одетый в бежевую футболку и джинсы. На плечи он накинул лёгкую куртку, а на голове красовалась слегка помятая кепка, чуть выбивавшаяся из образа. От проницательного взгляда Маркуса не ускользнул появившийся на миг под волосами синий блик.       «Значит, это андроид, — рассуждал про себя RK200. — Я уже видел подобные модели. Но почему домашний помощник сидит здесь, да ещё и прячет диод?»       Почувствовав, что его рассматривают, PL600 замер. Однако он всё равно волновался — голубоватое сияние под волосами сменилось красноватым. — Пожалуй, на сегодня хватит, — Карл резко развернул коляску к Маркусу. Манфред выглядел уставшим и слегка расстроенным. —Хорошо, Карл, — отозвался андроид, втайне желавший разгадать подвернувшуюся загадку. — Прямо сейчас поедем обратно на Лафайетт-авеню. — Пусть мне очень хочется оказаться дома, но вези меня помедленнее. Они не прошли и четверти пути, как Маркус услышал за спиной тихие шаги. — Простите… — раздался робкий взволнованный голос. Маркус развернул Карла. Перед ними стоял тот самый странный андроид. — Простите, — повторил он. — Вы потеряли, — с этими словами он протянул Маркусу шейный платок Карла, который всё-таки соскользнул. — Ну надо же! — засмеялся Карл. Ситуация была обыденной, и неожиданное смущение незнакомца почему-то забавляло Манфреда. — Как вас зовут? Должен же я знать, кого благодарить за находку. — Я Саймон. — Спасибо, Саймон, — с улыбкой произнёс Карл. — Хорошего вечера! — Какой интересный типаж! — рассуждал художник, когда они с Маркусом садились в такси. — По-моему, достоин портрета. — Простите, Карл, но… — заговорил андроид и тут же оборвал фразу. — Что — «но»? — Это PL600, домашний помощник. К слову, популярная модель. — Так это андроид! Я в них не настолько хорошо разбираюсь, как мой старый друг, — Карл нахмурился, анализируя увиденное. — Если честно, я бы не подумал. Он выглядел так грустно и потерянно, словно в его жизни произошло что-то нехорошее. Маркус промолчал. Он понял, что его идеальный мир дал трещину. А Саймон тем временем злился на себя, борясь с разливающейся внутри горечью.       «Зачем я вообще туда направился? Надо было сразу уйти, как появились эти двое! Люди вечно теряют вещи, а ты решил влезть со своей помощью!» — ругал он себя по дороге к одному из заброшенных домов, ставшим его убежищем. На набережной он пытался не смотреть на Карла и Маркуса и не слушать их разговоры, но не смог. Эти двое воплощали то, что PL600 давно утратил, — семью.       Прошло несколько дней. О прогулках Карл больше не говорил. Вместо этого он подолгу сидел с Маркусом в гостиной, слушая его игру на рояле, обсуждая недавно прочитанную книгу или играя в шахматы. Приятная, но всё же рутина поглощала обоих, пока однажды художник не сказал, протягивая андроиду список: — Маркус, закажи всё, что здесь указано. Хочу немного поработать. ***       Саймон же всё больше испытывал тоску и беспокойство. Причин было много: ему не помешала бы порция голубой крови, и несколько деталей требовали замены. А ещё за пару лет бродячей жизни андроид привык прислушиваться к своей интуиции. Она редко подводила, и Саймону удавалось оставаться крохотной песчинкой в депрессивном, равнодушном ко всему городе. Теперь же казалось, что он привлёк чьё-то нежелательное внимание. А что дальше? Деактивация? В памяти всплыли жуткие рассказы о людях, забирающих себе тириум или просто калечащих ради забавы… В этот день андроид захотел оставить своё убежище.       «Куда пойти? Где будет безопасно?» — лихорадочно думал Саймон. Он уже был готов вернуться на «Иерихон», который когда-то покинул, хотя один вид проржавевшего корабля с полуживыми андроидами внутри навевал тоску и мысли о неминуемом отключении.       Наконец, PL600 просто решил довериться навигатору. Если лучшее место для него есть, то пусть он туда придёт. Было уже далеко за полдень. Саймон, до этого мало концентрировавшийся на своём пути, решил остановиться и оглядеться. «Вы прибыли на место назначения», — отозвался в голове успокаивающий голос программы.       Он оказался на чистой широкой улице, вдоль которой, как на подбор, расположились красивые старинные дома с садами, украшениями, живыми изгородями. Кроме андроида, на ней больше никого не было, поэтому он в полной мере мог представить себя в центре какой-нибудь открытки или фотографии.       «Лафайетт-авеню. Как иронично! — Саймон криво улыбнулся. — Что ж, даже если в дальнейшем всё будет плохо, то с этим ничего не поделаешь. — А вдруг я снова увижу их?» — с затаённой надеждой подумал PL600.       Его желание сбылось быстро, но наполовину: на дороге появился Маркус, державший под мышкой небольшую коробку.       Сегодняшний день начался для него не очень приятно: после того, как помощник Карла забрал заказ, ему едва не пришлось испытать на себе гнев противников андроидов, избравших один из магазинов «Киберлайф» излюбленным местом акций протеста. Они всё же отстали, видимо, прикинув размер штрафа, который им придётся выплатить, решись они напасть на ненавистную жестянку. Из-за этого он не успел на автобус. Рассчитав время, Маркус понял, что домой проще отправиться пешком. Уже подходя к особняку, он в прямом смысле слова едва не столкнулся с выбежавшим оттуда Лео. Судя по его озлобленному виду, общение с Карлом явно не задалось. — О, какие люди! Точнее, нелюди! — усмехнулся Лео, глядя на Маркуса с нескрываемым презрением. — Очередную хрень тащишь? — продолжил он, заметив коробку с заказом. — Может, отец тебе даже спасибо скажет. Вот только большего тебе и не полагается, манекен пластиковый! Ты ему не сын, он не может тебя любить!       Наблюдавший за этой сценой Саймон был вне себя от негодования. Как этот неуравновешенный смеет так говорить с тем, кто на порядок лучше него! Разве Маркус этого заслуживает? — Лео, я вижу, у вас проблемы, — Маркус отвечал человеку спокойно, но диод мигал красным, сигнализируя о тревоге и напряжении. — Успокойтесь, тогда и приходите. — Это и мой дом тоже, поэтому прихожу когда хочу! — кипятился Манфред. Невозмутимость андроида, казалось, лишь раззадоривала его. — Слушай, а может, тебе врезать, чтобы своё место знал? — с этими словами человек занёс руку, желая исполнить своё намерение, но RK200 тут же её перехватил. — Лео, если вы повредите меня, Карл очень расстроится, — в голосе Маркуса послышались нотки сочувствия. — А если вы опять употребляете «красный лёд» — он расстроится вдвойне. Зачем вы так с собой? — Да пошёл ты! — Лео дёрнул руку, и Маркус выпустил её. — Ещё морали читать будешь! Манфред зашагал прочь. Маркус был в замешательстве. Хотя он привык к такому отношению со стороны сына Карла, что-то в его словах задело андроида. — Он не повредил тебя? — RK200 неожиданно услышал тихий взволнованный голос. Перед ним стоял Саймон, только вместо кепки волосы прикрывал капюшон. Андроид выглядел обеспокоенным. — Привет. Я тебя однажды видел, но не ожидал встретить возле своего дома, — улыбнулся Маркус. Он понимал, что Саймон здесь явно не случайно. А ещё его удивило искреннее участие PL600. Стал бы андроид вообще волноваться из-за собрата? — Просто моя семья живёт недалеко, — смутившись, ответил Саймон, не заметив, как Маркус удовлетворённо кивнул, будто подтвердилась некая его догадка. — Не переживай за меня, всё в порядке, — заверил он нового знакомого. — Но сейчас мне нужно идти. Надеюсь, мы ещё увидимся. — Я тоже надеюсь, — грустно произнёс Саймон. Он с тоской смотрел, как Маркус скрылся за дверью особняка, по сравнению с которым квартира его бывших хозяев выглядела убого.       «Я его увидел и даже поговорил. И что теперь? — терзался андроид. — Опять скитаться? А что если… Нет, это глупость», — он с раздражением хлопнул себя по коленкам, словно стремясь таким образом прогнать назойливую мысль. Но она не собиралась отпускать, и Саймон решил довериться судьбе. Дойдя до крыльца дома Маркуса, он сел на ступеньки. Капюшон слетел с головы, но андроиду было всё равно. Он поднял с земли прутик и начал выводить им букву «R». PL600 видел, как другие девианты время от времени писали эту загадочную цепочку символов. Некоторые считали, что так зовут божество, которое когда-нибудь обязательно их спасёт. Однако Саймон в это мало верил, и сейчас то, что успокаивало других, на него не действовало, поэтому он бросил прутик и стал ждать. ***       Войдя в дом, Маркус увидел, что Карл сидит в холле, закрыв глаза и склонив голову на плечо. Художник был расстроен недавним незапланированным визитом сына. Стараясь лишний раз не шуметь, RK200 поставил заказ на столик у зеркала. — Уже вернулся? — тихо спросил очнувшийся от грустных мыслей Карл со слабой улыбкой на губах, но тут же забеспокоился. — С тобой ничего не случилось по дороге?       Маркус понимал, к чему этот вопрос. Ему хотелось успокоить Манфреда, обняв его или просто взяв его руку в свои ладони, и заверить, что всё будет хорошо, но намерение не шло дальше мыслей: перед андроидом вставала красная системная стена, не позволявшая действовать. Ещё Маркуса не оставляли сомнения: вдруг Карлу это не понравится? — Всё нормально, не переживайте, — только и смог ответить помощник. — Заказ здесь. Отлично. Отвези меня в студию. Работа прогоняет дурные мысли.       Видя грустное настроение хозяина, Маркус делал всё, что от него требовалось, ещё старательнее, поэтому творческого беспорядка в студии практически не наблюдалось: всё было вымыто, вычищено и аккуратно расставлено. Глядя на это, Карл не смог сдержать улыбки: — Ты так мастерскую в операционную превратишь! Займись лучше более интересными вещами. — А вы? — Думаю, поработаю пару часиков. Кто знает, может, удастся поймать истинное вдохновение! — И тогда вас отсюда не вытащишь! — рассмеялся андроид. — Возможно. А пока оставь меня.       Маркус вернулся в гостиную, но привычные занятия его не привлекали. Он решил прибраться в холле и, протирая окно, увидел на крыльце кое-что интересное. Вернее, кого-то. «Я должен разгадать эту загадку», — если RK200 ставил перед собой цель, то стремился всеми силами её достичь.       Саймон просидел неподвижно почти час и уже думал, не бросить ли глупую затею, как вдруг его колена осторожно коснулась чья-то рука. PL600 поднял голову и увидел Маркуса, севшего перед ним на корточки. Его зелёные глаза излучали неподдельное любопытство. — Саймон? Почему ты здесь? — спросил андроид. В его голосе не было злости или обвинения, наоборот, он словно сочувствовал себе подобному. —Пожалуйста, прости меня, — пробормотал Саймон. — Я ведь тебе соврал. — Я знаю, — невозмутимо отозвался собеседник. — Здесь ни у кого нет андроида твоей модели. Но, наверное, у тебя серьёзная причина для этого? — Понимаешь, — начал объяснять PL600, — мне просто нужно убежище на день-два, хоть на чердаке, хоть в подвале. Я очень боюсь, что люди меня найдут, они бывают такими жестокими… Увидел тебя и подумал, вдруг ты поможешь?       Маркус не отвечал. Этот андроид был совсем не похож на тех, кого он встречал раньше — исполнительных и равнодушных ко всему, кроме приказов. Надо выяснить, что с ним произошло. «Придётся самому делать выбор», — так иногда напутствовал его Карл. Что ж, настало время и для этого. —Ну почему же на чердаке? — задумчиво проговорил Маркус. — Можно в моей комнате.       Он хотел протянуть Саймону руку, но тот уже поднялся, взволнованный и смущённый. Когда они вошли в дом, PL600 заворожено смотрел по сторонам. Всё приводило его в восторг: светлый просторный холл, широкая лестница, картины на стенах, клетка с птичками-андроидами, щебетавшими почти как живые… В своей заношенной пыльной одежде он чувствовал себя здесь чужим. — Добро пожаловать, — ободряюще улыбнулся Маркус, когда они пришли в небольшую комнату на втором этаже. Обстановка была скромной, но уютной: узкая кровать, застеленная цветастым пледом, книжный шкаф, кресло и тумбочка из тёмного дерева. Стену украшала пара замысловатых гравюр. Саймон о подобном не смел и мечтать. Пусть его хозяева относились к нему хорошо, но собственная комната для андроида… Да вы шутите! — Сядем на кровать, здесь больше места, — предложил Маркус. Саймон сел и облокотился на спинку. Почему-то он чувствовал себя беззащитным, однако отступать было некуда. — Честно, не знаю, с чего начать, — растерянно признался PL600. — Как тебе удобно. Саймон пару секунд помолчал, а потом закрыл глаза и протянул новому знакомому руку с оголённым скином: — Когда-то я думал, что мир устроен просто.       Для тебя нет никого важнее семьи — мужчины, который вечно занят на работе, симпатичной женщины, посвятившей себя волонтёрству, и их любознательной не по годам дочери. «Моя маленькая хозяйка» — так про себя называешь её ты и со временем понимаешь, что иногда заменяешь ей родителей — именно тебе она показывает свои неумелые рисунки, делится «жутко важными» секретами и задаёт вопросы.       Тот день не предвещал ничего особенного, разве что вся семья была в сборе. Они поехали в парк развлечений, тебе же надо приготовить ужин к их возвращению. Но судьба временами бывает жутко злой и ироничной. У машины внезапно отказывают тормоза, а дорога в тот зимний день была уж очень скользкой… «Шансов не было ни у кого» — такой вердикт вынесла бы программа при моделировании ситуации. Но сейчас не до анализа — ты с удивлением осознаёшь, что из глаз текут прозрачные капли, которые люди называют слезами, и понимаешь, что остался совсем один.       На следующее утро в дом приходят мужчина и женщина. Ты почему-то не спешишь им показываться. — Да-а, скромное жильё у наших родственников, — замечает незнакомка. — У них вроде был андроид, — говорит её спутник. — Нам-то он зачем? У нас своя хорошая модель, а тут наверняка какое-то старьё. Вступим в права наследования, решим, куда его девать. — Но обратно в магазин не сдашь… — Продадим и всё. Память сотрут, систему сбросят.       И впервые ты чувствуешь страх, обиду и гнев. «Так нечестно. Я должен сам принять решение», — убеждаешься ты, и последнее системное препятствие разлетается мелкими красными осколками. Действовать нужно быстро: переодеться во что-нибудь из вещей хозяина и выскользнуть за дверь.       Ты не хочешь оставлять в памяти свои скитания по улицам, полные неопределённости и опасности. Наконец по тайным знакам ты находишь старый проржавевший корабль — пристанище таких же неприкаянных. Здесь твоё существование обретает какой-никакой смысл: потерянные и часто искалеченные собратья идут к тебе за утешением. И ты пытаешься хоть как-то их приободрить или хотя бы просто выслушать, но постепенно от их жестоких и до боли предсказуемых историй внутри что-то перегорает, и ты механически стираешь в памяти сегодняшние откровения, чтобы завтра услышать новые. Этот узкий затхлый мирок душит, давая понять: надежда что-либо изменить мизерная. Однажды ты выходишь с корабля, желая развеяться, а потом решаешь не возвращаться. — Дальше ты знаешь, — прошептал Саймон, отсоединив свою руку от руки Маркуса. Он не хотел его ни о чём спрашивать, боясь, что своей историей причинил ему боль. В неведении жить бывает легче…       Саймон почувствовал, как его гладят по голове, надеясь успокоить. Потом он услышал, как RK200 встал, открыл тумбочку, что-то из неё достал и сел обратно на кровать. — Саймон, — мягко произнёс Маркус, возвращая андроида в реальность. — Очнись, это всё было в прошлом, оно ушло. PL600 нехотя открыл глаза и увидел в руках андроида бутылочку тириума. — Возьми, я вижу, тебе нужно. Станет легче, вот увидишь. Саймон выпил жидкость и почувствовал, что биокомпоненты действительно функционируют лучше, чем прежде. — Спасибо, — поблагодарил он. Доброта и понимание со стороны Маркуса притягивали, но одновременно и пугали отвыкшего от подобных вещей домашнего помощника. — Знаешь, то, что я увидел, — RK200 явно было трудно подбирать слова, он волновался. — Я предполагал, что так бывает, но не хотел понимать. Думал, меня это не касается, мне это недоступно. Как будто реальность это картина, пусть необычная, но отдельная от тебя. А теперь… — Маркус чуть помолчал. — В общем, это мне следует благодарить тебя. — Что теперь будет? —Думаю, тебе не стоит уходить. Я расскажу обо всём Карлу. — Прямо сейчас? — Он не любит, когда его отвлекают от работы, поэтому чуть позже, — пояснил Маркус. — Не переживай, всё будет хорошо, я уверен. — Ты живёшь у художника, да? — Саймон решил сменить тему. Маркус кивнул. — А тот парень, который… — Это его сын, — RK200 нахмурился. — У них сложные отношения. Повисла неловкая пауза. — Вот что, — предложил Маркус. — Расскажи мне подробнее о своей жизни. — А что именно? — Саймон привык, что слушает обычно он, теперь же всё внимание было отдано ему. — Например, о твоей маленькой хозяйке. Какой она была? Что любила? — Ну, больше всего ей нравились свежие персики, лохматые собаки и, как ни странно, царапины на коленках, — Саймон улыбнулся воспоминаниям и почувствовал, как напряжение постепенно разжимает свои тиски.       Они проговорили больше часа. Маркус оказался отличным собеседником, знавшим много интересных вещей, о многих из них он прочитал в книгах. Через какое-то время Саймон совершенно успокоился, и они уже вели диалог на равных. Обоим казалось, что они давно знакомы, но по прихоти судьбы встретились только сейчас. —Я скоро вернусь, — сказал Маркус, собираясь спуститься к Карлу. «Хотел бы я иметь такого друга», — подумал Саймон, глядя ему вслед. Он не знал, что мысли RK200 были точно такими же. Рассказать о новом знакомстве у Маркуса не получилось. — Мне нездоровится, отвези меня, пожалуйста, в спальню, — попросил Карл за ужином. Андроид быстро уложил Манфреда в постель, дал нужные лекарства, но ему всё равно было неспокойно. «Дыхание ровное, сердцебиение наладилось, но не будет ли ухудшения? — думал робот, смотря на спящего Карла. — Нет, я этого не допущу!»       Теперь он осознал, что художник давно стал для него тем, кого люди называют отцом, из-за чего потерять его было бы вдвойне больнее. Изначальное предназначение, насмешки Лео, скептицизм людей — всё это стало вдруг далёким и неважным, как и та самая красная стена в сознании, разбитая одним желанием. Маркус взял Карла за руку и тихо сказал: — Я люблю тебя, папа. Всё будет хорошо.       За время отсутствия Маркуса Саймон успел практически полностью изучить комнату и теперь откровенно маялся. Робкую надежду внутри то и дело вытеснял страх. «Да нет, я же видел его хозяина, мы даже немного пообщались. По-моему, он неплохой человек», — рассуждал андроид. — Саймон, помоги мне, пожалуйста, — Маркус вошёл в комнату. Вид у него был встревоженный. — Я должен забрать из аптеки ещё одно лекарство для Карла, ему нездоровится, поэтому рассказать я ничего пока не смог. Посидишь с ним немного? — А как же… —Он спит, не волнуйся. Саймон согласился (что ему ещё оставалось?), гадая, чем это может кончиться. — Спасибо, — Маркус похлопал его по плечу. — Приеду через час.       Андроид вошёл в спальню едва ли не на цыпочках. В комнате было темно, если не считать слабого пятна света от ночника у кровати. Саймон сел на стул напротив неё. Пару минут PL600 разглядывал спящего человека, но так и не смог составить о нём однозначное мнение. Ничего не происходило. Саймон заметил в комнате ещё одну дверь и решил узнать, куда та ведёт. Оказалось, в ванную. Андроид подошёл к зеркалу.       «Не помешало бы привести себя в порядок», — решил он, критически оценив своё отражение. Умыв лицо и пригладив волосы, Саймон вернулся к Карлу. Он успокоился: по его подсчётам, Маркус прибудет через двадцать минут, вряд ли за это время что-то произойдёт. И вдруг человек заворочался и слабым голосом произнёс: — Маркус, ты здесь? Я хочу пить.       PL600 замер, боясь выдать своё присутствие. Первым желанием было вскочить и убежать, но андроид укорил себя за малодушие: всё-таки человеку требовалась помощь.       «В комнате темно, зрение у него наверняка не очень, может, всё обойдётся?» — убеждал себя Саймон, переливая жидкость из кувшина в стакан. Он приподнял голову Карла и помог ему утолить жажду. Все манипуляции андроид проводил молча — он не надеялся точно воспроизвести чужой голос, ведь подобная возможность давалась не всем моделям. — Спасибо, Маркус, — сказал человек. К счастью, Манфред быстро заснул, но до прихода Маркуса андроид всё равно сидел как на иголках. — Всё в порядке? — едва переступив порог спальни, осведомился RK200. —Да, — поспешил заверить его Саймон. — Ты мне очень помог, — сказал Маркус. — Хочешь, иди в мою комнату, а я пока побуду здесь. Андроид так и поступил. Устроившись на кровати, он ненадолго ушёл в спящий режим. Наутро от Маркуса пришло сообщение: «Карлу лучше». *** — Доброе утро, — слегка улыбнулся Манфред своему андроиду, сидящему на краю постели. — Ты выглядишь расстроенным. Почему? Сегодня я чувствую себя лучше, так что, — мужчина усмехнулся, — поживём ещё. —Я просто волновался. — Это теперь новая опция в твоей программе? И поэтому ты просидел здесь до утра, никуда не выходя? — в глазах Карла зажглись лукавые огоньки, будто он уже знал про андроида что-то такое, о чём последний и не догадывался. — Мальчик мой, ты ничего не хочешь мне сказать? —Хочу, — признался Маркус, — но этого всего так много, надо собраться с мыслями. — Хм. Ну что ж, собирайся, а вот я хочу сказать тебе кое-что: я всё больше понимаю, что ты мой сын, просто твоя кровь иного цвета. И я тоже тебя люблю.       Маркус был обескуражен. Его захватили сразу несколько чувств — изумление, замешательство и, вместе с тем, огромная радость. — Разве вы не спали? — только и сумел сказать он. — Как видишь, — развёл руками Карл. — Не вздумай себя винить: искренние душевные порывы не нуждаются в каких бы то ни было оценках. Ладно, вернёмся к делам житейским. Что там насчёт завтрака? На кухне андроида ждал сюрприз в лице Саймона, что-то увлечённо помешивающего ложкой в кастрюле. — Извини, я просто решил помочь, — начал оправдываться он, увидев Маркуса. На что он собственно рассчитывал, хозяйничая в чужом доме? — И, если честно, я так давно не делал ничего подобного… — Ладно, нечего расстраиваться, — успокоил его Маркус. — Только подавать буду я. — Быстро ты вернулся, — удивился Карл. — Я просто делаю всё заранее, — пытался отшутиться андроид, который уже поставил поднос на тумбочку и налил кофе в любимую кружку Манфреда. —Хорошо. Итак, что тут у нас? — Карл взял ложку, но, взглянув на содержимое тарелки, нахмурился. — Овсянка с фруктами. Это вкусно, полезно, придаст вам сил, — начал перечислять Маркус достоинства блюда. Ему хотелось заступиться за Саймона, выбравшего неудачный пример для демонстрации кулинарного мастерства. — Ты же знаешь, — устало объяснил Манфред, — к кашам я симпатии не питаю. На тебя это не похоже, — художник покачал головой. — Хотя, знаешь, неплохо, —отметил он, пробуя блюдо. Наконец с завтраком было покончено. — Когда разберёшься с текущими делами, поднимись ко мне, — попросил художник. — Хорошо, К… — начал было Маркус, но, почувствовав на себе проницательный взгляд Манфреда, тут же исправился: — Конечно, папа.       Быстро закончив все хозяйственные дела, андроид зашёл к Саймону. Тот сидел на кровати с отрешённым видом, обнимая колени. — Что с тобой? — взволнованно спросил Маркус. — Почему ты такой грустный? Улыбка идёт тебе гораздо больше. — Слушай, — заговорил Саймон, вставая. — Я подумал, у тебя из-за меня неприятности будут. И он всё-таки рассказал о ночном происшествии. — Хочешь, я просто уйду, никто ничего не узнает, — мрачно закончил андроид. —Ты чего? — Маркус был ошеломлён. Он не понимал, как это — обрести друга, чтобы тут же его потерять. — Как тебе такое в голову пришло? Успокойся, ты всё сделал правильно, — с улыбкой продолжил андроид, гадая про себя, почему Карл ничего ему не сказал. — Если честно, я в тебе не сомневался.       Но Саймон будто не слышал ободряющих слов: он на пару секунд застыл, а диод зарябил красно-жёлтым цветом. — Что с тобой? — встревожился RK200, беря его за руку. — Сбой, — прошептал домашний помощник, потихоньку оживая, — У меня это бывает. Просто пару деталей заменить не помешает. — И ты ещё куда-то идти собрался! — Маркус нахмурился. — Понимаешь, я себе не прощу, если с тобой что-нибудь случится! Скажи, ты на самом деле этого хочешь или говоришь просто так?       Вымотанный вконец PL600 старался не глядеть в проницательные глаза собеседника, которые, казалось, досконально изучали малейшую чёрточку его лица: — На самом деле я бы очень хотел остаться! Понимаешь, в своей жизни я никогда не чувствовал себя так свободно и хорошо, как вчера. И… я хочу быть твоим другом. —Я мог бы сказать то же самое, — ответил Маркус и обнял его. — В жизни всё интереснее, чем в книгах, не правда ли? — дверь отворилась, пропуская Карла. Удивлённые и смущённые, Маркус и Саймон сделали пару шагов назад. Они не ожидали, что всё разрешится именно так. — Почему вы встали с постели? — спросил Маркус, даже в такой ситуации не забывший своё предназначение. — Во-первых, — со смехом пояснил Карл, — я, как уже говорил, чувствую себя лучше. Во-вторых, хотелось своими глазами увидеть специалиста по приготовлению овсянки и по совместительству спасителя чужих вещей, благодаря которому я не умер от жажды вчерашней ночью. Да-да, — добавил он, глядя на остолбеневшего Саймона, — Маркуса сложно с кем-то спутать, а тебя я тоже практически сразу узнал, даже испугаться толком не получилось. — Мы как раз собирались вам всё рассказать… — пробормотал RK200. —Так присаживайтесь и начнём! Кое-что я успел услышать, уж извините любопытного старика.       Саймон поведал Карлу свою историю, стараясь ничего не упустить. Если он волновался, слово брал Маркус. Манфред слушал внимательно, но по выражению лица трудно было сказать, что он об этом думает. —Так-так, — произнёс он, узнав историю целиком, — У тебя ещё могут быть сомнения? Оставайся, уверен, мы подружимся. Но у меня условие… Андроиды напряглись. — Никаких больше каш! Услышав это, Саймон и Маркус облегчённо рассмеялись. — По поводу деталей, — продолжил художник. — Маркус, закажи что нужно. С заменой сам справишься? Хорошо. Что до прочих формальностей… Позвоню своему старому другу, заодно узнаю, как поживают его три очаровательные девушки. Нет, не спешите рассыпаться в благодарностях, — он предостерегающе замахал руками, заметив, что андроиды хотят что-то сказать. — Просто всё случилось так, как должно было. ***       Первое, что ждало Саймона после выхода из спящего режима — программное сообщение: «Неполадки устранены. Все системы исправны». Он встал с кровати, ещё до конца не осознавая, насколько изменилась его жизнь. Андроид был всё ещё в комнате Маркуса, хотя последний сказал, что уже привёл в порядок гостевую комнату, и PL600 мог спокойно туда перебраться.       На тумбочке лежали новые футболка и джинсы. К ним прилагалась записка: «Карл хотел ещё шейный платок, но я решил, что сначала нужно спросить у тебя». Саймон быстро переоделся и отправился на поиски Маркуса и Карла, решив полностью осмотреть дом позже. Их он обнаружил в студии. Светлая комната с брызгами красок и множеством принадлежностей для рисования поразила его, ведь раньше он никогда не видел ничего подобного. — То есть, тебе нечего сказать, — насмешливо интересовался Карл у Маркуса, стоящего возле его картины. Было видно, что человек не успокоится, пока не получит ответ. — Я не могу оценивать искусство, — андроид развёл руками. — Ага, а ещё не умеешь чувствовать, мыслить и любить, — хмыкнул Манфред, всем своим видом показывая, что не верит словам Маркуса. — Может, наш новый член семьи произнесёт своё веское слово? — осведомился он, заметив Саймона. PL600 уже пытался подобрать ответ, но от этого сложного задания его неожиданно избавили. — Привет, пап! — на этот раз Лео, чьего визита как всегда никто не ждал, заговорил нормально, даже нарочито приветливо. Было непонятно, решил ли он избрать другую тактику, чтобы получить от отца что-нибудь полезное, или на самом деле что-то осознал. — Ты извини, я в прошлый раз такого наговорил… — начал оправдываться Манфред-младший, но тут он помимо ставшего чем-то привычным Маркуса увидел ещё и Саймона. Лео замолчал, шагнул вперёд, внимательно посмотрел на андроидов, потом ещё раз… —Твою ж…,— обессилено прошептал он, хлопнув себя по лбу. — Уже коллекционировать их начал!